Прийти, увидеть, покорить

27

 Меня разбудило тихое перешептывание двух голосов. Оно раздражало и не давало вернуться назад в тишину, из которой выдернуло, как надоедливое жужжание макли* (насекомое похожее на муху на Земле) над головой. Так и хотелось, или отмахнуться от незваных гостей, прогнав их, или накрыться с головой, чтобы не слышать никого больше. Вот только сил не было ни на первое, ни на второе. Еще и жажда неимоверно мучила. Моя попытка пройтись языком по сухим, потрескавшимся губам, чтобы хоть немного смочить их, ни к чему не привела. Разве что нижняя губа треснула и стала кровоточить. Я чувствовал сильную слабость, из-за которой мое сознание все время пыталось погрузиться в сон, отключившись от всего окружающего. Вот только бубнение двоих неизвестных постоянно выдергивало из состояния неги, не давая больше расслабиться и забыться. В какой-то момент я решил попытаться сосредоточиться, чтобы уловить тему разговора происходящего рядом со мной. Пусть и не сразу, но мне все же это удалось.

- Вы говорили, его раны неопасны. Почему же тогда он столько времени находится без сознания?

- Потому что господин потерял много крови. Да и одна из ран воспалилась, что так же мешает быстрому восстановлению здоровья вайона.

- И что теперь нам делать?

- Ждать. Господин Надкари - один из сильнейших воинов нашего времени. Его организм должен справиться с инфекцией. Просто на это надо время.

- У нас нет этого времени.

- Госпожа, я делаю все что в моих силах, все остальное в руках богов. Как они решат - так и будет. Гной из раны я удалил и сменил повязки. Сейчас тело хозяина надо обтереть, чтобы сбить температуру и напоить его отваром. Настойка должна придать силы организму для борьбы с недугом. Из-за лекарства, господин, в течение этой ночи, будет много потеть. Кому-то необходимо будет контролировать этот процесс, давать вайону как можно больше питья и промокать появляющийся пот, иначе его кожа начнет чесаться. Это сделать мне или вы сами справитесь?

- Справлюсь. Только пришлите ко мне Ману. Сами же идите к остальным раненым. Когда закончите обход доложите мне об их состоянии.

- Как прикажете, госпожа. Но я и так вам могу все рассказать. Все наши воины уже достаточно хорошо себя чувствуют, чтобы приступить к выполнению своих прямых обязанностей. Зикалурского же раненого еще какое-то время будут мучить головные боли, но, в общем, с ним все хорошо и его жизни больше ничего не угрожает. Уже завтра он вполне сможет продолжить путь верхом на маскохане. Дневные перевязки ему больше не нужны. Рана его хорошо затянулась. И да, как по мне, то потерю памяти он разыгрывает. Если вы его будете допрашивать не сами, а прикажете это сделать нашим воинам, то уже спустя час, он вам расскажет все, что вы желаете знать.

- Думаете, он знает больше тех двух, что уже поделились с нами сведениями о своих войсках? Сомневаюсь. Так что смысла в допросе не вижу.

- Зачем тогда было его спасать?

- По-вашему, парню надо было дать умереть?

  Доктор не нашел что ответить. Я уже понял, кто эти двое, которые не дают мне провалиться в сон. За что сейчас был им благодарен. Вот только несмотря на то, что сознание мое прояснилось, сил чтобы открыть глаза и продемонстрировать окружающим, что я очнулся, не было.

  В шатре стало тихо. Скорее всего, лекарь ушел. Мое сознание тут же попыталось погрузиться в темную, спокойную пучину отрешенности от действительности и мне больших усилий стоило удержать его на плаву. Прислушиваясь к окружающим меня звукам, я попытался хотя бы за один из них зацепиться. Мне нельзя больше терять сознание. Надо разобраться во всем, что происходит. А еще узнать, что делал зикалурский отряд на нашей территории, а также, куда мы сейчас направляемся.

  Ника, конечно же, молодец, спасла нас и взяла командование выжившими на себя, вот только она не из нашего мира, поэтому, по незнанию, может наделать много ошибок, или в полной мере не учесть грозящую людям опасность. Да и, в конце концов, она девушка, пусть и воин. А это значит, подвержена многим слабостям. Одной из которых являлась неуместная на войне жалость. Иначе, зачем ей было спасать раненого зикалурского воина. А ведь эта ошибка может стоить всем нам жизни. Так как он или сбежит к своим, после чего приведет к нам своих дружков, или сам нападет, после того как окончательно выздоровеет и наберется сил, в момент, когда все будут спать, не ожидая нападения внутри лагеря. А еще вынюхает, что у нас и как. Ни один из этих вариантов меня не устраивает. Мне надо как можно быстрее встать на ноги и допросить всех пленных. После чего можно будет отправить их души к богам. А те уже пусть сами решают, что с ними делать дальше. Достойны ли они оказаться в нирване или отправятся на перерождение, дальше очищать свою карму.

  Мои размышления прервало нежное и легкое прикосновение к моим волосам. Почувствовав, как женские пальчики убирают пряди с моего лица, я полностью отдался этим ощущениям. Никогда не думал, что такая простая ласка, может оказаться столь приятной. Ника действовала очень осторожно. Я даже не ожидал встретить от всегда резкой, а иногда и откровенно грубой девушки, столь трепетное отношение. Да еще и к кому? К тому, на кого она никогда не обращала внимания как на мужчину. Что же поменялось сейчас?

- Виджей, Виджей. Что же ты нас так подводишь? Ты же всегда был таким сильным. Мне казалось, никто, ничто и никогда не сможет тебя сокрушить. А тут ты уже четверо суток пугаешь нас своим бессознательным состоянием. Пора бы уже приходить в себя. Мне нужна твоя помощь. Сама я не справлюсь со сложившейся ситуацией.

  Разговаривая со мной тихим голосом, молодая женщина заботливо обтирала мое горячее от повышенной температуры тело влажной тканью, принося мне облегчение. С каждым ее прикосновением, мне становилось все лучше и легче. Мне кажется, я даже уже могу открыть глаза. Вот только делать этого не хочу. Уверен, как только Ника увидит, что я очнулся, вся ее нежность и забота испарятся, уступив место холодной настороженности, а то и обычной отстраненности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍