Омут Царевны - Анна Евгеньевна Антонова

понять, правильный он или нет? И если интересы и склонности к работе и прочим занятиям могут поменяться, в любви никого не обманешь – человек или волнует, или нет, среднего не дано. Какой смысл заводить отношения от скуки или одиночества, лишь бы под рукой был хоть кто-нибудь? Все равно толку из этого не выйдет. Любовь сама по себе не возникнет, будет накапливаться раздражение и усталость. А когда наконец появится настоящее чувство – к кому-то другому, разумеется – придется пережить такой болезненный разрыв, что потом ничего уже не захочется.

Только не у всех хватает терпения ждать…

Глава 11

Снова воскресенье

Когда Василиса вышла из клиники, картина на улице резко изменилась. Никакого солнца и ясного неба: все затянули тучи, стало пасмурно и холодно. Сразу стало понятно, что уже глубокая осень, а внезапное дневное тепло было кратковременным. Значит, наступил вечер? Скоро зима, темнеет рано…

И что ей делать? Куда идти? На карточке, конечно, еще остались деньги, но без документов ни в какую гостиницу не поселят, там продиктованными данными не отделаешься. Разве что в завалящий хостел, но туда она сама боялась соваться.

И уж тем более без паспорта не купишь билет и не сядешь на поезд или междугородный автобус… Она по-прежнему не представляла, где находится и какой вид транспорта ходит отсюда до ее родного города. Может, и никакой, надо ехать с пересадками, а это все сильно усложняет. Или, наоборот, он совсем рядом, и реально добраться на пригородном автобусе, для покупки билетов на него документы не требуются…

Василиса вернулась в сквер и внимательно осмотрела постеры с видами города: вдруг среди них есть карта, которая позволит определить его местоположение? Монастыри, музеи, озера – нет, зацепиться не за что. Фотографии были подписаны, но указанные в них названия ей ни о чем не говорили. В каком городе нет художественного музея и церкви Преображения?

Василиса застыла возле фото со счастливыми детишками, катящимися с горы на санках, и внезапно ее посетила новая мысль: стоит ли так уж сильно стремиться домой? Кажется, это небезопасно и для нее, и для маленького человека. Ее привезли сюда и оставили на лавочке в сквере, как ненужную игрушку. Зайку бросила хозяйка…

Узнать бы, кто ее здесь бросил, как несчастного зайку. Вопрос несложный, у нее же не полностью отшибло память. Выпало только собственно перемещение в пространстве, а с чего все началось, она прекрасно помнила: Арина выманила ее из дома под надуманным предлогом. Ей почудилось, что на заднем сиденье был кто-то еще, возможно, Арина действовала вместе с сестрой…

Но зачем им это понадобилось – хотели от нее избавиться таким странным способом? Или… от маленького человека? Но как о нем узнали, она же никому не говорила?

Внезапно Василису осенило: тест, пропавший из сумочки! Она-то думала, что потеряла картонку, а ее, оказывается, вытащили. При мысли о том, что в ее вещах копались, передернуло. Или все было не так – она выронила бумажку с полосками, а кто-то подобрал и сделал правильные выводы?

Следующая мысль заставила ее похолодеть, хотя и без того было весьма не жарко: вдруг это сам Елисей? Он мог раньше всех заподозрить неладное. Поэтому спешно придумал нелепый уход в армию, а семья ему подыграла. А она переживала по-настоящему, нервируя маленького человека… Впрочем, он-то им всем и мешает.

Идея показалась столь пугающей, что у нее в прямом смысле подкосились ноги. А раньше считала – это образное выражение… Дошла до лавочки, с которой успела сродниться, опустилась на нее и тяжело задумалась.

Елисея можно понять. Какой нормальный парень готов стать отцом в восемнадцать лет? Не говоря уже о том, чтобы жениться… Но действовать именно так? Стоило просто все обсудить – она не стала бы навязываться. Или это вопрос принципа?

Когда журналы еще печатались на бумаге, она пролистала один, сидя в очереди к стоматологу. Издание было рассчитано на парней и щедро делилось с молодыми людьми житейской мудростью, раздавая советы, как себя вести в разных ситуациях. Не стали исключением и отношения с противоположным полом. Одна из статеек называлась «Что делать, если твоя девушка залетела». Ответ давался однозначный: отправляй ее на аборт. Прямо за ручку отведи к врачу и до этого не отпускай от себя, чтобы всякие родственники и подруги не переубедили.

Обоснование давалось простое: ты же не собираешься становиться отцом в столь юном возрасте? После этого безрадостного события вся твоя молодая жизнь полетит коту под хвост, даже если ты решишь поиграть в благородство и женишься на бедолаге. Из брака по залету ничего путного не выйдет, вы измучаете и друг друга, и ребенка, а в итоге все равно разведетесь.

А если ты окажешься сволочью и бросишь девушку в столь бедственном положении, это в любом случае не спасет. Ты же не железный, и твое существование будет отравлять подспудная мысль о том, что где-то растет маленький человек, твоя плоть и кровь…

Последнее весьма сомнительно. Куча мужиков прекрасно знает о том, что где-то живет их плоть и кровь, но это их нисколько не смущает, не заботит и совсем не отравляет существование. Но автор заметки позаботился даже о самых чутких и ранимых читателях.

Проблема в том, что ей самой вовсе не восемнадцать. Арина грубо, но совершенно верно выразилась про последний шанс. Какой ей аборт? Она никого не осуждала, но искренне не понимала логики: страшным преступлением считается поступок матери, бросившей новорожденного. Почему же тогда от этого ребенка можно совершенно легально и безнаказанно избавиться полугодом ранее? По идее, чем меньше человек, тем его должно быть жальче…

Дико было применять подобные умозаключения к Елисею, но что еще оставалось? Вряд ли сестры действовали без его ведома, воспользовавшись отъездом брата. Возможно, и родители подключились. Не зря ей деньги предлагали: это был более чем прозрачный намек, а она не поняла. Они знали уже тогда…

Время шло, но решение не находилось. Придется идти в полицию, хотя все в ней восставало против этого. Василиса представила, как является в отделение, обращается к дежурному и робко лепечет, рассказывая свою печальную историю, и ее передернуло от такой перспективы. Посторонним людям придется выложить все без утайки, перетряхнуть кучу грязного белья, поделиться подозрениями в адрес Елисея и его веселой семейки… При этой мысли ей стало совсем дурно. Вдруг она ошибается?

Впрочем, можно и ничего не предпринимать. Темнеет, приближается ночь. Если она еще тут посидит, то попадет в полицию без