Верхом на ветре - Лючия Сен-Клер Робсон

— Поезжай вокруг деревни и возвращайся сюда. Сможешь удержаться?

— Конечно! — Голос Надуа прозвучал обиженно, хотя она и не была уверена, что справится.

Она ударила пятками и цбкнула, чтобы пустить лошадь вскачь, и они понеслись. Не упасть было для Надуа делом жизни и чести. Она вернулась минут через пять или шесть совершенно взмокшая и сползла с лошади. Ноги ее дрожали от напряжения. Они вдвоем прислушались к дыханию Ветра. Оно было ровным и тихим, без хрипов и кашля.

— Посмотри на ее бока чуть ниже подвздошной кости. Если бока двигаются один раз при вдохе и два раза при выдохе, это плохой знак. У такой лошади будут проблемы с дыханием. Но с ней все в порядке. Поводи ее немного на поводу, чтобы она остыла. На сегодня хватит.

— Я принесла немного еды, — робко сказала девочка. — Разбирающая Дом собрала больше обычного. Поешь со мной? Можем присесть у реки, под тополями.

Надуа понимала, что не имеет права отнимать его время, — Странник и так потратил на несколько часов больше, чем она ожидала, хоть у него и были важные дела. С другой стороны, она еще только начинала осознавать, с какой дотошностью он подходил ко всему, за что брался. Почему он вообще решил этим заняться? Мысль не давала ей покоя. Она была всего лишь девчонкой. Воином ей не быть никогда.

Его тихий ответ удивил ее:

— Конечно. Я знаю хорошее место.

Он негромко ухнул по-совиному, подзывая Мрака, пасшегося неподалеку. Такой сигнал не привлекал постороннего внимания, и она помнила об этом, свистом подзывая Дымку и Собаку. По пути к реке Надуа, лучась радостью, рассказывала Страннику о новом седле. Ошейник Дымки мелодично звенел в такт ее скачкам — антилопа звала Надуа побегать наперегонки. Собака же то и дела бросалась в кусты на каждый шорох, слышный только ей самой.

— Разбирающая Дом разрешит мне самой нашить на него бахрому. Ты таких красивых седел в жизни не видывал! — Она давно поняла, что скромность не пользовалась почетом среди Народа.

Странник наблюдал за девочкой, ехавшей рядом на неоседланной лошади. Ее длинные сильные ноги охватывали бока Ветра, и она ехала расслабленно и изящно. Она выглядела естественно — не то что большинство белых. Конечно, он заметил, что в ее посадке было что-то от Ищущей Добра. Она выбрала хороший пример для подражания. Но было в ней и что-то непохожее на других.

Из нее выйдет отличная наездница и без его помощи. Или дело просто в том, что он все-таки хочет убедиться, что она научилась не только основам, но и хитростям верховой езды? Но для Странника основами было все, что касалось оружия и лошадей. Прерии не прощали беспечности, неумения или невежества. Чтобы убедиться в том, что она всему научилась, потребуется немало времени. Очень многого она еще не знает. Но почему он за это взялся? Он снова посмотрел на нее, на ее гладкое крепкое тело и длинные светлые косы, смазанные жиром, чтобы не путались на ветру. Она взглянула на него в ответ яркими голубыми глазами, похожими на кусочки неба с облачками белых бровей. Она робко улыбнулась, и ровные белые зубы блеснули на загорелом лице. Вдруг она покраснела, опустила глаза и притворилась, что занята только лошадью.

Он видел ее в будущем рядом с собой — вот почему он этим занимался! Он должен научить ее всему, чему сможет, пока он еще здесь. Когда придет время вернуться на Столбовую равнину к квахади, племени Антилопы, он оставит Рассвету указания о том, чему он уже ее научил и чему еще она должна научиться. Разбирающая Дом и Знахарка уже передали ей многие знания, и он хотел попросить Ищущую Добра помочь им. Ей самой это тоже будет на пользу — будет чем занять свою голову.

Проведя все утро со Странником, Надуа возвращалась через лагерь пешком. Рассвет учил ее использовать все органы чувств, не полагаясь только на зрение, и она искала путь домой по запаху. Ей уже почти удавалось с закрытыми глазами определять, что делают люди. Тут пекут хлеб из пекана и мескита и жарят кукурузу и мясо. Нет, жарят кукурузу, а мясо — варят! Там валяется еще не остывший лошадиный навоз и стоит смесь для дубления, а одна из собак поймала скунса. Она ощутила неприятный слабый запах горечавки — ею, пробираясь через кусты, натирались женщины, чтобы отпугивать насекомых. Значит, кто-то собирается за мескитовыми бобами и виноградом. А Серая Рука опять передержала мясо, прежде чем развесить его на просушку, и оно начало портиться.

Повсюду стоял запах скошенной для привязанных боевых коней травы, а еще дубовых и можжевеловых веток, сорванных для навесов. Пахло потом людей и животных, лошадиными попонами, свежей кожей от сложенных неподалеку шкур и дымом.

Запахов дыма было великое множество. Она принюхалась, закрыв глаза, чтобы было легче в них разобраться. Табак с сумахом. Значит, курят за обычной беседой, а не держат совет. Дым от бизоньего навоза и нескольких разных видов деревьев. Олениха, похоже, решила прокоптить новую антилопью шкуру подгнившей шелковичной корой. От этого шкура будет более темного, желтовато-бурого цвета.

Серебряная Капель варит в котелке сушеные сливы. Острый сладковатый запах разносится по всему лагерю. А кто-то делает желтую краску. Она чуяла запах черничных корней, кипящих вместе с гнилой дубовой корой. Проходя мимо работающих женщин и играющих детей и собак, она старалась не глядеть по сторонам и полагаться только на свой нос. Эта игра ей нравилась — и поиск сокровищ, и испытание. Она всегда старалась запоминать новые запахи и совершенствоваться в умении их различать.

Кто-то из мужчин, похоже, чинит лук, и воздух вокруг его типи наполнен резким запахом горячего клея, сделанного из вываренных копыт и обрезков шкуры. Судя по количеству клея, это один из тех составных луков, сделанных из нескольких слоев дерева или кости. А еще, судя по запаху обугленного дерева, скоро у них будет новый мяч. Его пообещал сделать для девочек Дающий Имена. Обычно для этого он выдерживал дубовую колоду над огнем, пока бугорчатая поверхность не обуглится и не станет мягкой. После этого он обдирал древесину, пока мяч не станет гладким и круглым. Пальцы Надуа все еще болели, и она надеялась, что Дающий Имена не станет торопиться и покроет мяч смолой мескитового дерева, чтобы он стал чуть мягче.

Она уловила слабый запах жарящейся конфеты и повернула в том направлении, зная, что ее