Ричард Шеридан - Школа злословия

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Да, осуждаю, если он достоин их иметь.

С э р  П и т е р  Т и з л. Погодите, вы сами убедитесь, когда его узнаете. Поучительно слушать, как он говорит, - он высказывает благороднейшие мысли.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Черта мне, что он высказывает! Если он вздумает меня приветствовать с недожеванной моралью за щекой, меня тут же стошнит. Но только, сэр Питер, не поймите меня неверно. Я вовсе не намерен защищать ошибки Чарлза. Но, прежде чем составить себе мнение о том и о другом, я хочу испытать их сердца. Мой друг Раули и я кое-что задумали и для этого.

Р а у л и. И на этот раз сэр Питер признает, что был неправ.

С э р  П и т е р  Т и з л. О, за Джозефа я ручаюсь головой.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. А теперь поставьте нам бутылку доброго вина, мы выпьем за обоих молодых людей и изложим вам наш замысел.

С э р  П и т е р  Т и з л. Идет!

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. И не будьте, сэр Питер, так суровы к сыну вашего старого друга. Даю вам честное слово, меня не огорчает, что он чуточку выскочил из колеи. Я терпеть не могу, когда благоразумие начинает глушить зеленые побеги юности; оно - как плющ на молодых ветвях и мешает росту дерева.

Уходят в разные стороны.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

КАРТИНА ПЕРВАЯ

У сэра Питера Тизла.

Входят сэр Питер Тизл, сэр Оливер Сэрфес и Раули.

С э р  П и т е р  Т и з л. Ну хорошо, сперва поговорим с этим малым, а за вино примемся потом. Так что же вы, собственно, затеваете, любезный Раули? Я не понимаю, в чем тут соль.

Р а у л и. Видите ли, сэр, этот мистер Стенли, о котором я говорил, приходится им близким родственником по матери. Он был коммерсантом в Дэблине, но разорился в силу ряда несчастных обстоятельств. Он обратился с письмами к мистеру Сэрфесу и к Чарлзу. От первого он ничего не получил, кроме уклончивых обещаний помочь ему в будущем, тогда как Чарлз, хоть и сам разоренный, сделал для него все, что было в его силах. И сейчас он опять старается занять где-нибудь денег, часть которых, я знаю, он при всей своей нужде назначает для бедного Стенли.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. О, это сын моего брата!

С э р  П и т е р  Т и з л. Хорошо, но как же думает сэр Оливер...

Р а у л и. Видите ли, сэр, я хочу известить Чарлза и его брата, что Стенли получил разрешение обратиться к своим друзьям лично, и так как ни тот, ни другой в лицо его никогда не видели, то пусть сэр Оливер выдаст себя за него, и у нас будет великолепный случай судить хотя бы о степени их доброты. И поверьте мне, сэр, в младшем брате вы найдете человека, который даже среди безумств и мотовства сохранил, как говорит наш бессмертный поэт, "слезу для жалости и руку, открытую, как день, для состраданья"{13}.

С э р  П и т е р  Т и з л. Что толку в открытой руке или даже в кошельке, когда в них ничего не осталось? Ну что ж, произведите опыт, если вам угодно. Но где же этот человек, которого вы хотели показать сэру Оливеру в связи с делами Чарлза?

Р а у л и. Внизу, и ждет его распоряжений. Он лучше всякого другого может его осведомить. Это, сэр Оливер, почтенный еврей, который, надо отдать ему справедливость, сделал все, что было в его силах, чтобы умерить расточительность вашего племянника.

С э р  П и т е р  Т и з л. Так будьте добры его позвать.

Р а у л и (слуге). Попросите мистера Мозеса сюда.

С э р  П и т е р  Т и з л. Но почему вы думаете, что он будет говорить вам правду?

Р а у л и. О, я убедил его, что если он может еще надеяться вернуть кое-какие суммы, данные в долг Чарлзу, то только от щедрот сэра Оливера, который, как ему известно, приехал. Так что вы вполне можете положиться на его заботу о собственной выгоде. Есть у меня в руках еще и другое доказательство, некто Снейк, которого я накрыл на занятии, весьма близком к подлогу, и в скором времени я вам его представлю, чтобы устранить кое-какие ваши предубеждения.

С э р  П и т е р  Т и з л. Об этом я слышал достаточно.

Р а у л и. А вот и честный израильтянин.

Входит Мозес.

Это - сэр Оливер.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Сэр, насколько я понимаю, вы последнее время часто имели дело с моим племянником Чарлзом.

М о з е с. Да, сэр Оливер, и я сделал для него все, что мог, но он был уже разорен, когда обратился ко мне за содействием.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Это действительно досадно. Таким образом, у вас не было возможности показать ваши таланты?

М о з е с. Никакой возможности. Я имел удовольствие узнать о его несчастии, когда он уже упал на несколько тысяч ниже нуля.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Очень печально! Но, я полагаю, вы сделали для него все, что было в ваших силах, честный Мозес?

М о з е с. Да, и он это знает. Как раз сегодня вечером я должен привести к нему одного джентльмена из Сити, который с ним не знаком и хочет, по-видимому, ссудить его известной суммой.

С э р  П и т е р  Т и з л. Как? Человек, у которого Чарлз еще ни разу не занимал?

М о з е с. Да, мистер Примиэм с улицы Кречт-фрайарс, бывший маклер.

С э р  П и т е р  Т и з л. Знаете, сэр Оливер, какая мне приходит мысль? Чарлз, вы говорите, не знаком с мистером Примиэмом?

М о з е с. Не знаком.

С э р  П и т е р  Т и з л. Так вот, сэр Оливер, вам представляется еще лучшая возможность достигнуть своего, чем при помощи старой чувствительной сказки о бедном родственнике. Отправляйтесь с моим другом Мозесом и выдайте себя за Примиэма, и тогда, я вам ручаюсь, вы увидите вашего племянника во всей его славе.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Ей-богу, эта мысль мне больше нравится, чем прежняя. А потом я могу посетить Джозефа под видом старого Стенли.

С э р  П и т е р  Т и з л. Очень хорошо.

Р а у л и. Правда, это поставит Чарлза в менее выгодные условия. Но, как бы то ни было, Мозес, вы поняли сэра Питера и плутовать не станете?

М о з е с. Можете на меня положиться. Но скоро уже время, когда я обещал там быть.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Я могу отправиться хоть сейчас, Мозес. Но постойте! Вот что я упустил: каким же это я образом сойду за еврея?

М о з е с. Этого и не требуется. Кредитор - христианин.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Вот как? Очень грустно слышать это. И еще одно: не слишком ли я хорошо одет, чтобы изображать ростовщика?

С э р  П и т е р  Т и з л. Нисколько. Вы даже вполне могли бы приехать в собственной карете. Верно, Мозес?

М о з е с. Вполне могли бы.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Хорошо, а как я должен говорить? Ведь есть же, наверно, какой-то ростовщический жаргон, какая-то манера вести беседу, которые надо знать.

С э р  П и т е р  Т и з л. О, здесь особых знаний не требуется. Главное, насколько я понимаю, - это чтобы ваши условия были достаточно чудовищны. Так ведь, Мозес?

М о з е с. Да, это главное, конечно.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. За этим дело не станет. Я с него потребую восемь, а то и десять процентов, не меньше.

М о з е с. Потребовать такой маленький процент - это значит сразу себя выдать.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Вот как? Сколько же тогда, черт побери?

М о з е с. Это зависит от обстоятельств. Если вы увидите, что он не слишком нуждается в ссуде, вам следует спросить процентов сорок - пятьдесят. Но если окажется, что положение его действительно бедственное и деньги нужны ему до зарезу, вы можете потребовать сто на сто.

С э р  П и т е р  Т и з л. Хорошему ремеслу вы учитесь, сэр Оливер!

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Да, действительно, и не бесполезному.

М о з е с. При этом заметьте, у вас лично денег этих нет и вам придется занять их для него у старого приятеля.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Ага, я занимаю их у приятеля?

М о з е с. Причем ваш приятель - бессовестный пес, но с ним ничего не поделаешь.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Мой приятель - бессовестный пес?

М о з е с. Да, причем денег у него тоже нет, и он вынужден с большим убытком продать бумаги.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Он вынужден с большим убытком продать бумаги? Это очень мило с его стороны.

С э р  П и т е р  Т и з л. Честное слово, сэр Оливер... мистер Примиэм, я хотел сказать... вы скоро станете виртуозом в этой области. Но скажите, Мозес, не следует ли ему слегка обрушиться на закон о процентах?{14} Это было бы ему к лицу, мне кажется.

М о з е с. Очень даже.

Р а у л и. И посетовать, что теперь молодому человеку, пока он не вступил в разумный возраст, не позволяют разоряться?

М о з е с. Да, это очень жаль.

С э р  П и т е р  Т и з л. И осудить общество за то, что оно одобряет закон, единственная цель которого - это вырвать несчастных и неосторожных из хищных лап ростовщичества и дать несовершеннолетним возможность наследовать оставленное им имущество без того, чтобы ввод во владение их разорял.

С э р  О л и в е р  С э р ф е с. Вот-вот. Мозес даст мне дальнейшие инструкции по пути.