Не убегайте от любви - Лилия Фандеева

– Как живёшь, Соня? Как бабушка?

– Бабушка умерла, не успев порадоваться, а дед прилетал из Германии. Улетел неделю назад. У меня всё в порядке, Зоя Викторовна. Как наши ребята? Что о них слышно?

– Кого-то сама увидишь, о ком-то расскажут. Пойдём в класс, а уж потом в ресторан.

– В ресторан я не могу. У меня вечерний рейс на Москву, а дальше Милан и Ницца. Как-то нужно отметить окончание университета. В следующий раз выберусь только в отпуске, через год. – Соня лгала и не краснела. Она видела лица двух подруг, которые пять лет назад обижали её, унижали и отвешивали оплеухи. Это с их подачи Котов приставал к ней с непристойными предложениями, а потом бежал следом.

Они вошли в класс, откуда раздавался смех. Шепелев сидел за учительским столом, что-то рассказывал, вызывая смех остальных. При появлении учителя и трёх одноклассниц, притихли и смотрели исключительно на Соню. Они ещё в одиннадцатом классе поняли, что она умная, симпатичная девушка, но стадное чувство прошлых лет брало верх. Один против всех и все на одного. Теперь перед ними стоял не затравленный зверёк, а элегантная девушка с высоко поднятой головой, с улыбкой на лице, которая была ей так несвойственна.

– Всем привет! Давно не виделись. Решила посмотреть какие вы теперь. Шепелев, ты не взрослеешь. Как твои дела? Ты стал адвокатом? – она прошла по классу и села за парту.

– Увы. После армии работаю в милиции.

– А как Наташа, Аня, Света? Где они сейчас? – спрашивая, она старалась не встречаться глазами с Котовым.

– Наташка сейчас в декретном отпуске. Мы учились с ней вместе. В прошлом году получили степень бакалавра, – ответил Гаврилов. – Анька в Москву укатила, а Сашка предпочла Север. Ты сама как? Отлично выглядишь.

– Спасибо. Вчера получила диплом архитектора.

– Ларина, а ты мне портрет так и не нарисовала, хотя обещала.

– Кузьмин, у тебя ранний склероз. Ничего я тебе не обещала. Чего не скажешь, когда ты грозишься испортить стенгазету? – Зоя Викторовна, у вас есть лист бумаги и ручка? Я ему сейчас такой портрет изображу, любой комикс позавидует. Садись, натурщик. –

Прошли минут пять-семь, и Соня вручила ему эскиз. – Похож?

– Вылитый!

– Олег, а ты чего молчишь? Не рад меня видеть? – она смотрела на него в упор, и он не выдержал взгляда, отвёл глаза в сторону.

– Что вспоминать старое? Молод был, глуп и пьян. Приходил в больницу, хотел извиниться, только ты не хотела меня видеть. Сонь, я, правда, был дураком. Прости меня.

– Оставим прошлое в прошлом. Скажите мне честно: чем я вас не устраивала? Почему именно я стала для вас объектом травли? Чем я была хуже Марины или Светы? Тем, что росла без родителей и одевалась скромно? – Соня переводила взгляд с одного на другого и понимала, что «раскаиваются» не все.

– Да они и были инициаторами, – в сердцах сказал Гаврилов. – Изображали из себя крутых атаманш за деньги родителей.

– Заткнись! – зло сказала Марина Орлова.

– А вы значит, без мозгов, и думали той головой, что ниже пояса? Сексуальная неудовлетворённость многое меняем в голове. Я проучилась с вами семь лет, и пять из них вспоминаю с улыбкой, а вот десятый и одиннадцатый класс пытаюсь забыть. Я не держу на вас зла. Нужно прощать и отпускать прошлое. Удачи вам всем. Прощайте, – она шла к выходу и спиной слышала диалог:

– Чёрт возьми! Всё настроение испортила.

– Она сказала правду. Именно это тебя и бесит, – Котов догнал Соню. – Ларина, постой. Ты, действительно, не держишь на меня зла? Почему ты не стала писать заявление, не отправила меня за решётку?

– Твой отец не говорил тебе о своём визите ко мне?

– Нет. Он сказал, чтобы я решал сам свои проблемы.

– Он был у меня и предложил сделку: либо я беру деньги и никуда не обращаюсь, либо обращаюсь, но жизнь моя резко изменится. Понимаешь, о чём я? Я выбрала первое, хотя деньги были небольшие. Мне не хотелось добавлять себе проблему к уже существующим, да и ты был не безнадёжным поддонком.

– Сонь, это мой номер. Возможно, когда-нибудь понадобится.

Соня возвращалась домой, и ей не хотелось думать ни о чём. На душе было спокойно. Она закрыла последнюю страницу своей прошлой жизни. «Начнём «писать» новый роман из жизни Софьи Лариной. Я обязательно научусь верить в себя, буду решительной, общительной и очень счастливой», – подвела она итог, входя в подъезд.

– Ты почему так рано? – недоумевал Антон, ожидая её в квартире.

– Знаешь, я поняла, что дороги наши разошлись ещё пять лет назад, и эта встреча ничего не меняла. Хотя, Олег Котов извинился публично. Мы даже перекинулись парой фраз. Ты оказался прав, и меня встретили ни то с удивлением, ни то с изумлением. Видимо, они и не догадывались, что после всего я вообще когда-нибудь появлюсь на их горизонте. А потом я солгала, что у меня вечерний рейс на Москву, а дальше Милан и Ницца. Почему Италия, а не Бали, я не знаю. Как-то у меня с экспромтом туго. Ты ужинал?

– У меня есть предложение гораздо заманчивее ужина. Ты в этом платье похожа на принцессу. Позволь стать твоим фаворитом, – расстёгивая молнию платья и опуская его с плеч, тихо говорил Антон. – Так ты выглядишь проще и сексуальнее. Он развернул Соню к себе лицом, посмотрел ей в глаза и поцеловал. Поцелуй был нежный и продолжительный. Потом она лишилась части белья, была поднята на руки и бережно уложена на диван…

Глава 4

Утром, ещё раз осмотрев квартиру, оставляемую для ремонта, Соня собрала в сумку свои вещи, позвонила мастеру по ремонту, имя которого было Руслан, и они с Антоном поехали в его квартиру. По дороге заехали, подписали договор на ремонт и вручили мастеру деньги.

Квартира Антона, точнее его предков, находилась в центре на Красном проспекте. Это было старое здание довоенной постройки в шесть этажей. Поднявшись на третий этаж, Соня растерялась. Три комнаты, просторная кухня и большой отдельный санузел. Высокие потолки, паркет, ковры на полу и картины на стенах, старинная мебель, которую она видела только в кино.

– Ты здесь живёшь или проводишь экскурсии? Это же музей!

– Как-то рука не поднимается что-то переделывать, что-то продавать и делать ремонт. Здесь прошла моя жизнь. Здесь я родился и прожил тридцать восемь лет.

– Тогда я не понимаю, почему ты хочешь переехать и всё это бросить? Такую квартиру сдавать опасно, как и оставлять без присмотра. Возможно, я ничего не