Потерянная сестра - Люсинда Райли

– Дай мне блокнот, и я запишу их. Мой ноутбук стоит на кухонном столе. Давай посмотрим, на что они указывают.

На кухне, пока Алли включала ноутбук, Майя расхаживала взад-вперед.

– Алли, Ма должна знать, когда нанесли эту надпись.

– Если бы она знала, то, конечно, сказала бы нам.

– Должно быть, она знает больше, чем говорит.

– Если так, то она очень хорошая актриса. Ма – самая честная и откровенная женщина, которую я знаю, так что я очень удивлюсь, если она утаивает что-то от нас. Она всегда помогала нам, как только могла. Ладно… давай посмотрим.

Майя стояла за спиной сестры и наблюдала, как программа Google Earth разворачивает свое волшебное действо.

– Как интересно. Это не Новая Зеландия, глобус разворачивается к Европе и масштабируется на Соединенное Королевство, а потом… на Ирландию! – ахнула Майя.

– На юго-запад Ирландии, где сейчас находятся Макдугалы. Это фермерские поля, и… ох! Гляди, вот дом. – Алли указала ручкой. – Аргидин-Хаус, Инчбридж, Западный Корк, – прочитала она. – Вот так. – Она посмотрела на Майю. – Похоже, наша потерянная сестра родом из Ирландии, а не из Новой Зеландии, а это значит…

– Значит, это Мерри, мать Мэри-Кэт! Она наша потерянная сестра.

49

Мерри Западный Корк

В тот вечер Ниалл отвез нас на ферму Кросс-Фарм на семейное сборище. Когда такси свернуло к ферме, я увидела, что подъездная дорожка уже заполнена автомобилями. Шум смеха и разговоров доносился до нас через открытые окна. Когда мы с Джеком и Мэри-Кэт вышли из автомобиля, Джон и Шинейд устремились навстречу, приветствуя нас.

– Вернусь и заберу вас попозже, – сказал Ниалл и подмигнул нам, прежде чем уехать. Когда мы вошли в кухню, гости замолчали и повернулись к нам.

– Мерри! – раздался возглас, и из толпы выступила пухлая женщина с волосами серо-стального цвета. – Ох, Мерри, это я, Элен!

– Здравствуй, – прошептала я, когда она заключила меня в объятия и крепко прижала к себе.

Она отодвинулась и посмотрела на меня.

– Ты ничуть не изменилась с тех пор, как я последний раз видела тебя, – сказала она со слезами на глазах. – Ты до сих пор хихикаешь, как безумная?

– Да, так и есть, – вставил Джек. Последовал хаотичный обмен взаимными представлениями, пока Элен и Джон водили нас среди гостей. Я обомлела, когда увидела, что мои маленькие братья Билл и Патрик стали высокими дородными мужчинами с седеющими волосами, похожими на моего отца. Кэти помахала мне оттуда, где она наносила последние штрихи на ломившийся от яств праздничный стол. Вид и аромат домашних пирогов, бутылки стаута, игристого вина и виски, стоявшие в углу кухни, вернули меня во времена праздничной вечеринки на мое шестилетие.

– …А это маленькая Мэв, моя первая внучка, – сказала рыжеволосая женщина по имени Мэгги, державшая на руках малышку. – Я старшая дочь Элен.

Мэв потянулась, чтобы ухватить меня за волосы, и я залилась смехом при виде этого милого ребенка с зелеными глазами, как у моей матери.

– Я помню тебя совсем маленькой, Мэгги, – сказала я племяннице. – А теперь ты стала бабушкой!

– Я тоже тебя помню, тетя Мерри, – улыбнулась она. – Не могу сказать, как обрадовалась мама, когда позвонил дядя Джон и сообщил о твоем возвращении.

Мне вручили бокал виски и представили такому множеству детей и внуков моих братьев и сестер, что вскоре я оставила попытки разобраться, кто есть кто.

Я обнаружила собственных детей в Новой Комнате, где Джек болтал с мужчинами о регби, а Мэри-Кэт беседовала с симпатичным молодым человеком.

– Мама, – обратилась она ко мне. – Это Эойн, сын твоего брата Патрика.

– Споете вместе с нами, миссис Макдугал? – Юноша улыбнулся, доставая скрипку из футляра.

– Пожалуйста, называй меня Мерри. Я уже давно не исполняла старые песни, но, может быть, попробую после нескольких капель виски.

Билл с лицом, уже раскрасневшимся от выпивки, подошел ко мне и протянул мобильный телефон.

– Мерри, это Нора! Она звонит из Канады.

Я прижала телефон к уху и тут же отдернула его, когда услышала знакомый восторженный вопль, как будто Нора пыталась докричаться до меня через Атлантику.

– Привет, пропащая душа! Где ты была все эти годы?

– Ах, Нора, это длинная история. Как ты там?

Я позволила ее болтовне волнами омывать мой слух, пока Эойн завел мелодию на скрипке. В комнате появились новые люди; они притопывали и прихлопывали в такт. Мой младший брат Пат вытолкнул двух своих внучек в центр круга, и они начали танцевать, потряхивая одинаковыми кудряшками и выписывая ногами замысловатые коленца.

– Боже мой, мама, это как настоящий «Риверданс»![47] – воскликнула Мэри-Кэт. – Чудесные девочки, правда?

– У нас никогда не хватало денег, чтобы научиться правильно танцевать, но радуйся, что я в свое время не заставила тебя заниматься ирландскими танцами. Это суровая дисциплина, – с улыбкой добавила я.

Джон предложил мне руку и повел танцевать. Я удивилась тому, как быстро вернулась мышечная память и я вспомнила все нужные движения. Элен со своим мужем танцевала рядом с нами, и после одного круга мы поменяли партнеров.

– Ах, эта песня звучала на нашей свадьбе, – сказал Эммет, муж Элен. – Ты тогда была еще малышкой.

Невидимые руки подливали новые порции виски в мой бокал; танцы, пение и смех продолжались, и мое сердце было готово разорваться от счастья здесь, в окружении моей семьи и моих детей, в доме моего детства, где звучала музыка моей родины. И я наконец освободилась от страха перед человеком, чей образ тридцать семь лет преследовал меня…

Потом, стремясь глотнуть свежего воздуха, я протолкалась через заполненные комнаты и вышла во двор. Через двор напротив меня стоял старый фермерский дом, где я росла до пятилетнего возраста. Теперь я знала, что до нас там жила Нуала со своей семьей. Соседний амбар недавно перестроили, но оттуда по-прежнему доносилось телячье мычание.

– Какие беды видело это место, – прошептала я, проходя на ту сторону двора, где мы когда-то каждый день развешивали выстиранное белье. Теперь здесь был сад с подстриженным газоном, цветочными клумбами и густой живой изгородью из фуксии, дававшей защиту от ветров в долине. Здесь были дети, качавшиеся на качелях или катавшиеся с горки, и я устроилась на одном из старых деревянных стульев, расставленных вокруг стола. Вид на долину и реку был очень красивым, хотя в детстве я едва ли могла оценить это по достоинству.

– Привет, Мерри. Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе?

Я повернулась и увидела Элен, сестру Бобби Нойро, выглядевшую так же безупречно, как и во время нашей предыдущей встречи.

– Конечно, нет, Элен.