Узоры оленьих троп - Зинаида Викторовна Лонгортова
– Сеть завтра надо починить. Нитки намотай!
Аймишка сел на середине нар и вдруг громко, на весь дом начал тянуть священную песню.
– Что ты делаешь, брат? Нельзя святые песни петь без надобности, к тому же в доме, – начал успокаивать его Илья. – Никто сегодня дом не окуривал. Остановись, беду накличешь!
– Так окури! – крикнул Аймишка. – Почему мне ничего нельзя? Только водку и можно! – И продолжил, медленно раскачиваясь, тянуть песню.
Остановила его Кунаватнэими:
– Мальчик мой! Нельзя священную песню петь в доме без повода, слышишь меня? Боги рассердятся, накажут нас. Я старше твоей жены, послушайся меня: иди спокойно домой.
Аймишка совершенно осознанно посмотрел на тетю, встал и молча вышел.
Пристыженный Илья лег на свою постель, вскоре домочадцы услышали его звучный храп.
* * *
Шишаннэ детально продумала, как украсть Айэвие у братьев. С мужем не делилась. Таньла ики, человек рассудительный, никогда не шел на поводу у жены, он не одобрил бы ее желание поступить по старинке – выкрасть девушку. За такие дела партия его не пожалеет! Был он совестливым, справедливым, небольшая должность бригадира для него была очень значимой.
Все решали Шишаннэ с Витуром вдвоем.
– Сынок! Уговори Айэвие сбежать к нам домой. Я вчера поговорила с ней, кажется, она согласна: не отказалась, но и не согласилась – промолчала.
– Так ей всего семнадцать лет исполнилось! По советскому закону Айэвие нельзя выходить замуж, – останавливал тетю Витур. – И дядю Таньлу за это могут наказать!
– Дядю не накажут: он ничего не знает о наших делах. А мне показалось, что ты ей нравишься: щеки румянцем горели, глаза опустила! Красавица! – хитренько так, как бы мимоходом сообщила Шишаннэ. – Ты подумай, чем зря за нищетой-то по селу бегать! Я никого к себе не приму, кроме Айэвие! Сегодня, когда все с работы будут домой идти, там и перехвати ее. Скажи, чтобы утром не на работу шла, а прямо ко мне домой. А я уж ее встречу!
Витур думал недолго. Он побаивался скромницы Айэви. Скорее, даже не саму девушку, а ее братьев.
С работы она шла с подружкой Дарьей – такой же работящей, как она сама. Витур махнул Дарье рукой, чтобы отошла. И быстро-быстро, боясь, что Айэви сбежит, а подружка помешает, передал ей слова тети Шишаннэ.
Выслушав парня, пунцовая девушка развернулась и бегом помчалась к родному дому. За ней убежала и Дарья.
Айэвие всю ночь пролежала без сна, думала: «На следующий год приедут сваты и увезут меня далеко от мамы. Как я буду жить без мамы, без братьев?» Не могла она себе представить! «Витура знают все девушки, многие в него влюблены, мне он нравится», – самой себе призналась она. Краска залила ее смуглые щечки, словно кто-то уличил ее в чем-то запретном. Уткнувшись в подушку, чтобы мама даже не заподозрила, что она не спит, Айэвие успокоилась и вскоре решилась: «Взрослые женщины не очень любят Витура, особенно если он заглядывается в сторону их дочерей. Но моя-то мама всегда говорит о нем по-доброму, жалеет его!»
Утром Айэви достала новое розовое платье, что недавно сшила сама, взяла в руки тяпку, словно шла на работу, и уверенно двинулась в сторону совхозных полей. Люди еще только пили чай, не торопились на работу. Она шла быстро, боялась себя, что передумает. Вскоре замедлила шаг: здесь переулок в сторону дома дяди Таньлы. «А вдруг дядя Таньла еще не ушел? Как я ему объясню, почему с утра пришла в их дом?» – девушка, опустив голову, хотела уже двинутся дальше к огородам, как кто-то решительно дернул ее за руку.
– Пойдем за мной! Быстро, быстро, пока никто не видит! – Шишаннэ уверенно тянула Айэви в сторону своего дома. – Я так долго ждала тебя! Думала, не решишься. Зачем тебе неизвестный муж на чужой земле? А Витур у нас добрый, работящий, как и ты. Идем, идем!
Шишаннэ привела Айэви к себе домой:
– Сейчас чаю попьем. Витура отправила на работу, чтобы никто не заподозрил его. А мы поговорим по душам. С работы я сегодня отпросилась, доченька моя приболела, – быстро-быстро от волнения говорила Шишаннэ. Она переживала, но держалась стойко, не давая и намека на свою неуверенность.
Первым отсутствие девушки на работе заметил бригадир Таньла ики. Сходил к тетке Кунаватнэими – спросить, не заболела ли Айэви.
– Как ее нет на работе? – удивилась мама девушки. – Сегодня она раньше всех вышла из дома! Может, у девушек спросить? – начала волноваться Кунаватнэими.
Вместе с бригадиром подошли к стайке шумных девушек, громко обсуждавших между собой утренние новости.
– Девушки! Не видели, куда запропастилась Айэви? Бригадир потерял ее. Утром-то она ушла на работу!
Девушки замялись, но тут вперед выступила Туся.
– Они вчера о чем-то договаривались с Витуром. Все об этом знают, – показала рукой на подруг. – Может, он украл Айэви?
Таньла ики сконфуженно переспросил:
– О чем они договаривались, когда это было?
Девушки молчали. Бригадир развернулся и быстро зашагал к землянкам, где Витур ошкуривал стволы деревьев для оград картофельных полей. Кунаватнэими как могла спешила за бригадиром Таньла ики. Сердце ее – на удивление ей самой – было спокойно.
Еще издали Таньла увидел работающего Витура, успокоился. Дойдя до землянок, где хранили семена картофеля, спросил племянника:
– Вчера, люди говорят, видели вас с Айэви. Не знаешь, где она?
Парень опустил топор на землю, не глядя в глаза своему дяде, тихо промолвил:
– Дома она у нас.
– Где дома, у кого дома? Объясни толком! – уже раздражаясь, кажется, начиная что-то понимать, переспросил бригадир.
– Похие! – вмешалась Кунаватнэими. – Что случилось? Расскажи нам!
– Я ее украл! Теперь Айэви будет жить в нашем доме, – сказал Витур и опять замолчал.
– Что ты наделал? Разве нельзя было посоветоваться со мной? – пробормотал Таньла ики, рассеянно усевшись на отпиленный чурбачок дерева, бессильно опустил руки.
Кунаватнэими стояла молча. Она не сердилась, кажется, даже улыбнулась.
– Ханмем ики, – по-родственному прикоснулась она к плечу бригадира, – на работу тебе пора. Мне на поле пора: люди будут злословить. Пойду. Вечером разговоры будем вести, – ровным, неторопливым шагом двинулась к полеводам.
К вечеру, не успела она прийти домой, все село гудело: «Дочку Кунаватнэими украл Витур!» Издали увидела сыновей: первым шел Илья, за ним – Вопка похие, следом за братьями – Юхур. Юхур, передовик производства, уже представлен к приему в партию. Всегда спокойный, рассудительный, он раздумывал, стоит ли ссориться с Витуром. Парень – сирота, разговорчивый, неленивый, многие его уважают, как и дядю Таньла ики. А еще
