Священная военная операция: между светом и тьмой - Дмитрий Анатольевич Стешин
— Меня тоже на этот концерт приглашали, это фирменная «шутка» у бандеровцев, по методичке. Вы же не впервые на Донбассе? Почему в этот раз приехали? И «дежурный вопрос»: не страшно?
— Страшно. Жене очень не понравилась эта идея. Спрашивала: «Нельзя ли отказаться?» Потом махнула рукой! — смеется.
Я еще в 2019-м приезжал, выступал в Донецкой филармонии. Посмотрел афиши, репертуар практически не обновляется. Артисты только местные, донецкие, из Большой России мало кто приезжал. Только Джанго да баянист из Новосибирска… Но тогда ДНР была не признана. И некие артисты, сейчас очень патриотические, убеждали меня тогда: «Не надо в ДНР ездить!» Имена называть не буду.
— Если сравнивать с 2019-м, повеселее стало на Донбассе?
— Было страшнее, потому что это была беззащитная ДНР и меня отделяла от украинской армии только Народная милиция. А сейчас ощущение какой-то уверенности. Понятно, что шальной дрон может прилететь, но Россия — большая и могущественная страна, и она своих людей будут защищать. А ДНР тогда напоминала остров Тортугу, чувствовалась некая анархия.
Конечно, когда началась СВО, я переживал за людей, читал, что были разрушены знакомые места, например, в гостиницу «Централь» что-то прилетело. Читал, что артистов филармонии мобилизовали и многие из них погибли… Не военные, а музыканты оркестра, они погибли при штурме Мариуполя, это ужасно…
С КЕМ БЫЛ БЫ ЕГОР
Мы долго молчим перед этим вопросом, я все не решался спросить:
— Такой вопрос, от сердца. Как думаете, Егор был бы здесь, с нами?
Сергей Федорович тоже долго обдумывал ответ:
— Егор очень легко попадал под влияние других людей. Как поэт, он был очень отзывчив миру. Я вывесил на сайте Летов.ру его высказывания об украинских нацистах. Однозначно трудно судить, «что было бы, если бы», он совершал в жизни много поворотов. В СССР Егор был антикоммунистом, а в России — коммунистом, причем крайне левым. На маевках в Омске он шел с «Трудовой Россией», с «анпиловцами». Если эту линию продолжить, логично было бы считать, что Егор встал бы на сторону Донбасса. Вся его жизнь была на нашей стороне.
Саксофонист Сергей Летов, брат Егора Летова, и знаменитые чебуреки в Стаханове (ЛНР)
В БАБКОДЕРЕВНЮ КАТИТСЯ ВОЛНА
Мы возвращались в цивилизацию, и в совершенно мертвом селе Светличное остановились у помпезного здания ДК в стиле «сталинского римского ампира». Здание было уничтожено прямым попаданием. Я подобрал в развалинах и подарил Сергею Летову расхожий местный сувенир — бакелитовую заглушку от гранаты Ф-1. На память об уходящем военном конфликте. Уже под Донецком мне позвонил товарищ-бизнесмен, он знал, куда я уезжал на весь день. Его офис ремонтируется, и осталась куча просто шикарной мебели. Он хочет отдать ее в «Русскую школу». Донецк расцветает на глазах и начинает жить привычной, интенсивной и упругой жизнью делового города. И получается, что это волна оживления уже докатывается до бабкосела Нижнее, а значит, надежда есть.
P.S. Летом в Тошковке и окружающих селах появился свет. И люди по России опять собирали для школы на электрические шкафы, предохранители и прочее. И сразу запитали отремонтированное крыло. И вот что непонятно. Про школу в Тошковке знает очень много народу. Но, видать, это все не те люди. За время восстановления «нашей» школы Россия построила в Средней Азии десяток учебных заведений. Там нужнее.
30 марта 2025
НА ЗАПОРОЖСКОМ ФРОНТЕ ПОГИБ ТЕАТРАЛЬНЫЙ РЕЖИССЕР И ДОБРОВОЛЕЦ АЛЕКСАНДР БОРИСОВ
Писать о погибших друзьях — мучительно, но и не писать невозможно. Социальные сети лишь добавили горечи — они зафиксировали всю хронику наших отношений, начиная с первого, короткого сообщения.
7 апреля, 2023 года, 18.27:
«Здравствуйте, Дмитрий. Я художественный руководитель Чайковского театра драмы и комедии. У нас готовится к постановке новый спектакль. Очень хотели бы получить Ваше разрешение на использование в спектакле Ваших рассказов из книги «Коротко и жутко».
В ответ я сразу же прислал это разрешение на клетчатом листке, вырванном из своего репортерского блокнота. Я работал на Донбассе и другой бумаги не нашел. Блокнот был «фирменный», с логотипом «КП», мне показалось, что так будет солиднее, как на бланке.
Чуть позже у спектакля появилось название — «Смерти нет!». Это была первая театральная постановка о СВО в новейшей истории. Саша искусно сплел между собой мои рассказы о Великой Отечественной и «Русской весне», рассказы Захара Прилепина, стихи Анны Долгаревой и Игоря Караулова. Премьера ожидалась 6–7 мая, но буквально за несколько дней спектакль был сорван — труппа отказалась его играть, причем по «идеологическим соображениям». Видать, не все успели на последний самокат, идущий через Верхний Ларс.
Я написал про эту политически незрелую манифестацию деятелей культуры, написал Захар Прилепин, и начался всероссийский скандал, его «потушили» только майские праздники. Пермские чиновники выкручивались как могли. Актеры-дезертиры, не ожидавшие такой шумихи, даже писали мне и рассказывали, какие они на самом деле патриоты. Но внятно объяснить свой отказ играть они не смогли. Впрочем, мне написали из Якутии, местная епархия поддержала спектакль, готовы поставить и помогать. А Захар Прилепин всего за день до покушения (машину писателя подорвали диверсанты СБУ, Захар был очень тяжело ранен. — Авт.) договорился о постановке в Туле. Успел Захар… От этой череды событий буквально дохнуло войной и смертью.
На премьеру я не попал, конечно, у меня была середина очередной командировки на Донбасс, но я посмотрел трансляцию. Саша мне написал: «С поклонов не отпускали пять минут» — и я с тульской публикой полностью согласился. Любопытно, что столичные либеральные театральные критики не поленились съездить в Тулу, чтобы написать «разгромные» рецензии! «Я гналась за вами, чтобы сообщить, что вы мне безразличны». Но ни на что повлиять они уже не могли, ушла их эпоха.
Спектакль зажил своей жизнью, гастролировал по России, а режиссер ушел на фронт.
БОГЕМА СО СТАЛЬНЫМ ХАРАКТЕРОМ
В конце августа 2023 года Саша написал мне:
«Еду на следующей неделе в Пермь подписывать договор с Министерством обороны… Просто некоторые твари позволяли себе комментарии: мол, весь скандал — это мой пиар на теме СВО.
Доказывать, что не верблюд? Не, не
