Восставшие из небытия. Антология писателей Ди-Пи и второй эмиграции - Владимир Вениаминович Агеносов

и младших сестрах. С 1933 по 1940 год работала редактором еженедельника «Для Вас», журналисткой в русской ежедневной газете «Сегодня».

С установлением в Латвии советской власти избежала репрессий и вместе со вторым мужем бароном Розенбергом выехала в Германию. Во время немецкой оккупации Риги вернулась в родной город и с риском для себя помогала еврейским семьям и бежавшим из плена красноармейцам.

Осенью 1944 года окончательно покинула Латвию и пешком дошла до Германии, где оказалась в лагере Ди-Пи в американской зоне. Разрисовыванные ею вручную открытки со стихами, деревянные пасхальные яйца и коробочки в русском стиле меняла на сигареты и продукты. Жизнь ди-пийцев описана ею в повести «О нас» (1972), где драматические эпизоды соседствуют с юмористическими (в т. ч. со знаменитой «Азбукой» ди-пийцев).

Позже обосновалась под Мюнхеном, где жила до смерти.

Печататься начала в 1922 году. В 1933 году ее произведения были напечатаны в Выборгском «Журнал Содружества», который, несмотря на малый тираж (200–250 экз.), распространялся в Эстонии, Латвии, Швеции, Чехословакии, Бельгии, Франции, Швейцарии и США. В 1938 году вышел первый сборник ее рассказов «Тень синего марта».

В 1947 году ей удалось впервые издать сборник романтических сказок «Королевство алых башен», написанных еще до эмиграции. ««В мире две есть важных вещи: сказка и улыбка, остальное можно сделать и придумать как-нибудь! Сказки у меня есть». Эти слова много позже Ирина Сабурова вложила в уста героини романа «Корабли Старого Города» Джан, прообразом которой послужила она сама. Сабурова соединяет суровую действительность с волшебной сказкой. Написанные ритмической прозой, сказки, несмотря на грустные финалы, вызывают у читателя веру в существование Добра, Любви, Красоты. Не случайно большая часть событий происходит в Сочельник, когда рождаются мечты, пусть даже неосуществимые в жизни.

Написанный в 1947–1948 годах роман «Корабли Старого Города» был сначала опубликован на немецком языке под названием «Die Stadt der verlorenen Schiffe» (1950). Позже его перевели на испанский. По-русски роман увидел свет только в 1962 году.

Слова «Старый Город» писательница пишет заглавными буквами: Рига для нее это город счастливой юности и мечты и сказки, где «Свинцово-черная шляпа на Пороховой башне проткнута крохотными подзорными окошечками, как шпильками. Иногда в них просовываются рожицы гномов. Они смотрят вниз и хихикают в кулачок. Внизу, на двухаршинной трубе притулившегося домика вертится флюгерный кот, скрипит и машет под ветер хвостом».

Эпиграфом роману автор выбрала стихотворение А.А. Блока «Девушка пела в церковном хоре»: мечта и надежда нужны в любой самой тяжелой ситуации.

Роман состоит из 4 частей. Первая «Ра, сияющий бог» – о счастливой юности героини. Вторая («Последние корабли») о 20-40-х годах жизни русской диаспоры в Риге. Третья – «Звезда Давида» о фашистской оккупации Риги, об ужасах еврейского гетто и о людях, сумевших даже в этих условиях сохранить доброту и мечту. Завершающая часть романа о начале второй мировой войны, приходе большевиков в Ригу и начавшихся арестах и расстрелах. Символическое название этой части – «Колокола». Они звонят как реквием об ушедшей жизни и, может быть, новой жизни героини, покидающей родной город

Как всегда у Сабуровой, реалии XX столетия сочетаются с романтическим преданием, аллегорией. Героиня романа Надежда Николаевна фон Грот (она же Джан) создает пьесу о том, что жители Старого Города «ждут счастья и посылают за ним корабли». «Мне кажется, – объясняет артистам, воплощающим пьесу на сцене, автор, – что мы все тоже отправляем в своей жизни корабли счастья – и ждем, что они когда-нибудь вернутся. Тоска по мечте есть в жизни каждого человека». И страшно, если через 200 лет вернувшиеся корабли встретят не романтики, которые отправляли их в плавание, а полные скепсиса и цинизма люди новой эпохи.

В эпилоге романа героиня в одиночестве отмечает Рождество в Германии. Ей является маленький гномик, выполняющий ее святочное желание: звонит в колокола и возвращает ее в Ригу. «Бимм… бамм… бомм… Колокола совсем близко, взмахивают гулкими боками, ударяют над головой, в грудь Джан, удар за ударом. Гудит вечная песнь земли и неба, звенит, дрожит, поет, и ветер поет, раскачивая башни – над морем, рекой, над Старым городом, уходящими кораблями. Идет снег, мягкий, неслышный, ласковый, кружащийся и скользящий, как воспоминание… Бимм!.. сверкающе взмывает радость. Бамм!.. кованая победа счастливой песни. Бомм!.. благословенье – всем…».

Критика разошлась в оценке художественной убедительности сюжета романа и – особенно – пьесы, созданной героиней. Но все признали, что описание русской Риги и ее жителей – великолепны: ярки и убедительны, несмотря на то, что далеко не все соответствует историческим реалиям. Со страниц романа встает как сама Сабурова, так ее муж Александр Перфильев, выведенный под именем журналиста и поэта Бориса Александровича Бея-Тугановского. Под именем «Нездолин» фигурирует видный русский режиссер Константин Незлобии, основатель «Студии Народного театра» в Риге; полковник дядя Кир – Кирилл Константинович Кузнецов, представитель семейства, создавшего знаменитый «Кузнецовский фарфор»; Охотьев – это общественный деятель и культуртрегер Николай Иванович Антипов – представитель рижской купеческой династии.

В 1956 году вышли в свет ее книга о балерине Анне Павловой «Бессмертный лебедь» и сборник стихов «Разговор молча».

Перу И. Сабуровой принадлежит фантастическая утопическая повесть «После…» (1961) и сборники рассказов и сказок («Копилка времени», 1958 и «Счастливое зеркало», 1966).

Владевшая английским и французским языками, Сабурова с 1953 года и до выхода на пенсию работала переводчицей на радиостанции «Свобода», регулярно сотрудничала с главной газетой русской эмиграции «Новое русское слово» (Нью-Йорк). С 1976 года и до самой смерти была секретарем редакции христианского журнала «Голос зарубежья» (Мюнхен).

Обложка романа-антиутопии «После» с наклеенной на нее характерной запиской, свидетельствующей о почти бедственном положении И. Сабуровой и писателей второй эмиграции

К числу литературных заслуг И. Сабуровой относится собранное и изданное ею «Литературное наследие А.М. Перфильева» и его избранные «Стихи» (обе книги – в 1976).

Ее собственные стихи, с одной стороны, еще более грустные, чем проза; с другой – основными мотивами перекликаются с романом и рассказами писательницы.

По-прежнему первостепенной ценностью для писательницы остается дом. «Дом, говорила Сабурова в одном из рассказов сборника “Счастливое зеркало”, – это чувство, это свойство, стремление утвердить себя, оглянуться – услышать тишину, согреть – и свое, и чужое сердце. И при бездомности может быть дом, если есть чувство дома…». Однако в стихах, написанных в первые годы жизни в Германии, это чувство потеряно: «Интересно, но – мир чужой». «На карте-есть маленький город. / А у меня-ничего». И еще драматичнее: «Какою бы дорогой все равно / Мне ни идти – я не дойду до дому».

Воистину трагично найденное поэтессой