Алексей Ремизов - Том 3. Оказион

Первые шесть безымянных этюдов имеют лишь незначительные разночтения с третьей частью рукописи поэмы «В плену» (ИРЛИ, Ф. 627. Оп. 2. № 68). Исключение составляет лишь первое стихотворение («Стою на трапе»), вариант которого в автографе является последним (восьмым) стихотворением второй части рукописи. В состав цикла «В царстве полунощного солнца» включены также стихотворения, ранее объединенные в цикле «Полунощное солнце».

Очевидно, что в первых публикациях порядок образования циклов, как и их состав, носили весьма условный характер. Авторская стратегия объединения стихотворений в некое композиционное целое была в первую очередь обусловлена спросом и требованиями редакций. Верлибры, посвященные северной природе, Ремизов уже в процессе их создания стремился связать в единое композиционное целое. Еще в Вологде он написал цикл стихотворений в прозе под общим названием «По весне северной», которые в 1903 были напечатаны в провинциальных газетах (См.: Щеголев, С. 175). Три текста из этого цикла вошли в состав сборника «Чертов лог» и «Полунощное солнце»: «Кладбище», «Чайка» и «Воскресенье». Осенью 1904 в письме к Щеголеву Ремизов предложил для «Нашей жизни» пять стихотворений («Кладбище», «Радуга», «Воскресенье», «Лепесток», «Чайка»), объясняя несчастливую судьбу этих стихов: «Если забракуете, передайте мне рукопись, а то я с этой Радугой и Кладбищем, переписываясь [так! — К О.], измучался. Раз 10 переписывал и для С<еверных> Ц<ветов> и для Грифа И все бестолку» (ИРЛИ. Ф. 627. Оп. 4. № 1459–1610. Л. 107).

1–6.

Впервые опубликован: Чертов лог и Полунощное солнце, в цикле «Полунощное солнце» (варианты «Белой башни»).

Дата: <1903>.

Возможно, композиция из шести безымянных этюдов, ранее входивших в третью часть ранней редакции «В плену», была подготовлена под новым названием («Неизгладимое») для второй книги «Грифа», где так и не была напечатана. В письмах редактора-издателя альманаха «Гриф» С. Соколова Ремизову, относящихся к сентябрю — ноябрю 1903 г., упоминаются «стихотворения в прозе» под названием «Неизгладимое», которые предполагалось напечатать во второй книге альманаха (ГПБ. Ф. 634. № 249. Л. 28; 30).

взапуски — наперегонки.

чалка — канат, при помощи которого судно причаливается к берегу или другому судну.

7. Кладбище

Впервые опубликован: Северный край. 1903. 17 сентября. № 244. С. 2–3 (под загл. «Кыруль»; в цикле «По весне северной»).

Прижизненные издания: Наша жизнь. 1905. 23 июля. № 12. Приложение; Чертов лог и Полунощное солнце, в цикле «Полунощное солнце».

Дата: 1903.

21 мая 1903 г. Ремизов сообщал Щеголеву об отправке пяти своих текстов, в том числе и стихотворения «Кыруль», в редакцию ярославской газеты «Северный край» (Щеголев, С. 175).

8. Радуга

Впервые опубликован: Северный край. 1903. 17 сентября. № 244. С. 2–3 (под загл. «Ошка-Мошка», в цикле «По весне северной»).

Прижизненные издания: Наша жизнь. 1906. № 9. 11 марта. Приложение; Чертов лог и Полунощное солнце, в цикле «Полунощное солнце».

Дата: 1903.

толкачики — рой мошки, который стоит в воздухе в теплые вечера или после дождя.

Бык-Корова — один из т. н. «близнечных мифов», символизирующий разноцветие божественной силы — радуги.

9. Белая гостья

Впервые опубликован: Северный край. 1903. № 244. 17 сентября. С. 2–3 (под загл. «Ку-ку…», в цикле «По весне северной»).

Дата: 1903.

10. Белая ночь

Впервые опубликован: В мире искусств (Киев). 1907. Xs 7–8. 15 мая. С. 5.

Рукописные источники: Беловой автограф — РГАЛИ. Ф. 420. Оп. 3. № 8.

Прижизненные издания: Чертов лог и Полунощное солнце, в цикле «Полунощное солнце»; Наши дни. Литературный ежемесячник. Кн. 1. СПб., 1911.

Дата: 1903.

Стихотворение «Белая ночь» было выслано Щеголеву 20 июня 1906 г. для «Нашей жизни», с оговоркой: «если она Вам не подойдет, пришлите ее мне. Тогда я приложу ее к „Красочкам“ и „Монашку“ и пошлю в „Золотое Руно“» (ИРЛИ. Ф. 627. Оп. 4 № 1479–1610. Л. 131). Последние рассказы представляют собой новеллы т. н. «посолонного» цикла, созданные на основе фольклорных источников и позже составившие книгу «Посолонь».

иммортели — слово французского происхождения, означающее «бессмертник», т. е. высохшее растение, сохраняющее форму и цвет после высыхания.

11. Иван-Купал

Впервые опубликован: Альманах «Гриф». М., 1904. [№ 2]. С. 43–46. Прижизненные издания: Чертов лог и Полунощное солнце в цикле «Полунощное солнце».

Дата: 1903.

Иванов день — день Ивана Купалы (народное прозвище Иоанна Крестителя): праздник, имеющий языческие корни и приходящийся на день летнего солнцестояния — 24 июня. Само обрядовое веселье совершалось в ночь с 24-го на 25-е и обязательно включало игры и песни, прыжки через костры, омовение в воде и различные обряды, связанные с поверьем, будто растения в эту ночь обладают особой колдовской силой, сохраняемой на весь последующий год.

12. Северные цветы

Впервые опубликован: Северные цветы, № 3. 1903. С. 116, Рукописные источники: Беловой автограф, датирован — 1903. — РГБ. Ф. 386. № 129. Л. 18.

Прижизненные издания: Чертов лог и Полунощное солнце, в цикле «Полунощное солнце».

Дата: 1903.

Весной 1903 г. в альманах «Северные цветы» от Ремизова друг за другом поступили две незначительно отличающиеся друг от друга рукописи стихотворения «Северные цветы». О состоявшейся публикации Ремизову сообщил В. Брюсов, при этом он приносил извинения за использование первого варианта текста, переданного в редакцию альманаха П. Щеголевым, и за вкравшуюся «мучительную ошибку»: вместо «лишаи к елям бегут» было напечатано: «лишаи к елеям бегут» (Брюсов. С. 155; 159; п. от 9 апреля 1903).

плаун — мох, растущий на воде.

зеленица — кустарное дерево.

…змеей выползает линнея… — род растений из семейства жимолостных (Linneaea Gr.), растущий по мшистым, хвойным, преимущественно еловым лесам.

Свет немерцающий*

Печатается по: Весеннее порошье. СПб.: Сирин, 1915.

Обсуждая с В. С. Миролюбовым редакционный портфель журнала «Заветы» на 1913 г., Иванов-Разумник писал: «…у Ремизова есть еще одна вещь — „Свет немерцающий“, рассказы из детской жизни. Удивительные. Эту вещь также не упустить бы, — но дать ее только в 1913 году. (Размер — 1–1 1/2 лл.)» (ИРЛИ.

Ф. 185. Оп. 1. № 563. Л. 2 об.). Цикл, состоявший из семи рассказов («Аленушка», «Мурка», «Чудо», «Бочонок», «Звезды», «Белый заяц», «Бабушка», «Пупочек») был опубликован целиком в мартовском номере журнала; каждый рассказ, помимо собственного названия, был снабжен порядковым номером. В составе сборника содержание цикла изменилось за счет подключения двух текстов из цикла «Свет незаходимый» («Птичка», «Яблонька»), опубликованного в октябре того же года в журнале «Русская мысль». Очевидно, что такое перераспределение текстов было обусловлено стремлением создать композицию, объединенную общей «детской» темой. Кроме того, цикл также пополнился двумя рассказами, впервые появившимися в первом номере «Ежемесячного журнала» за 1914 г. под названием, которое впоследствии даст имя всему сборнику, — «Весеннее порошье». Характерно, что рассказ «Пупочек» — первый из текстов цикла «Свет незаходимый», опубликованный в «Заветах», так и не был включен в состав «Весеннего порошья» и позднее вошел в сборник «Среди мурья» (1917), Первая публикация «Света немерцающего» вызвала весьма одобрительные отзывы. 12 апреля 1913 г. 3. И. Гржебин спешил выразить свое отношение к новым рассказам: «С любовью и радостью слежу за Вами, как сильно Вы растете. Последние Ваши писания в „Заветах“ удивительны» (ИРЛИ. Ф. 256. Оп. 3. № 51. Л. 1).

Птичка*

Впервые опубликован: Русская мысль. 1913. № 10. С. 45–51 (под общим загл. «Свет незаходимый»; с порядковым номером 1).

Дата: 1913.

Лапочки остались да перышко… там же и цветы у меня, такая книжка есть — Ремизов, уделяя особое внимание символике своей жизни, коллекционировал бытовые мелочи, связанные с памятными событиями. Об этой особенности характера писателя вспоминал М. В. Добужинский: «Ремизов собирал и берег <…> всякие пустячки, которые ему что-нибудь напоминали: пуговицу, которую потерял у него Василий Васильевич <Розанов — Е. О.>, коночный билет, по которому он ехал к Константину Андреевичу <Сомову — Е. О.> и т. д.» (Добужинский М. В. Воспоминания. М, 1987. С. 277). Под «особой книжкой» подразумевается домашний альбом писателя, в котором обычно хранились подобные символы.

Местность, куда завлекал меня приятель мой, приморская, с немецким названием… — В 1907 г. около месяца (с конца июня по 25 июля) Ремизов с женой провели в Латвии по приглашению латышского поэта Виктора Эглитса (1877–1945), в местечке Цесвайне Мадонского уезда, в доме его родственников. Ср. с воспоминаниями поэта В. Дамбергса: «Помню короткую беседу с Ремизовым, которая коснулась окрестностей Цесвайне. Вспоминая российские заезженные дороги, не огражденные канавами, пастбища, заросшие кустами, леса с большими неубранными лесоповалами, поля с редким посевом, а в Латвии — ив окрестностях Цесвайне — осушенные и утрамбованные камнями дороги, мелиорированные поля, четкие границы лесов и полей, — я сказал, что эта местность культивирована, на что Ремизов удивлено заметил: мол, ему здесь все кажется диким. По-видимому, Ремизовым руководило не внешнее созерцание, а внутреннее чувство (по-русски „нутро“) и представление об изысканности русского общества и нашей „первозданности“. Беседа наша прервалась…» (Цит. по: Спроге Л. А. М. Ремизов в Латвии: В. Дамбергс, В. Эглитс, В. Гусев, И. Павлов, В. Гадалин // Балтийский архив. Русская культура в Прибалтике. Т. II. Таллин, [б. г.]. С. 163).