Мишени стрелять не могут - Александр Волошин

— Так, смотри. Подъем в пять утра. Просыпаемся, строимся, довожу задачу, собираемся, завтракаем и в шесть утра стоим перед казармой, проверяемся и выдвигаемся на аэродром. Больше пока никаких новостей нет. Поэтому можем ложиться спать. И да, утром у зампотыла надо будет забрать наше СВУ для задачи. Не забудь.

Узнав задачу, и немного поглобалив над ней перед сном, с фонариком и картой в руках, я решил не брать всех бойцов с собой, да и тем более в группе были два товарища, которым вся эта романтика нахер нужна не была.

Оставив их под командование зампотыла, группа выдвинулась на место стоянки вертолетов.

Это были первые мои учения за пять с половиной лет службы в бригаде, когда сделали все так красиво, неожиданно, подготовлено, в незнакомом регионе, на действующем объекте. Вот это романтика, вот в такие моменты ты гордишься тем, что служишь в войсках специального назначения ГРУ, и осознаешь, что ты все-таки не хер с горы, а тебя привезли в неизвестный регион, где идут учения, все воинские части подняты по тревоге, и ты, работая группой за противника, должен организовать и провести диверсию. Это ведь круто, ты понимаешь, что войска специального назначения — это элита вооруженных сил, именно такие моменты, именно такие учения, а не караулы по десять суток в месяц, стрельбы бестолковые и бесполезные, и наряды по КПП.

Еще не до конца рассвело, мы стояли у своего вертолета, точнее, сидели на рюкзак и ждали вывода. Рядом с нами стояли офицеры-летчики, их было очень много, они разбились на небольшие кучки людей и что-то обсуждали.

— Грузимся, мужики, — внезапно появился откуда-то из-за спины наш командир корабля. И тут же громким голосом вчерашний генерал крикнул:

— Все, товарищи офицеры, готовимся ко взлету.

Винты начали медленно вращаться над каждым вертолетом, гул нарастал, и говорить обычным голосом было уже бесполезно. Мы сидели в вертолетах, каждый думал о своем, но винтокрылая машина движение почему-то не начинала, и, более того, в какой момент командир корабля снял наушники и вышел из вертолета. За ним вышел и я, подошел к комбату и другим командирам групп.

— Взлет не разрешает какой-то диспетчер на главной вышке. Говорит, что ему никто указаний и разрешения не давал, поэтому мы стоим на месте, — рассказал мне всю сложившуюся обстановку один из групперов.

— Нихера себе, то есть ему даже генерал не указ?

— Да ему похрен, он гражданский.

— Согласен, хули ему будет, если он делает все по инструкции.

— Все, командиры групп, по своим вертолетам расходимся, вон генерал рукой машет над головой, значит взлет разрешили. Всем удачи, товарищи офицеры.

— Спасибо, — больше про себя, чем вслух ответил я комбату, запрыгнул в вертолет и помог бортмеханику затащить лестницу в кабину.

Я быстро пересчитал своих бойцов по головам, кто-то уже сладко чах, положив голову на рюкзак.

— Все? — кричал мне на ухо бортмеханик.

Я не стал отвечать, а просто кивнул головой и поднял большой палец вверх, давая понять, что все на месте. Бортмеханик занял свое место, надел наушники, что-то в них сказал и вертолет медленно начал двигаться по бетонке. Я сел на свой рюкзак, облокотившись на летную куртку, которая висела в самом конце кабины, у рампы. Я сидел и смотрел в иллюминатор. В такие моменты ни о чем не думаешь, просто погружаешься в себя и смотришь, как отрываешься от земли. Но в этот раз было немного по-другому, так как в небо поднялось сразу около полсотни вертолетов. Просто дохрена, и стоит отметить, что там были вертолеты различных модификаций: и Ми-26, в простонародьеь «Корова», и КА-52 «Аллигатор», и много других. Выглядело это очень круто, мощно, и, возможно, даже брутально. Наши четыре вертолета летели, практически, самые крайние, и нам было видно все, что происходит вокруг. Я поднялся и подошел к кабине пилота, откуда открывался классный вид. Такое запоминается надолго.

А дальше некоторые вертолеты начали уходить влево, некоторые начали уходить вправо, а мы же продолжали лететь прямо, очень низко над землей. В тот момент высотомер показывал четверку, что говорило о том, что мы были четыреста метров над землей.

— Половина на боевые стрельбы, половина на другой аэродром, а мы по своим задачам. Тут много наших, с нашего аэродрома - прокричал мне на ухо бортмеханик.

— А вы где базируетесь? — спросил я также громко на ухо бортмеханику.

— Из Ахтубинска, — ответил бортмеханик, ожидая, что я не знаю, что это за город и в каком регионе он находится.

— Серьезно? — удивленно прокричал я в ответ. — А я родом оттуда, с соседнего военного городка, шестнадцать лет там жил, потом в Новосиб уехал поступать. А в Ахтубинске в футбол играл много раз.

— Так ты значит земеля, вот так земля круглая, — говорил уже не так громко бортмеханик.

Потом он это сказал по наушникам командиру корабля, и тот широко улыбнувшись протянул мне руку. Я улыбнулся в ответ.

Я простоял еще минут пять, увидел, что вертолеты с другими группами тоже немного изменили направление, и пошел на свое место. Достал карту, которую склеил ночью не очень удачно, и начал еще раз изучать местность. Хотя на тот момент мне казалось, что я ее уже выучил наизусть. Еще раз посмотрел точку высадки, был уверен, что она идеально подходит для нашего десантирования. В один момент, когда в вертолете стало очень тепло, я понял, что хочу спать. Свернув карту и убрав ее в нагрудный карман на молнии, я облокотился на куртку и уснул.

Меня разбудил боец, показывая рукой, что меня зовет бортмеханик. Я встал, немного потянулся и подошел к кабине пилота. Бортмеханик передал мне свои наушники, чтобы я мог переговариваться с командиром.

— Юстас, мы подлетаем к району, минут пять осталось. Где будем десантироваться? — спросил командир корабля.

Я быстро достал карту, и карандашом показал точку. На карте это была небольшая опушка на окраине лесного массива.

— Принял, — ответил командир и достал какой-то гаджет, который выглядел как большой навигатор. Он стилусом продвинул карту до нужного района и приблизил в точке, где я сказал.

— Яндекс говорит, что там массива нет, там пустырь, как на ладони будем.

— Тогда по факту будем смотреть, как прилетим туда, может что по пути найдем подходящее, — ответил я и через какое-то время добавил, — а почему индекс, почему не гугл?

— Яндекс обновляется чаще. Мы по нему летаем.

— Прикольно, не знал, — ответил я пилоту и улыбнулся.

— Смотри, Юстас, заброшенное водохранилище, сухое, отличное место