Честь вайнаха - Александр Владимирович Чиненков

и кинулся к друзьям, чтобы предупредить тех, кого ещё не схватили…

– Сынок, чем тебя покормить? – поинтересовалась хлопотавшая у кухонного стола Лиза.

– Съем всё, что подашь! – заулыбался голодный юноша. – У меня всё бурлит внутри. Я готов съесть всё, что…

– Быстрее корми его, Лиза, – ухмыльнулся Алихан. – А то ещё, чего доброго, нечистый заберёт его душу прямо сейчас.

«Птенец желторотый, – подумал он, глядя на внука. – Ростом выше меня вымахал, и силой Аллах не обделил. А вот в голове ветер гуляет. Вместо усов и бороды пушок. Такие вот и попадают легко в сети шайтанов…»

Лиза поставила на стол чашку с нарезанным большими кусками сыром, а из чугунка достала кусок варёной баранины.

– Кушай, Арса, – сказала она, ставя всё это перед сыном.

Проголодавшийся юноша набросился на еду с жадностью изголодавшегося хищника, и в голову наблюдавшего за ним Алихана пришла, как ему показалось, своевременная и удачная мысль.

– Ешь и поспи, – сказал он, вставая. – А ночью будешь сидеть с ружьём за сараем. Волк повадился к нам ходить, вот ты и убьёшь его, чтобы неповадно было…

2

Ближе к вечеру над горами показались вертолёты. В этом не было ничего удивительного. За время так называемого «наведения конституционного порядка», перешедшего в долгую кровопролитную войну, самолёты и вертолёты Российских Вооружённых сил часто летали над горами и бомбили их с целью уничтожения прятавшихся там боевиков.

Вертолёты приближались и уже скоро загудели над домом.

– Сейчас начнётся… – ухмыльнулся Арса, выходя во двор вместе с дедом и матерью.

– Что начнётся? – не поняла Лиза.

– Бомбить горы начнут, – пояснил сын.

– О Всевышний, а в нас они бомбы бросать не будут? – в голосе Лизы послышался страх, но Арса не придал этому значения и с неуместным восторгом воскликнул:

– Пусть бомбят, там никого нет! Наши отряды знают, где прятаться, и русские только зря потратят бомбы, сбрасывая их на пустой лес!

Как только началась бомбёжка, Алихан зябко поёжился:

– Идёмте в дом, становится холодно…

Бомбили далеко, но всякий раз дом вздрагивал от взрывов, а на кухонном столе подпрыгивала и гремела посуда.

– Ты не забудь: как только всё закончится, бери ружьё и ступай к овчарне, – напомнил Алихан внуку. – Ты должен убить волка, или самого поселю жить к овцам.

Не успел Арса вымыть после еды руки и взять ружьё, чтобы осмотреть его, как пёс на улице грозно зарычал и метнулся к воротам. Ни живая ни мёртвая Лиза распахнула окно. От страха у неё перехватывало дыхание.

– Пойду посмотрю, – сказал Алихан, обуваясь и беря из рук внука ружьё. – Если не шайтаны, значит, к нам пожаловали федералы. Придётся впустить, иначе… Иначе войдут сами и устроят погром…

Сначала во двор, затем в дом вошли пять человек с заросшими бородатыми лицами. От них остро пахло потом. Как будто они не шли, а бежали безостановочно в гору.

– Это ты, Габис? – вышел вперёд Арса. – А я ждал вас только завтра.

Они обнялись.

– Сейчас мы уйдём, а завтра вернёмся, – предупредил Габис. – Дела кое-какие остались.

– Я пойду с вами, – засобирался Арса. – Я тоже…

– Нет, мы пойдём, а ты останешься, – неожиданно возразил Габис. – А завтра встретишь нас. Твоё дело нас дожидаться и предупредить об опасности, если нагрянут федералы.

Удручённый Арса повесил нос. Ему очень хотелось идти с Габисом и его отрядом, но он быстро успокоился: перечить амиру не позволялось.

– Приготовьте нам что-нибудь перекусить, – глянул на притихшую Лизу Габис, и она поспешила исполнить его приказ. – А мы пока выйдем, – обратился он к остальным.

Арса отправился следом за ними. Видя, что бандиты ведут себя по-хозяйски нагло и не обращают на него внимания, Алихан молча наблюдал за ними со стороны, скрестив на груди руки. Когда «гости» и внук покинули дом, он подошёл к распахнутому окну и остановился.

– Наш гость тяжело ранен, – сказал Габис. – Боюсь, что не донесём его до базы. А если он умрёт, то и мы все ляжем с ним рядом. Он очень большой человек и к нам приехал издалека с инспекцией. Если он умрёт, то нам перестанут давать деньги на джихад.

– А я? Что должен сделать я? – взволнованно поинтересовался Арса. – Здесь нет врача. Мы не сможем спасти его!

– Твоё дело ухаживать за ним, пока нас не будет, – сказал Габис. – Будешь колоть ему лекарства, которые я оставлю. А мы… Мы сходим, поищем врача. Ты меня понял?

– Но-о-о… Я не умею делать уколы… – засомневался Арса. – Я…

– Я тебя научу, не беспокойся, – отрезал Габис. – Иди, собаку привяжи, пока я не пристрелил её. Она лает громче, чем слон трубит, и может привлечь внимание федералов.

Выслушав разговор, Алихан отошёл от окна, сел за стол и задумался. Пока он приводил свои мысли в порядок, в дом внесли раненого. Не спрашивая разрешения, боевики уложили его на кровать Лизы. Раненый громко стонал, и Габис, позвав с собой Арсу, вошёл в спальню.

– Смотри, как это делается, – сказал он, доставая из вещмешка коробку со шприцами и препаратами. – Смотри внимательно и запоминай. Пока нас не будет, вся ответственность за жизнь «гостя» ложится на тебя и твою семью.

Арса внимательно наблюдал за тем, как Габис заполняет шприц препаратом из ампулы, а затем делает инъекцию в руку раненого.

– Всё запомнил? – спросил главарь боевиков, когда раненый успокоился и замолчал.

– З-запомнил, – ответил Арса.

– Раны не трогай, мы их обработали и перевязали, – продолжил инструктаж Габис. – Кровь остановили, но он может умереть от болевого шока. Так что смотри, как услышишь стоны, делай укол.

Наспех перекусив тем, что поставила на стол Лиза, боевики ушли, а Арса, проводив их от ворот долгим взглядом, вернулся в дом и замер посреди комнаты, как каменная статуя.

– Да-а-а, – вздохнул, глядя на него, Алихан. – Много раз ты приводил в мой дом шайтанов, Арса, но сегодня… Сегодня ты привёл самых-самых. Наверное, эти выбрались на свет из самых низов ада.

– Я не понимаю, о чём ты, – хмуро буркнул внук, присаживаясь за стол напротив деда. – Все, кого ты видел, это борцы за веру. Они… – не зная, что сказать, он замолчал, сложив перед собой руки.

– Те, кого я видел, не похожи на почитателей Всевышнего, – усмехнулся Алихан. – Один Габис из них чеченец, а остальные… Остальные похожи на почитателей кровавых денег, а не Аллаха.

– Ну и что? – насупился внук. – Они пришли в Ичкерию, чтобы вместе с нами, бок о бок, бороться с русскими. И мы рады, что есть такие люди, которые пришли к нам на помощь в борьбе с врагами.

– А с каких это пор русские стали нам врагами? – подавшись вперёд, задал вопрос Алихан. – Мы всегда жили вместе, дружили, и… Мы все счастливо жили в СССР.

– Это было давно, – огрызнулся Арса. – Я знаю, что ты воевал с немцами, а мой дядя погиб за СССР в Афганистане. А что теперь? Почему русские не хотят видеть Ичкерию свободной