Задорная Мандаринка

Глава 37. Белое платье, белая фата...

Инна

Как это могло произойти? Ну просто, как???

Я стою напротив огромного зеркала, с ног до головы завернутая в блестящую серо-белую ткань, уродливо расшитую дешёвым бисером и искусственными камнями, а мне на голову водружают корону с фатой. Короткую, торчащую в разные стороны, безобразную.

Я смотрю на свой несчастный взгляд в зеркале и вымученную улыбку, и не могу поверить, что делаю это. А ведь все неплохо начиналось! Хотя, кого я обманываю...

Я, как примерная девочка, собиралась на встречу с Живило-мудило, не забыв, что после иду знакомиться с родителями Хромова. Поэтому надела все самое прилично-нарядно-удобное, что у меня было. Черное платье свободного покроя, ага, то самое, с "изюминкой" на спине и теплые шерстяные колготаны. Колготаны, правда, были только не очень приличного зелёного цвета, но, в принципе, гармонично смотрелись с нарядом, а волосы так вообще подчеркивали! А что, пусть сразу видят, что я креативная.

То, что колготки не совсем уцелели от столкновения с Живило, когда я била его ногами, я узнала только, когда переступила порог отчего дома Хромова и сняла сапоги. Живописная дыра, из которой выглядывал большой палец с ярко-малиновый лаком, была заметна, наверное, и с луны. Мама Ильи посмотрела на мои ноги со снисхождением и тут же выдала мне огромные плюшевые тапочки с ушками зайца под цвет колготок. "Стебется" — подумала я тогда и покраснела, как помидор, от неловкости.

Напялила их себе на ноги, собрала все мысли в одно отделение мозга, хотя у меня, итак, только одно и функционирует, чего уж там, и уверенно выпалила:

— Добро пожаловать!

Тут же над ухом услышала похрюкивание скота. Что ляпнула что-то не то от волнения, поняла не сразу. Черт!

— Я имела ввиду: приятно познакомиться! — с еще большим энтузиазмом произнесла я.

— Нам тоже, нам тоже, — тихо посмеиваясь, удалялся по коридору Геннадий Владимирович, с которым знакомство произошло ранее в отделении полиции. Боже, он, наверное, меня ненавидит. Но ведь есть шанс ещё спасти положение с матерью Ильи!

— Инночка, — тепло произнесла она. — Проходите, проходите за стол.

— Подождите, — серьезно сказала я и полезла в свою огромную сумку за подарком для будущей... эээ, не будем так далеко загадывать, для Людмилы Васильевны.

Рылась долго. Подарок не очень большой, а сумка по-настоящему безразмерная, такая, которая еще не баул торгашей, но уже из разряда "поместится пару бутылок винишка". А после столкновения с Живило содержимое знатно перемешалось внутри. Только бы оно было цело. Только бы цело!

В кои-то веки мои молитвы были услышаны, и с широкой улыбкой я достала элегантно упакованное в коробочку с прозрачной крышкой мыло ручной работы. Надо сказать, что я его прихватила из дома — подарок кого-то из девчонок на 8 марта, которым я так и не воспользовалась. Но оно красивое, в форме розы и очень ароматное! А с пустыми руками знакомиться с родителями друга — моветон, ведь так?

Протянула коробочку Людмиле Васильевне и увидела, как ее глаза расширились при виде моего подарка. У нее поменялся цвет лица и, видно, едва сдерживая смех, она произнесла:

— А что, оригинально!

Я смотрела на нее в недоумении. Что оригинального в куске мыла-то? Или, может, ей подарков не дарили вообще, не избалованная она вниманием?

— Илюш, ты был прав, девушка у тебя креативная! — уже смеялась она. — Вместе выбирали?

— Не-е-ет, — Хромов с подозрением стал всматриваться в мой подарок. Сначала его глаза широко раскрылись, потом он разразился громким заливистым смехом. На шум в коридоре снова появился глава семейства, Хромов старший. Беззвучно посмотрел на то, что держала в руках его жена и тоже не сдержал смеха.

Такой идиоткой мне не приходилось чувствовать себя никогда.

— Что не так? — еле слышно произнесла я. Губы отказывались шевелиться, звуки — исходить изо рта, а липкий пот неприятно холодил кожу. Идиотизм просто!

— Ма-мандаринка! — буквально утирая слезы, обратился ко мне скот. — Ты, ты видела вообще, что купила, или это дань уважения профессии моей матери? — на последних словах он снова неудержимо рассмеялся.

— М-мыло, — неуверенно произнесла я. — Ручной работы. С запахом розы…

Новый приступ гомерического хохота взорвал квартиру Хромовых. На эти дикие звуки дверь одной из комнат отворилась, и в поле моего зрения появились две белокурые девчушки трёх лет. А за ними парень и девушка, примерно моего возраста.

— К нам завезли веселящий газ, а мы не в курсе? — приподнял бровь незнакомый блондин. Очень знакомо приподнял. Очень похожий на Илью блондин. Брат, сразу догадалась я. А рядом — его жена, наверно, а две малышки — дочери. Тут Шерлоком быть не надо, чтоб сопоставить. Другое дело, что скот не рассказывал ничего о брате и племянницах. Вот это интересно.

— Привет! — неуверенно подала я голос. — Я Инна.

— Привет. Володя, — парочка подошла поближе.

— Наташа, — кивнула девушка.

— Так что происходит? — улыбаясь, спросил брат Ильи.

— Фуууух, — глубоко выдохнув, скот успокоился и смог произнести: "Взгляни на это, брат".

Все снова уставились на мой подарок и уже пять голосов взорвались дружным хохотом.

— Да что не так-то! — разозлилась я.

— Мандаринка, — подошёл ко мне Илья и взял лицо в свои ладони. — Ну как тебя не любить?! Ты безумная женщина! Притащить моей маме в подарок вагину…

Я уставилась на Хромова круглыми глазами. Какая вагина! Посмотрела на мыло и... о, боже! Как я могла этого не заметить!!!

Подняла взгляд полный слез на Илью и прошептала:

— Я думала, это цветочек…

— Конечно, думала, — ласково сказал он и прижался ко мне лбом. — Забавная Мандаринка.

Мы стояли так несколько минут, смотрели друг другу в глаза, глупо улыбались и перешептывались. В какой-то момент поняли, что вокруг стоит абсолютная тишина. Повернули взгляд в направлении родных Хромова, а их уже нет. Мы одни в темном коридоре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍