Отпуск на троих - Виктория Анатольевна Дунайцева

— Мам, — глядя на нее как на маленькую глупую девочку, сказала дочь, — это тебе не подмосковное тети Женино Раменское. Там, в вашей Тверской области только пыль и дорог наверняка нет.

Женя, о которой упомянула дочь, была Юлиной подругой и жила вместе с семьей в ближнем Подмосковье.3

— Бери с собой резиновые сапоги, пару футболок и спортивный костюм. Ну, еще купальник, чтобы позагорать и в речке искупаться пока тепло.

Женщина с сомнением посмотрела на своего слишком разумного ребенка. Резиновые сапоги не вписывались в гардероб современной женщины и брать их она не собиралась.

— Ты иди, Лиз. Я и без тебя как-нибудь разберусь, — отшила дочь Юля и продолжила складывать свои вещи в дорожную сумку.

Там уже лежала пара легких босоножек, одни без каблуков, а вторые на высокой тонкой шпильке, короткие светлые шортики, купленные по случаю, сарафан и широкополая шляпка, гроза всех Краснодарских джигитов.

Сумка оказалась внушительной, и женщина испугалась, что не сможет ее довезти до необходимого им места.

Нужно было срочно звонить Надежде и уточнять маршрут их путешествия.

Через минуту выяснилось, что они едут в Берново на обычной электричке. Сначала до Твери, а потом на такси. В их глушь не ходили ни автобусы, ни электропоезда.

— И ты хочешь сказать, — с возмущением обратилась Юля к Надежде, — что мы попрем свои вещи на общественном транспорте?

— А ты как хотела? К сожалению, других видов передвижения в Берново пока не придумали. Доберемся сами, не волнуйся.

— Может быть сразу возьмем такси. Чай не бедные, можем себе позволить.

Но Надя была непреклонна.

— Поедем на общественном транспорте и точка, — отчеканила она.

Несмотря на то, что они были успешными предпринимателями, советское прошлое мешало Надежде быть транжирой. Она не хотела расставаться с кровно заработанными деньгами, постоянно выискивая скидки в магазинах и пользуясь общественным транспортом вместо такси.

Юлю такой поворот дел не устраивал, и она решила действовать самостоятельно.

«Отправимся в деревню с комфортом, — подумала она, — на машине собственной фирмы и Надины возражения в расчет принимать не будем»

Как только связь с упрямой Надеждой прервалась, ей позвонила Лилия, главный модельер их швейной компании, которую они создавали вместе с подругами в лихие девяностые. Если бы не она, девчата никогда бы не открыли свою мастерскую. Именно Лиля была генератором всех их идей. 4

Разговор с подругой все расставил по своим местам. Та тоже загорелась идеей отправиться в путешествие. Бонусом к ней шла машина, которую она водила уже много лет.

Теперь можно было не скупиться и доложить в свой багаж еще несколько модных вещичек. Там в деревне она покажет местным модницам высший пилотаж.

* * *

Лиля обрадовалась путешествию. Эта жара знатно измотала ей нервы. Хотелось в деревню, как в детстве.

Когда-то, когда она была совсем еще юной ей пришлось жить в Петушках Владимирской области. Там она познакомилась со своим первым мужем Борисом, там умерла ее бабушка и она, чтобы не вспоминать о печальных событиях продала после ее смерти все, что можно было продать, глубоко запрятав свои воспоминания о счастливой деревенской жизни. Местом ее постоянного жительства стала Москва.

В столице она родила двух своих сыновей, похоронила первого мужа и вышла за муж за Степана.

Старшему сыну Сергею было уже 23. Он жил отдельно от родителей и учился на предпоследнем курсе медицинского института. Младшему Ивану в ноябре должно было стукнуть 14. Мальчишка обожал отца, и Лиля спокойно могла оставить его с мужем укатив хоть к черту на куличики.

Но женщина не хотела «на куличики». Ей давно грезился вкус коровьего молока и запах пересохшего сена. Почему-то именно эти ассоциации возникли у нее после слов Юли о том, что они едут в Берново…

Неделя сборов пробежала незаметно, и подруги отправились в путь на Лилиной девятке. Конечно, машину можно было давно поменять, но женщина привыкла к этой и, несмотря на требования мужа, никак не хотела с ней расставаться и все оттягивала и оттягивала счастливый момент покупки новой.

Утро было жарким, в горле першило от сажи, витающей в воздухе и все трое мечтали как можно быстрее вырваться из закопчённой Москвы.

Машина резво пересекла МКАД, постояла в пробке в Химках и через три часа въехала в Тверскую область. До конечной станции было километров двести.

Неожиданно гарь рассеялась и в небе появилось яркое, не сильно палящее солнышко.

— Боже мой, — прошептала Юля, глубоко вдыхая свежий дурманящий воздух, — как же я давно не ощущала прохладу и не дышала полной грудью.

— Да, теперь мы все знаем, что такое «чистый воздух» и как без него плохо, — подхватила разговор Надежда.

— Еще бы жара спала и совсем хорошо, — заулыбалась Лиля.

— Ну нет, — возмутилась Юля, — в деревне, нам нужна жара, чтобы купаться в речке и загорать. А то сидим в своей Москве и света белого не видим, а там природа, речка, грибы.

— Будут тебе грибы, будут ягоды, а речка вообще у самого дома, — успокоила подругу Надежда.

— Хорошо-то, как, девочки, — сказала Юлька, зажмурившись.

А дорога все бежала вперед, провожая путешественниц в неизведанные дали…

Чем дальше они отъезжали от Москвы, тем печальнее становилась картинка за окном. Домики все ниже клонились к земле, демонстрируя российскую безысходность и нищету. Покосившиеся заборы и полуразрушенные избушки напомнили женщинам о том, что они выехали из столичного региона и направляются вглубь огромной страны. Туда, где уровень жизни населения значительно ниже среднестатистического жителя мегаполиса.

Разглядывая печальные пейзажи женщины, пронеслись мимо Твери.

На встречной полосе стали появляться люди, продающие кто рыбу, а кто молоко. Тверская область не отличалась особым достатком и люди зарабатывали здесь всем, чем только могли.

— Ой, девочки, картошка. Надо ее купить, — воскликнула Надежда, показывая подругам на мужичка, одиноко стоящего на обочине.

— Да зачем она нам нужна? — возмутилась Юля.

— Надо взять. Приедем домой и поужинаем.

— Да нам ехать осталось всего ничего. К шести вечера точно доберемся. Там и купим что-нибудь сьедобное, — продолжала отнекиваться Юлия.

— Тормози, — не слушая подругу скомандовала Надежда, — по трассе картошка дешевле. В деревне цены будут уже другие.

Лиля послушно скатилась на обочину, сбрасывая скорость. Там, в самом сердце машины что-то хрустнуло, и машина вздрогнула, но женщина продолжила маневр.

— Ой, что это с ней? — пискнула Надя, прислушиваясь

— Не знаю, — спокойно ответила ей Лиля, — моя машинка постоянно на что-то ругается. Когда отвалится, поймем, что с ней не так.

Она лихо подкатила к продавцу и остановилась. Подруги