Чужая жена. Ты будешь моей

Глава 37

– Без паники. Ложитесь на кресло аккуратно, – надевает перчатки гинеколог.

Она проводит осмотр, при пальпации напряженного живота я морщусь:

– Больно.

– Угу… – её мычание не сулит ничего хорошего. – Матка увеличена на 5 недель беременности. Когда последний раз месячные были?

– Эм–м…

В голове метаются даты, числа… Не помню, хоть убей.

– Одевайтесь, – снимает перчатки и отправляет их в урну. – Прокладка есть?

Судорожно мотаю головой. Вздохнув, Алла Вениаминовна лезет в шкаф и достает оттуда белую тканевую салфетку, сложенную несколько раз.

– На, временно, – передает мне её и обращается к помощнице. – Вера Гавриловна, оформляйте девушку в стационар.

Пока я натягиваю бельё, Алла Вениаминовна щелкает по клавиатуре и не отрывая глаз от экрана, спрашивает:

– Так, Камилла, беременность сохраняем?

– Да… – рассеяно отвечаю.

– Значит надо будет сходить на узи прямо сейчас и сказать мужу, чтобы купил препарат, который я пропишу и привез тебе вещи. Отправляю тебя на сохранение в стационар. А вот и он…

В кабинет заходит Арс и недовольным взглядом сверлит гинеколога, мол, так и знал, что сами не позовут его обратно. Но Алла Вениаминовна тупо игнорит его прицелы и важным тоном заявляет:

– У вашей жены угроза прерывания беременности.

– Что это значит? – косится муж на меня.

– Возможен выкидыш. Чтобы сохранить беременность, нужен постельный режим, постоянное наблюдение врачей… Я оформляю Камиллу в стационар. Привезите ей вещи и купите вот этот препарат, он поднимет прогестерон до должного уровня.

Она вручает Арс бланк рецепта, тот, нахмурив брови пытается что–то разобрать в написанных каракулях.

– То есть я целыми днями буду лежать в больнице? – пищу я, округлив глаза. – Но у меня зачеты и экзамены идут…

– В вашем положении – минимум стресса, максимум отдыха и покоя, дорогая моя. Выбирать вам, – смотрит поверх очков на меня врач, надеясь на благоразумие.

– Конечно, она ляжет, – решительно выступает Арс. – Всё привезу и куплю.

– Но… – мои брови складываются домиком. – Блин…

– С зачетами я порешаю, не переживай. Только зачетку дай, – протягивает руку Арс.

– Не надо ничего решать, – шиплю я, закатывая глаза.

– Вы можете уже ехать, – перебивает нас Алла Вениаминовна. – А Камилла идёт на узи, это соседний кабинет, там сейчас свободно.

– Так, а срок какой? – опоминается Арс.

– Ориентировочно пять недель, – отвечает врач.

– Ясно, а кто будет? Мальчик, девочка?

Гинеколог берет паузу и переводит сочувствующий взгляд на меня.

– Ребенок будет, – клацает языком она. – Срок слишком маленький, чтобы говорить про пол.

Хмыкнув, Арс кивает мне, чтобы шла вперед на выход, и после следует за мной.

– Я не хочу лежать в больнице, – говорю я, как только оказываемся в коридоре.

– Раз надо, значит, будешь. Дуй на узи, потом расскажешь, – пресекает капризы Арс и непреклонно провожает меня взглядом, пока я с опущенным видом не скрываюсь за соседней дверью.

***

Пребывание в стационаре – дело монотонное и скучное. Здесь все идет по одному и тому же графику: утренние анализы, завтрак, осмотр, процедуры, обед, тихий час, ужин и остаток вечера, в которые ты плюёшь в потолок, бродишь по одноместной палате, поглядывая в окно, залипаешь в телефоне до приближения ночи, короче говоря, убиваешь свободное время, как можешь. Готовится к экзаменам Арс запретил, потому что якобы это вводит меня в стресс, из–за этого ничего мне не привез из учебников и тетрадей. Хотя наличие его самого в моей жизни, как первопричина стресса , почему то мужа не волнует.

Слава богу, у меня есть подруга, которая добудет всё, что я попрошу и приукрасит своим присутствием томный вечерок в угрюмых стенах больницы.

– Амина, – на радостях спрыгиваю с кровати я, когда подруга , с накинутыми на плечи халатом заходит в палату. В её руках сумки, а это значит, что она всё принесла.

Я крепко обнимаю её, словно век не видела.

– Ой, задушишь, – кряхтит Амина. – Я смотрю, сил хоть отбавляй. Чего тебя тут держат?

– Не представляешь, как я рада тебя видеть, – чмокаю её в щеку. – Всё нашла?

Беру сумки, водружаю их на кровать и начинаю перебирать.

– Вроде да…

– Класс, спасибо.

Для учебы всё на месте, и для шитья – тоже. Теперь мне точно будет, чем заняться. Счастливая, плюхаюсь на стул и киваю Амине, которая, кажется взгрустнула:

– Чего ты? Рассказывай, как там на свободе?

– Да в общем–то… Блин, – не может подобрать слов Амина с расстройства.

– Что случилось? – хмурюсь я.

– Я не хотела тебя расстраивать, Ками, но… – с сожалением поджимает губы Амина. – Но молчать я не могу.

– Говори тогда.

– Короче… Я когда к вам домой зашла, то Арса не было, как ты и говорила.

– Ну…

– Но он не работе был, – обреченно мотает головой Амина. – А у соседки. Черт. Ваши окна как раз выходят на её дом, там всё, как на ладони. Прости…

Внизу живота сжимается, я морщусь.

Образ дочки Родионовых всплывает в памяти, с виду порядочная девчонка, воспитанная, из культурной семьи. Как же Арс любит портить хорошеньких молоденьких глупышек.

– Тебе не стоит извиняться, – новость о похождениях Арса неприятна, но далеко не смертельна. Как говорится, не впервой. – Разберёмся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍