Чужая жена. Ты будешь моей

Глава 36

У меня идёт зачет, а мысли совсем не о том. Всю ночь не спала из–за того, как поступила с Русланом. Проревелась, но легче не стало. Знаю, что так будет лучше для него. Я сама во всем виновата, мне и расплачиваться. Правда, тонный груз, упавший сверху на хрупкие плечи, прибивает так, что вот–вот раздавит, приплющит и останется от Камиллы бездыханная лепешка.

Но Мигеровне, как и всем вокруг, плевать на мои мучения:

– Что–то не так, Нуриева? – замечает она мои подозрительные ёрзания. Идет ко мне. Черт.

Наушник в ухе шипит, Амину не слышно. Убираю руку с уха, прикрыв его волосами. Преподаватель останавливается около меня и востро смотрит на вопросы в билете, которые убили во мне надежду справится самой. Но честно? Мне уже все–равно. На фоне событий в моей жизни незачет – такая несущественная мелочь. Пересдам, если что.

– Можно выйти?

– Ты сейчас только зашла. В чем дело, Нуриева? Можешь сразу сдаваться, и топать домой.

Жестокая. Юбка не спасла – она вообще в брюках.

– Меня тошнит, – говорю правду, скорчив лицо.

– Меня тоже, Нуриева.

– Честно… – умоляю глазами.

– Быстро, – фыркает она, сложив руки на груди.

– Спасибо.

Я встаю и шустро выхожу из аудитории. Уединившись в туалете, достаю наушник – китайский ширпотреб. Как чувствовала, что он подведёт. Ворча под нос, снимаю с себя гарнитуру с проводами и прячу всё в сумку. Обдав розовые щеки холодной водой, я засовываю в рот мятный леденец, который спасёт от тошноты.

Звоню Амине, она сходу устраивает панику:

– Чё такое? Сигнал пропал.

– Его и не было. Наушник шипит и всё. Вышла в туалет.

– Блин, у них походу глушители установлены.

Я закатываю глаза. Даже спрашивать не хочу, о чем это она. Время итак поджимает.

– Прочитай, что там в 29 билете.

– Ща, так… – шелестенье страниц тетради доносится из динамика. – Вот нашла.

Она читает, как первоклассник, с трудом разбирая мой почерк. А я уже жалею, что оставила конспект ей.

– Ладно, расскажу своими словами, что есть… – вздыхаю я. – Мне пора.

– Давай, удачи, – сочувствующе говорит Камилла. – Держись там, окей?

– Угу.

Я отключаюсь, закидываю телефон в сумку и возвращаюсь в аудиторию.

Спустя час, несмотря на рассказанный материал, Мигеровна успешно валит меня дополнительными вопросами. С её легкой безжалостной руки в зачетке красуется позорная отметка, и я понурив голову, топаю из универа.

По плану – перекус и прием у гинеколога. В больницу поедем вместе с Арсом – его принципиальная позиция. Поэтому пока кушаю в местной кафешке, набираю его, чтобы подъехал.

Мысль о том, что в моем организме зарождается еще одна жизнь – не укладывается в голове. Я как Фома, не верю. Это так странно и волнительно. Беременность – не желательная, но я люблю детей, и там внутри – мой ребенок, и он ни в чем не виноват.

– Как прошел зачет? – спрашивает Арс по пути в больницу.

– Плохо, – угрюмо глядя в окно, отвечаю.

– Не расстраивайся, пересдашь.

В ответ следует моя усмешка. Ведь причина расстройства вовсе не в проваленном зачете, а как минимум в том, что мы вновь в одной машине и вместе куда–то едем. Не иметь ничего общего с Арсом – моя мечта, которая в миг стала несбыточной после новости о беременности. Общий ребенок будет всегда между нами, и мысль об этом причиняет боль.

Я бы хотела ребенка, но не от мужа, а от… Я даже имя его не берусь мысленно произносить, чтобы не мучить свое сердце лишний раз. Он найдёт свободную девушку, женится, потом вместе заведут ребенка, а то и детей…

Ну вот опять тошнит.

Заставляю себя перестать думать о Руслане. У нас теперь с ним разное будущее. Моё через девять месяцев принесет мне сына или дочь, и я буду его любить так сильно, как его любила. Пока это единственный смысл в моей жизни.

Подъехав к частной клинике, мы с Арсом поднимаемся на нужный этаж на ресепшене получаем необходимые бланки, карту и идем в указанный кабинет.

– Ты куда? – спрашиваю, когда Арс идет следом.

– С тобой.

– Не надо. Подожди, – киваю на скамью возле кабинета.

– Забыл спросить.

Он открывает дверь, пропуская меня вперед. В который раз убеждаюсь, что муж собрался контролировать мою жизнь от и до. Меня и так мандражит перед приемом, не хватало его припадков. Прием гинеколога для меня – действие не самое приятное, так еще и в присутствии мужа. Выглядит картина, будто мама дочку в первый привела к женскому доктору.

– Слушаю вас, – улыбается акушер гинеколог Алла Вениаминовна, смотря то на мужа, то на меня.

– Жена сделала тест. Показал две полоски, – отвечает за меня Арс, а я закатываю глаза.

– Так, – она кивает и переводит взгляд на меня. – Задержка есть? Что–то беспокоит?

– Есть. Тошнит еще, и иногда живот тянет…

– Ясно. Раздевайтесь, проходите на кресло, – рукой задает мне направление гинеколог, и после смотрит на Арса. – А вас на время осмотра попрошу выйти в коридор.

– Нет. Я здесь буду.

Доктор заметно меняет выражение лица, сначала на удивленное, а через секунду – возмущенное.

– Я позову вас, как только закончу осмотр. На приеме находитесь не вы, а ваша жена, так что попрошу вас…

– Делайте, что должны, я что мешаю?

– Уже да, потому что отвлекаете своими словесными перепалками. Я могу выдать перчатки, проводите осмотр сами. Вы сюда пререкаться пришли или довериться профессионалам?

Похоже гинеколог сразу почувствовала мой дискомфорт и решила поскорее избавиться от раздражителя.

Из–за ширмы одним глазом вижу, как Арс недовольно расставляет руки по бокам, молча пыхтит на доктора, и выругавшись под нос, все же уходит, хлопая дверью. Тихонько выдыхаю, напряженный живот чуть расслабляется. Вешаю джинсы на стульчик, следом снимаю трусы…

– Ой, – замираю я.

– Что такое? – спрашивает Алла Вениаминовна.

– У меня кровь пошла, – испуганно сглатываю я, глядя на красное пятно, впитавшееся в белую ткань трусов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍