Прийти, увидеть, покорить

  Вот мою голову немного приподняли и положили к себе на колени, после чего поднесли к моим губам чашу с ароматно пахнущим травами напитком.

- А теперь пришло время выпить лекарство. Знаю, оно невкусное, но ты же хочешь выздороветь.

  Я, с некоторым удивлением и растерянностью, слушал Нику, не понимая, почему она со мной обращается как с несмышленым ребенком? Ну пусть не со мной, а с моим, вроде как, бессознательным телом, но все равно. Ранен же я не в голову и слабоумием не страдаю.

  Но возмутиться не успел. Мне открыли рот и начали вливать в меня горький травяной настой. Несмотря на отвратительный вкус, жажда взяла свое и глоток за глотком я выпил все. И только когда чаша опустела, понял, что лежу уже не с закрытыми глазами. Мой взгляд встретился со взглядом удерживающей мою голову девушки. Несмотря на мои опасения, заметив, что я очнулся, молодая женщина не отстранилась и даже не нахмурилась. Наоборот, ее лицо озарила радостная улыбка.

- Привет. Ты как?

  Оказалось, после того как мне удалось утолить жажду, у меня не только сил прибавилось, но, даже голос прорезался. Пусть хриплый, но все же.

- В сравнении с моим противником, в спине которого я заметил знакомый мне ножик, так очень даже хорошо. Спасибо, что так вовремя пришла на помощь. И вроде бы надо тебя отругать, за то, что ослушалась, но не стану. Теперь я твой должник.

   Вместо того, чтобы улыбнуться моей шутке, Ника окинула меня обеспокоенным взглядом.

- Все так плохо, раз сравниваешь себя с трупом? Мне стоит позвать вашего лекаря?

  Я не хотел, чтобы девушка, ни уходила кого-либо звать, ни даже спускала мою голову со своих колен. Уже одна ее близость была для меня лучшим лекарством. Поэтому я и постарался ее тут же заверить, что все хорошо.

- Нет-нет. Все нормально.

  В этот момент полог шатра открылся и вовнутрь зашел Ману с подносом полным еды.

- Госпожа, я принес ваш ужин. Я знаю, вы опять скажете, что не голодны, но вам надо поесть. Иначе, кто нас будет защищать, если произойдет еще одно нападение. У вас же сил не будет меч поднять, что там говорить о том, чтобы еще и сражаться.

  Все то время, пока хейджада, не замолкая, сервировал стол, девушка продолжала удерживать мою голову у себя на коленях. При этом она еще и запустила в мои волосы свои пальчики, которыми нежно массировала мне затылок. От этой незамысловатой ласки, хотелось зажмуриться от удовольствия. Вот только все закончилось, когда евнух повернулся.

- О-о-о, господин, вы очнулись? Да возрадуются небеса. Будут ли какие-то распоряжения?

  На несколько мгновений задумавшись, я тут же отдал приказ.

- Сооруди мне ложе, на котором я мог бы расположиться в полулежащем положении. После чего вызови Аджита. Хочу узнать, что произошло в горах, сколько человек выжило и куда мы направляемся.

  Почувствовав, как Ника напряглась, а ее пальчики, секунду назад поглаживающие мой затылок, замерли, я перевел удивленный взгляд на девушку.

- Что-то не так?

- Ты мог бы и у меня все это спросить.

- У тебя?

  Мне не хотелось обижать Нику. Она действительно молодец. Но времени на игры у меня не было. Сейчас мне нужны были голые факты без налёта женских эмоций или предположений. Вот только я не уверен, что получу все это нее.

- Да. После боя с зикалурским отрядом, именно я взяла на себя командование твоими выжившими людьми.

  О последнем я уже и сам догадался. Но одно дело догадываться, а другое знать наверняка. Мне понадобилось всего несколько мгновений, чтобы принять решение.

- Рассказывай.

  Прикрыв глаза, я приготовился слушать. А ведь это была не уступка с моей стороны. Мне самому хотелось узнать, как Ника справилась с ситуацией, какие отдавала распоряжения и какие выводы сделала. С Аджидом же смогу поговорить чуть позже. Ведь мне, помимо всего остального, также было интересно узнать, как мои люди восприняли действия девушки и почему они отдали командование в ее руки.

  То, что я услышал от Ники, меня не порадовало. От Зикалурской стороны чего-то такого и следовало ожидать. Все же им в руки попало мощнейшее средство давления на соседей. Любой бы правитель воспользовался тем, что ему дает появление богов на их территории, чтобы расширить свои земли. Именно поэтому я и отправился инспектировать границу и крепости, чтобы проверить их на боеготовность. Вот только не думал, что власть в Зикалуре захватят жрецы и что действовать они начнут столь быстро и агрессивно. Но на то они и приспешники Мэндэ. Пуджари* (храмовые служители) этого бога, всегда, насколько я знаю историю, требовали только полного подчинения своим правилам и возмущались потере влияния на своих последователей, которых с каждым поколением становилось все меньше. Ведь жестокие боги, ничего кроме наказания, если не выполнять их наставления, не обещали. В случае же послушания, приверженцы Мэндэ могли, разве что, рассчитывать на очищение кармы и при следующем перерождении у них появлялась возможность родиться в семье принадлежащей к более высокой варне. Но многим этого было мало. Жить-то, а не только выживать, хотелось и сейчас. Вот и возвращался народ к вере своих предков, отказываясь поклоняться своим «спасителям».

  То, как действовала Ника и какие отдавала распоряжения, мне понравилось. Будь она мужчиной, и я бы предсказал ей хорошую карьеру в военной иерархии. Но, она - девушка и несмотря на всю мою благодарность ей, должна понимать, в нашем мире место женщины в тени мужа, у домашнего очага. Ее главное предназначение - это смотреть за домом и воспитывать детей, а не махать мечами. И мне кажется, пусть Ника еще окончательно не приняла устои нашей жизни, но она уже начала их понимать. А это первый шаг к тому, чтобы изменить свои взгляды. Девушка, почти сразу правильно восприняла необходимость ношения накидки и сокрытия от посторонних своего лица. После же встречи со жрецом и нашего с ней разговора, молодая женщина стала как-то мягче и спокойнее. Мне нравились наши совместные приемы пищи, во время которых, строптивица, больше не возмущалась просьбе расставить блюда на столе и подать что-то. Правда, неожиданно для себя понял, что мне нравилось не только когда она ухаживала за мной во время приема пищи, но и самому сделать ей что-то приятное. Налит ей чафу или любой другой напиток, который она попросит, и при этом отметить, как девушка задерживает руку на несколько мгновений дольше, чем это необходимо, забирая у меня пиалу, и благодарно улыбается в ответ. Эти легкие прикосновения, как во время завтраков и ужинов, так и во время тренировок, будоражили меня сильнее самого откровенного танца. И вот, все эти достижения, из-за встречи с зикалурцами, остались позади. Ника уверенно скачет верхом, как и любой другой мужчина-воин, с открытым лицом и оружием на поясе. Она счастлива оттого, что вернулась в родную стихию. Вот только меня это не радует. И не только это, но и факт того, что я не смог обеспечить ей безопасность и то, что девушке пришлось не только вспомнить свои навыки, но и воспользоваться ими, чтобы спасти меня и моих людей. Последнее особенно сильно угнетало. Я злился на себя и на свою беспомощность. Но при этом ничего уже поделать не мог. Ну что же, время отдыха закончилось, пора возвращаться к своим обязанностям и первым делом узнать причину, почему мы направляемся в Джарвагельман, а так же разобраться с пленными.