Девять этажей вниз - Елена Северная

Зачем я тут, зачем, зачем…

– 

И долго ты будешь мокнуть под дождем? Ты вся дрожишь.

Все равно. Все равно. Этого не может быть, не может быть.

У меня есть завтра, я же это помню, есть завтра, есть послезавтра.

– 

Пошли, – говорит мне он.

И опять ведет меня к зеркалу в туалете.

– 

Смотри, что ты видишь?

Опять знакомый, уже немного протрезвевший взгляд.

– 

Смотри, смотри внимательней.

Повторяет он.

И я начинаю смотреть, начинаю присматриваться.

И сквозь взгляд, вперенный в меня, вдруг вижу кого-то другого. Теряю на мгновение сознание.

– 

Стой! – говорит он, и удержит меня от падения – Смотри! – говорит он.

И вдруг, по ту сторону зеркала сквозь черты моего молодого лица начинают проступать черты другого, старого и морщинистого, с седыми волосами, заколотыми назад в тугой жгут.

Не чем дышать!

Нет!

Это сквозь черты моего старого, морщинистого лица вдруг, на мгновение, проступает мое молодое заплаканное лицо, которое было у меня лет пятьдесят тому назад.

Что это со мной?

Откидываюсь назад в кресло-качалку.

На мгновение в отражении чисто-вымытого окна видится Влад, единственный человек, о котором я когда-либо жалела.

И сразу же исчезает. Пропадает, как утренний туман.

Укутываюсь в теплый плед.

“Ох, уж эти воспоминания.”

В последнее время слишком часто они меня начали посещать.

Слишком часто.

Как капли дождя осенью, падающие с крыши домов.

Не могу вспомнить вчерашний день, зато один за другим возникают и тут же гаснут воспоминания далекого прошлого, когда я хоть что-то еще могла сделать.

Смотрю на старинные механические часы на подоконнике: уже пять часов – пришла очередь принятия лекарство от склероза.

***

Мне 98 лет.

Всю свою жизнь я прожила здесь, в этом городе, почти никогда не выезжая, почти ничего так и не увидев, кроме разных районов своего города и пригорода.

Долгую жизнь я прожила.

Долгую и одинокую.

Я не знаю, почему я тогда любила двоих.

Скорее всего один был зов тела, а второй – карма прошлой жизни.

После аварии я месяц пролежала в больнице. Из-за постоянной глубокой депрессии меня перевели на реабилитацию в местную психушку. В палату для вип– пациентов.

Зам не приходил ко мне, он перешёл работать в другой банк и судьба больше не сводила нас вместе.

Влад о случившемся со мной тоже так и не узнал. Постил видео и фотки в инстаграмм, встречался с какой-то черненькой девулей и жил своей жизнью.

Кредит выдали и не вернули: клиенты уехали из страны. Никого из банка не наказали и не посадили. Документы были в порядке, мошенничество и подкуп никто не доказал.

Я же вернулась работать в банк. Но уже в другой. Тем же, но уже в другом месте. Уже ни в кого не влюблялась. Была постоянно на таблетках.

Разве что в меня, но я видно была настолько холодна, что никто не смел даже подойти ко мне.

Все было честно, мирно и строго. Без споров, детей и свадеб. Одиночка. Чайлдфри. Снежная королева без Каина.

Почему-то ни с кем так и не сложилось.

Не прижилось – не слюбилось.

В принципе, не о чем не жалею.

Чего уже жалеть?

Всю свою жизнь, прожив на одном месте, теперь вспоминаю ее только по телевизионным новостям и погоде за окном.

Да, я видела, как строились и разрушались города, создавались и разрушались страны, ссорились и мирились целые народы, мир затапливало, уносило ураганами и сжигало дотла, рождались, росли и умирали при мне сотни миллиардов людей.

Я все это помню.

Это до сих пор проходит перед моими глазами, как куски пожеванной кинопленки.

Я – никто, и умру я никем.

И что я уже могу сделать в свои 98 лет?

Только сидеть в этом, плетенном лозой, кресле-качалке, укутываться в теплый шерстяной плед, и смотреть на рассветы и закаты большого солнца.

Но и сейчас у меня есть только одна надежда, только одна мысль помогает мне пережить этот длинный неподвижный путь к смерти.

Та мысль, которую хотел сказать, но так и не сказал мне Пьяный человек в моих воспоминаниях. Та мысль, которая пыталась пробится ко мне на протяжении всей моей жизни. Мысль, что в день наступления сотого года моей жизни, где-то в другом, параллельном, а может быть и в этом, мире прекрасный принц прорвется сквозь смертельные заросли колючих кустов к спящему замку, найдет стеклянный саркофаг, и поцелуем разрушит столетние чары злой колдуньи.

А потом? А потом начнет совсем другую историю моей жизни.

А пока что я буду сидеть на застекленном балкончике и качаться в кресле-качалке, встречая рассветы и провожая закаты.

И пусть только мои сны будут мне утехой.

За окном будет лить дождь, и мы с Пьяным человеком в темном задымленном кафе будем бесконечными графинами глушить водку и ВСПОМИНАТЬ:

***

Сидя на резной скамеечке в осеннем парке возле застывшего на вечно Потемкина, буду читать свой гороскоп на неделю:

«В первые три дня семидневки лучше не принимать скоропалительных решений. Лучше переждать этот неблагоприятный период, разбираясь со старыми делами. Вас ждет большой успех в личной жизни».

«большой успех в личной жизни…» интересно, откуда ему взяться???

Когда-то там во Вселенной жизнь одной живой клетки началась, когда-то там жизнь одной клетки и закончиться.

Помнить эту клетку будут ровно 5 микросекунд вселенского времени.

Как дедушку – разносчика газет.

И что после этого остается делать?

Просто жить…

И я встану. До конца обеденного перерыва будет оставаться только 2 минуты.