Эпоха харафишей - Нагиб Махфуз

На небольшом расстоянии от фонтана к нему приблизился шейх переулка и указал ему на Захиру в окне как на главную ось всей ссоры. Нух Аль-Гураб оставался на своём привычном месте в кафе, а Мухаммад Анвар сидел, съёжившись, в своей лавке, и ожидая ещё бо́льших бед, вместо безопасности. В то же время пекарь Абдуррабих в замешательстве наблюдал за процессией и говорил всем окружающим:

— Вскоре мы все предстанем перед богом на Страшном суде.

55

Захира не единожды уже замечала на себя как бы случайные взгляды инспектора Фуада Абд Ат-Таваба на Новой дороге, когда возвращалась из мечети Хусейна домой. Не единожды она замечала эти пронизывающие, голодные, острые взгляды, и про себя бормотала: «И инспектор туда же!» Вся площадь, казалось, была переполнена соблазнами и насмехалась над ней. Как сумка фокусника с мышами, кошками и змеями, тело её извивалось под ритмы тщеславия. Она представляла себя сидящей верхом на сказочном орле, бившем крыльями — мощно, воодушевлённо, созидательно… Азиз… Нух Аль-Гураб… Фуад Абд Ат-Таваб. Магия, любовь, вершина славы, увенчанная звёздами. Она следила за биением своего сердца, и с каждым ударом формировался сияющий лик, превосходящий все, виденные ею ранее…

56

Инспектор вызвал к себе на встречу Мухаммада Анвара в обстановке абсолютной секретности. Усадив его перед собой, сказал:

— Я поднял знамя закона с такой силой, какую этот переулок не знал никогда раньше. Теперь вы в безопасности?

Мухаммад Анвар лишь в замешательстве покачал головой и сказал:

— Я не знаю.

Фуад Абд Ат-Таваб тоном капитуляции подтвердил:

— Вы правы. Я тоже. По правде говоря, я опасаюсь за вас.

Мухаммад Анвар встревожился:

— В нашем переулке жизнь не стоит ни гроша.

— Вы правы. Любой подлец может тебя убить. Какой толк будет, если мы сотрём в порошок весь клан и вырвем его с корнем?

— Да, а что же тогда поможет мне?

— А готовы ли вы выслушать мой совет, каким бы странным он ни показался? — спросил инспектор.

— В чём он?

— Разведись с женой.

Мухаммад Анвар опешил и пробормотал:

— И вы советуете мне это?

— Это тягостно для моей чести, как и для твоей, но я боюсь за твою жизнь…

— Я почти схожу с ума, господин инспектор…

Инспектор пытливо ответил:

— Это лишь временная мера, пока я не рассчитаюсь с тираном…

— Временная мера?

— А потом всё вернётся на круги своя.

Мухаммад Анвар немного подумал и сказал:

— Я серьёзно это обдумаю.

57

Домой он вернулся, барахтаясь в отчаянии. Но из недр отчаяния к нему неожиданно нагрянуло вдохновение, и он сказал Захире:

— Собери все лёгкие и дорогие вещи: сегодня ночью, когда весь переулок погрузится в сон, мы сбежим.

Захира опешила и пробормотала:

— Сбежим?

— Даже сам инспектор полиции посоветовал мне развестись с тобой.

— Инспектор?!

— Он признался, что не в состоянии защитить меня, и мне не оставалась ничего другого, кроме побега.

Она догадалась, что стояло за таким советом инспектора, однако не знала, как ей поступить со своим мужем, и встревоженно спросила:

— Куда же мы пойдём?

— Земли Аллаха просторны, а у меня есть деньги, так что мы откроем новое предприятие.

Вот дьявол! Он хочет развеять все её мечты всего одним ударом, чтобы сделать её скиталицей и привязать к себе навечно, чтобы покончить с её силой и новым существованием, чтобы она растаяла во мраке бедствий подобно Самахе. Кто знает? Может быть, он заставит её снова выполнять ручную работу как нищенка? Пусть лучше этот трус бежит в одиночку, пусть исчезнет из её жизни навсегда.

— Не теряй напрасно время…

Она вяло ответила:

— Я уже два раза об этом подумала.

— А я подумал целую сотню раз, и нет другого выхода, кроме побега.

— Нет.

— Нет?!

— Это невозможно.

— Это возможно, вот увидишь — ещё до рассвета мы убежим.

Но она была упряма:

— Нет.

Он в оцепенении поглядел на неё, и она повторила:

— Нет. Это бродяжничество и потери.

— Но у меня есть достаточно средств для нас.

— Нет.

— Разве ты не понимаешь, что меня угрожают убить?

— Ты сам ошибся и знаешь об этом!

— У меня не было иного выхода!

— А я то в чём провинилась?

Он с безумными нотками в голосе ответил ей:

— Жена должна следовать за мужем.

Она казалась твёрдой, питающей к нему отвращение и готовой ускользнуть от него:

— Ты не можешь защитить меня.

Он ударил себя кулаком в грудь и закричал:

— Гадюка!

Она инстинктивно отошла к окну, а он воскликнул:

— Ты снова хочешь играть в эту старую игру свою?!

Она увидела смерть на его бледном отчаянном взгляде, сжатых кулаках и в напряжении мышц, и самым громким голосом, на который только была способна, заорала из окна, призывая на помощь, в то время, как он бросился на неё, словно тигр.

58

Дверь сломали. Внутрь ворвались Нух, Азиз и Джибрил Аль-Фас, шейх переулка. Мухаммад Анвар отступил назад, а Захира упала на пол без сознания. Заголосили Джалаль и Ради.

Мужчины занялись тем, что приводили её в сознание. И пока она приходила в себя, Мухаммад Анвар исчез бесследно. Нух Аль-Гураб поглядел на Джибрила Аль-Фаса многозначительным взглядом, и официальным тоном последний произнёс:

— Покушение на убийство и попытка бегства.

Азиз пробормотал:

— Достаточно и того, что он сбежал.

Нух Аль-Гураб спросил:

— А как же покушение?

Джибрил Аль-Фас ответил:

— Покушение ясно как божий день, и мы все свидетели.

Тогда Азиз обратился к Захире:

— Приходи сегодня ночью ночевать в дом моей матери.

59

Мухаммад Анвар исчез с её горизонта, не