Фернандо Магеллан. Том 3 - Игорь Валерьевич Ноздрин

спросил кормчего вечно недовольный, подозрительный Симон.

– Дней двадцать… – подсчитал Альбо.

– Ого! – вздохнул Симон. – Я помру посредине. Так дело не пойдет… Надо что-то предпринять.

– Что? – в сотый раз задал вопрос его приятель Мартин.

– Не знаю. Опустить паруса да рыбу половить, – предложил Симон.

– Где ты видел ее?

– Я думал, она везде есть, как дичь в лесу.

– Много не наловишь, а время потеряешь, – заметил Мигель.

– Надо высадиться на берег! – повторил чужие слова юнга Педро.

– Собираешься поохотиться? – улыбнулся Альбо.

– Ага.

– У тебя есть силы?

– Немного осталось.

– Немного… – усмехнулся штурман. – А ты знаешь, что там ждет нас?

– Нет.

– То-то, – удовлетворенно хмыкнул Альбо.

– Что? – насторожились в толпе.

– Туземцы с копьями, – посерьезнел штурман.

– Эка невидаль! – задиристо воскликнул юнга.

– Ух, ты – воин! Давно усы отрастил? – подзадорил парня седой Эрнандес.

– Бабахнем из аркебузы – сразу разбегутся! – обиделся Педро.

– А если нет? Здесь пушки не в диковинку. Португальцы часто высаживаются на берег.

– Тогда… Тогда… – задумался Педро. – Пойдем в рукопашную!

– Сколько вас таких наберется?

– Найдутся желающие…

– Надо думать, а не спорить, – упрекнул молодой матрос Хуан Аратья.

– Чего тут думать? – возразил цирюльник. – Нужно силой захватить продовольствие или тянуть до Зеленого Мыса.

– На Зеленом Мысу португальцы арестуют нас, – пояснил канонир Ролдан.

– Что-нибудь придумаем… – пробормотал цирюльник.

– Их не проведешь, – покачал головой канонир.

– У голодного голова хорошо работает, – пошутил цирюльник.

– Высаживаться надо, – произнес Ролдан.

– Тогда Зеленый Мыс обойдем стороной, – поддержал его Педро.

– Много ли возьмешь у дикарей? – засомневался Эрнандес. – Все равно придется заходить к португальцам.

– Без их помощи не дойти до Испании, – согласился Альбо.

– Надо сделать то и другое, – решили в толпе.

– На то и другое не хватит сил, – передразнил сосед.

– Ты не хочешь есть? – удивился Окасио.

– Хочу. Только не буду напрасно рисковать жизнью.

– У нас – стальные доспехи, а у них – деревянные щиты! – пренебрежительно сравнил Филиппе.

– У нас десять солдат, а у них – сотни! – в тон ему парировал Эрнандес.

– Человек пятнадцать наберем, – прикинул Филиппе.

– На такое дело все пойдут, – заверил Ролдан.

– Нельзя оставлять судно без присмотра, – покачал головой Альбо. – Филиппе правильно сказал – больше пятнадцати человек не выставим.

– Пятнадцать человек – это сила! – запетушился Педро.

– Половина из них сядет на первой кочке и без помощи не поднимется на ноги, – охладил его пыл старый матрос.

– Это верно, – кивнул цирюльник. – Надо здраво оценивать силы. Мы сейчас не можем воевать.

– Правильно, – похвалил Альбо.

– И не дойдем до Зеленого Мыса, – упорствовал канонир. – Лучше умереть на берегу, чем с голоду лишиться рассудка.

– Чего мы спорим? – рассудил Хуан Аратья. – Проще посчитать желающих сразиться с индейцами. Если их много, так тому и быть!

– Пусть считает, – велел Ролдан и протянул руку.

Вслед за ним восемь человек подняли руки.

– Мало… – сказал Альбо. – С таким настроением в бой не пойдешь.

– Я знаю, что надо делать! – торжественно произнес Мигель. – Надо пойти вдоль берега, выбрать крохотную деревеньку и…

– Это то же самое, – перебил Эрнандес. – Потеряем неделю и ничего не получим.

– А если высадиться на берег, насыпать вокруг лагеря вал, поставить пушки и ждать проходящий мимо корабль?

– Нас вырежут туземцы до того, как последний матрос умрет с голоду, – разочаровал его Альбо.

– Неужели здесь нельзя торговать?

– В Сенегамбии живут людоеды.

– Ну и что?

– Они тоже хотят кушать. Мы не выживем на берегу.

– Как же Серран сидел в Патагонии?

– Там не было людоедов, он знал, что мы придем на помощь.

– Верно, – согласились моряки.

– Что надумали? – поинтересовался подошедший капитан.

Все обернулись к нему.

– Девять человек желают силой добыть продовольствие, остальные – плыть к Зеленому Мысу, – доложил считавший голоса Аратья.

– Я думал, их будет больше, – признался Элькано.

– Вы не имеете права препятствовать намерению трети команды, – заявил Ролдан. – У нас нет иного способа достать продукты.

– Я не вынуждаю вас высаживаться на берег или продолжать плавание, – спокойно объяснил баск. – Думайте сами! Я готов принять участие в сражении с туземцами, но если большинство выскажется за поход к Зеленому Мысу, не потерплю разговоров об отдыхе. Не надо напоминать, чем обернется потеря хотя бы одного дня!

– Мы, вроде, решили… – промолвил штурман. – У нас нет сил и времени на высадку. Утрата ветра грозит неминуемой смертью, а движение сохраняет слабую надежду на жизнь.

– Пусть высадят нас в шлюпке! – потребовал Ролдан.

– Господь велел наказывать самоубийц, – ответил капитан. – А с бунтовщиками – разговор особый!

– Мы не бунтовщики. Мы хотим добыть продовольствие для всех.

– Похвально, но я не могу позволить вам покинуть корабль. Нельзя рисковать единственной шлюпкой.

– Скорей бы увидеть Зеленый Мыс, – вздохнул Симон.

– До него две недели пути, – обнадежил капитан.

– Франсиско говорил – двадцать дней! – изумился Симон.

– Он ошибся. Я закончил подсчеты: при хорошей погоде мы дойдем быстрее!

– Спорить не о чем. Две недели как-нибудь протянем.

– Переживем, – поддержали в толпе.

Моряки разошлись, офицеры остались одни.

– Зачем ты обманул команду? – Альбо осудил капитана.

– Больным нужна надежда, – баск разглядывал однообразный горизонт, – иначе у них не хватит сил даже на короткий срок.

– Я полагал: честность не вредит делу.

– Да, но не сейчас, когда люди истощены до крайности. Пойдем, сверим вычисления, – позвал кормчего.

Глава XXXIV

Затаившиеся враги

В конце июня эскадра Бриту перешла с Тидоре на Тернате, где командующий решил возвести крепость. Там была удобная гавань с надежными союзниками. Остров считался опорным пунктом Португалии на Молукках. Сыновья Абулеиса зачастили на корабли. За ними зорко наблюдала мать наследника, правившая от имени мальчика и опасавшаяся потерять власть.

Каравеллы покачивались на рейде, но строительство крепости не начиналось из-за постигшей моряков эпидемии неизвестной болезни. Из двухсот человек капитан-генерала оставались здоровыми не более пятидесяти. За два месяца пребывания на Молукках армия Бриту потеряла четверть солдат и матросов. Прочие лежали на палубах и в кубриках, не способными к решительным действиям. Альмансор мог одним ударом покончить с португальским присутствием. Командующий скрывал истинное положение на кораблях, но гости видели ослабевших от лихорадки желтых моряков, считали кресты и могилы на берегу. Грозная флотилия вымирала, железные воины, наделенные божественной силой, оказались простыми смертными. В замке Альмансора появились гости с Бакьяна и соседних островов.

– Аллах послал португальцам болезнь и смерть, а нам – доброе предзнаменование! – воздел руки к небу Сили, когда из комнаты вышел гонец.

Альмансор сидел на ковре и жевал бетель. Красная слюна ползла по подбородку.

– Через месяц корабли опустеют, – добавил советник. – Болезнь сильнее стрел и копий. Она разит врага безжалостно и точно. Дон Гарсиа и сеньор Бриту тоже