Радио молчание - Элис Осман

и Дэниел сидят на кухне, а потом Алед рыдает в гостиной так, словно мир рухнул и восстановлению не подлежит.

– Обидно, если это в самом деле так. Они же лучшие друзья.

Рейн внимательно на меня посмотрела.

– Ага, конечно. Лучшие друзья.

Последние слова она произнесла с явным намеком.

– Ты что-то знаешь? – настороженно спросила я.

– Знаю ли я, что Дэниел и Алед тайком трахаются? – Рейн широко улыбнулась. – О да.

Она сказала это тоном человека, который многое в жизни повидал, так что у меня вырвался нервный смешок. Я и подумать не могла, что Дэниел с Аледом спят друг с другом. При мысли об этом мне стало не по себе: до сих пор я по умолчанию считала, что у нас с Аледом одинаковый сексуальный опыт.

– Ох. Я не знала, что кто-то еще в курсе.

– Подозреваю, что только я. И то благодаря Пьяному Дэниелу.

– Точно…

Мы дошли до перекрестка. Мне нужно было налево, к станции. Рейн собиралась идти прямо. Я понятия не имела, куда она направляется.

– В любом случае спасибо, – сказала я. – Ты меня сегодня спасла. Когда на меня наседают, мозг как будто отключается.

– Ой, ладно тебе, – снова улыбнулась Рейн. – Я готова на все, лишь бы остановить одержимую сплетнями Копченогу. А ты в последнее время какая-то тихая. Как будто вся в своих мыслях.

Я удивленно моргнула. Обычно школьные подруги не обращали на меня внимания. Но Рейн оказалась исключением из правил.

– Ну, знаешь, – я смущенно пожала плечами. – Просто все навалилось.

– Из-за «Города Юниверс»?

– Ага. Слишком много всего. В сети. А теперь еще и в реальной жизни все узнали. От этого не легче.

Рейн одарила меня сочувственным взглядом.

– Не волнуйся. В конце концов все забудут.

– Да уж. В конце концов, – хмыкнула я.

И Рейн ушла, бросив на прощание рассеянное «Увидимся» и снова показав мне до странности крутой знак мира, прежде чем я успела ответить. Глядя ей вслед, я подумала, что Рейн знает удивительно много для девушки, которую я считала невероятно поверхностной. А потом, с ноткой грусти, – что зря я считала ее таковой.

Вот такая

В четверг вечером я задержалась у Аледа дольше, чем обычно, потому что его мама уехала на несколько дней – уже к другим родственникам. На часах было девять тридцать, и я знала, что Аледу уже исполнилось восемнадцать, но мы оба чувствовали себя неразумными детьми, поскольку ни один из нас не представлял, как включить посудомойку.

Мы сидели за столом на кухне и ждали, пока приготовится замороженная пицца. Я, кажется, болтала обо всякой чепухе, а Алед покорно слушал, время от времени вставляя пару слов. И все было в порядке.

Точнее, не было.

– У тебя все хорошо? – вдруг спросил Алед, когда я выдохлась. – В школе, дома и вообще?

Я удивилась: Алед редко задавал такие общие вопросы.

– Да, да, – со смехом ответила я. – Устала только. Честное слово, кажется, я совсем не сплю.

Таймер в духовке запищал, Алед хлопнул в ладоши и полез доставать наш ужин, а я принялась напевать «пицца-пицца-пицца».

До его отъезда в университет оставалось два дня.

Взяв кусок пиццы, я повернулась к Аледу.

– Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное.

Он на секунду перестал жевать.

– Да?

– Ты знаешь Рейн Сенгупту?

– Вроде пересекались пару раз.

– Она в курсе, что ты Создатель «Города Юниверс». Сама мне вчера сказала.

Алед замер с пиццей в руках. Ох. Наверное, не стоило ему это говорить. Почему со мной вечно так? И почему я постоянно узнаю то, что лучше не знать?

– Господи, – выдохнул Алед и пробежался рукой по волосам.

– Она обещала, что никому не скажет.

– Ага, конечно, обещала.

– Еще она сказала…

Я прикусила язык. Да, Рейн знает про Аледа с Дэниелом, но Алед не в курсе, что я тоже о них знаю, так что об этой части нашего разговора точно лучше умолчать. Но слово не воробей – Алед ждал, что я закончу предложение, и на лице его все отчетливее проступал страх.

– Боже, что еще?

– Ну, Рейн знает… про вас с Дэниелом.

На кухне повисла гнетущая тишина. Алед словно окаменел.

– А что со мной и Дэниелом? – наконец медленно спросил он.

– Ну, знаешь… – Я не смогла договорить.

Но Алед и так все понял.

– О, – только и сказал он.

Я неловко заерзала на стуле.

Алед шумно вздохнул и уткнулся взглядом в тарелку.

– А ты тоже в курсе?

Понятия не имею, почему я не сказала раньше. Наверное, не хотела причинять ему боль или вгонять его в краску.

– Я видела, как вы целовались в твой день рождения, – призналась я и торопливо добавила: – И больше ничего! Я сразу ушла в гостиную и вырубилась. А когда проснулась, ты уже сидел там и… рыдал.

Алед снова запустил пальцы в волосы.

– Точно. Я надеялся, что ты так напилась, что ничего не вспомнишь.

Я ждала, вдруг он объяснит, что случилось в ту ночь, но Алед молчал. Поэтому я спросила:

– А почему ты ничего мне не сказал?

Наши взгляды снова встретились, и я заметила, сколько грусти в его глазах. Алед печально улыбнулся.

– Наверное, по той же причине, почему не хотел, чтобы ты встречалась с мамой. Я хочу… чтобы ты оставалась в стороне от… всех сложностей и проблем в моей жизни… – Он вдруг рассмеялся. – Господи, как отстойно это прозвучало. Прости.

Я тоже засмеялась – прозвучало это действительно отстойно, – но поняла, что именно он хотел сказать.

И сказать это было куда проще, чем «Мы с Дэниелом встречаемся».

Но когда в жизни все было просто?

– А почему ты плакал? – спросила я.

Алед отвел глаза и вернулся к еде, внезапно заинтересовавшись корочкой от пиццы.

– Не помню. Наверное, перебрал со спиртным, – с напускной беспечностью ответил он. – Я всегда такой сентиментальный, когда выпью.

– А.

Я ему не поверила, но настаивать не стала – Алед явно не хотел говорить мне правду.

– Значит, Дэниел – гей? – сказала я вместо этого, потому что промолчать не могла.

– Да.

– М-м. – И как я умудрилась не заметить? – А я бисексуалка.

Глаза Аледа удивленно расширились.

– Что?!

– Ха-ха, ну да. Я же рассказывала тебе, что поцеловала Кэрис.

– Рассказывала, но… – Алед покачал головой. – Я как-то об этом не задумывался. – Он запнулся. – Но почему ты мне раньше не сказала?

– Не знаю, – начала я, хотя это была ложь. – На самом деле я еще никому не говорила.

Алед вдруг погрустнел.

– Никому?

– Да.

Какое-то время мы молча жевали пиццу.

– А когда ты поняла, что ты би? – спросил Алед так тихо, что я едва расслышала. Такого вопроса я не ожидала. И отвечать, если честно, мне не хотелось.

Но потом я осознала, что им движет не праздное любопытство.

– Ну, не сказать, чтобы меня внезапно осенило. Сначала я прочитала в интернете, что такое вообще возможно, и вдруг все кусочки пазла сложились… – Я прежде не пыталась это кому-то объяснить – даже самой себе – и теперь с трудом подбирала слова. – Наверное, прозвучит глупо, но я всегда могла представить, как встречаюсь с парнем или девушкой. Понятно, что они слегка отличаются, но в целом я испытывала одинаковые чувства… Бессмыслица какая-то, да?..

– Вовсе нет, – сказал Алед. – А в школе ты ни с кем об этом не говорила?

– Боюсь, там нет никого, кому я могла бы рассказать. – Я внимательно посмотрела на Аледа. Похоже, он только сейчас понял, что кроме него у меня друзей нет. Я наивно надеялась сохранить это в тайне – не хотела выглядеть жалкой в его