Ушаков - Сергей Анатольевич Шаповалов

вышли из ворот замка Деля-Кремин и двинулись по узким улочкам. Шли быстрым уверенным шагом с развивающимися знамёнами. Мародеры, выносившие вещи из домов бросали своё занятие и удирали. Пьяные монархисты, горланившие песни, вдруг замолкали и прятались по щелям. На улицах, по которым мы проходили, наступала тишина и покой. Гром барабанов. Чёткий шаг. Перед собой гнали толпу мародёров и анархистов. Те, словно зайцы пытались нырнуть в проулок, колотили в запертые двери, чтобы их пустили. Толпа бежала к набережной под защиту английских кораблей.

Но капитан Белли вёл нас к старым казармам. Караульные из английских матросов попытались нас остановить, но были тут же обезоружены и сброшены в сточную канаву. Молодой лейтенант возмущённо закричал, требуя объяснить: кто мы такие.

– Вы, сэр, Андреевского флага не замечаете? У вас со зрением не порядок? – рявкнул на него капитан Белли.

Лейтенант тут же сдал свою шпагу.

– Открыть все камеры и выпустить заключённых, – приказал капитан Белли.

– Но, сэр, меня за это отдадут под трибунал, – запротестовал офицер.

– Я могу это сделать и без вас. Сдайте ключи. Где находится адмирал Караччиоли.

– Его перевезли на эскадру, – запинаясь ответил офицер.

– Ещё утром.

– В порт! – скомандовал капитан Белли.

– Уж не думаете вы брать флагманский корабль на абордаж? – удивился я.

– На месте решим, – ответил капитан Белли. – Я упрямый шотландец, и честь для меня – превыше всего.

Мы двинулись к набережной. Народ разбегался, уступая дорогу нашей колонне. Открылась панорама на Неаполитанский залив. На рейде стояли английские корабли. Роскошный катер подходил к пристани. Шестнадцать весел дружно пенили воду. На носу, в окружении музыкантов, стоял маленький грузный человечек и толстая дама. Музыканты играли серенаду, а дама заливисто неприятно хохотала.

Катер пристал к набережной, прямо там, куда вышла наша колонна. Серенада оборвалась. Дама испуганно икнула. Маленький грузный человек в огромной шляпе грозно посмотрел на нас единственным глазом: на втором лежала черная повязка. Мундир у него был черный, адмиральский, с золотыми эполетами. Правый пустой рукав заткнут за офицерский шарфик.

– Это что, почётный караул? – спросил он громко на чистом английском.

– Нет, – ответил капитан Белли. – К вам, сэр, Нельсон, нет никакого почтения.

Толстая дама ахнула.

– Не забывайтесь! – прикрикнул грузный человек в огромной шляпе. – Перед вами адмирал британской короны.

– А я – русский капитан, – ответил на это Белли.

На английских кораблях сообразили, что творится что-то неладное. Тут же спустили шлюпки с вооружёнными командами и направились к пристани.

– Ах, вы тот самый Белли.

– Тот самый, подпись которого стоит под договором о капитуляции.

– Договор не имеет силы. Я уже сказал об этом кардиналу Руффо. Так чего вы хотите?

– Чтобы вы выдали мне адмирала Караччиоли.

– Можете сами его снять. Вон он, болтается на рее.

Белли побледнел от гнева. На одном из кораблей действительно висел труп. Его качало ветром. Кто это, разглядеть было невозможно.

– Послушайте, сэр Белли, – сказал решительно Нельсон. – Вы – англичанин и должны меня понять.

– Я русский офицер, – ответил Белли. – И сейчас счастлив вдвойне, что мой адмирал не способен совершить столь подлый поступок.

– Да как вы смеете! – взорвался Нельсон, смешно перебирая кривенькими ножками.

– Утверждать, что вы – подлец? Смею, ещё как! Ваш поступок недостоин джентльмена. У вас одна рука. Если хотите получить удовлетворение, жду на поединок любого вашего офицера, кто готов заступиться за вашу честь. Хотя… У вас есть честь?

Капитан Белли не стал слушать гневные тирады Нельсона и смотреть, как падает в обморок жирная леди Гамильтон. Он развернул колонну, и мы так же, с барабанным боем двинулись через весь Неаполь к своему замку. После нашего марша в городе прекратились грабежи.

На следующее утро явился капитан Фут. Он доложил, что английские войска взяли в осаду крепость Санта-Ельма, находившуюся высоко над городом. Русскому капитану предлагается присоединиться к штурму.

– Я подписал акт о капитуляции и держу слово, – ответил капитан Белли.

Весь день и всю ночь слышалась канонада. В сумерках мы наблюдали, как над холмом, где стояла крепость Санта-Ельма полыхали орудийные вспышки. К утру все стихло.

Ближе к обеду капитан Белли пригласил офицеров на чай. Местные крестьяне принесли нам свежие лепёшки и горшочек варенья из лепестков роз на меду. Ничего подобного я раньше не пробовал. До того чудный вкус.

В самый разгар чаепития капрал доложил о приходе капитана Томаса Гарди.

– Пустите его, – приказал Георгий Георгиевич.

Капрал замялся. Потом сказал, что капитан Гарди пьян, как сапожник. Мундир грязный. Шляпа помята. Под глазом огромный синяк. Сам Томас стоит перед воротами и горько плачет.

– Что за чертовщина! – воскликнул капитан Белли и вскочил из-за стола.

В дверях появился капитан Томас Гарди. Грязный, не бритый. Глаза красные. В одной руке он сжимал мятую шляпу, в другой – несвежий носовой платок.

– Во имя всего Святого! Томас, что случилось? – перепугался капитан Белли.

– Рад видеть вас, господа, – упавшим голосом сказал капитан Томас, шатаясь, прошёл к столу и грузно плюхнулся в подставленный стул.

– Вы взяли Санта-Ельма? – спросил Григорий Григорьевич.

– Нет, – ответил капитан Гарди, и по щекам его вновь заструились слезы. – Больше ста человек положили, – и никакого толку. Сейчас, наверное, адмирал Нельсон подписывает с французами капитуляцию.

– Но нельзя же из-за этого так переживать.

– А я не из-за этого переживаю. – Вдруг он разревелся, как маленький ребёнок. – Боже, какой позор! Если бы ты это видел, Джордж! Ты бы от стыда провалился на месте… – Да скажи ты толком, что произошло?

– Даже не в силах рассказать – до того мне стыдно.

– Но ты среди друзей. Клянусь честью – ни единого слова не просочиться сквозь стены этой комнаты.

– После первого неудачного штурма я прибыл с докладом в королевский дворец, – начал свой рассказ капитан Томас. – Мне преградил путь адъютант, сказав, что адмирал Нельсон весьма занят. Чем он может таким важным занят, если сейчас, там, под Санта-Ельма гибнут его матросы и офицеры? Нам нужно было срочно снимать пушки с кораблей и подтягивать к крепости. Но этот глупый адъютант заслонил собой дверь, и ни в какую не хотел меня пускать. Я отшвырнул этого щенка и прошёл в покои, отведённые лорду Нельсону. – После этих слов капитан Гарди вновь разрыдался. Ему налили бокал крепкого вина. Он выпил его залпом, лишь после этого успокоился. – И что я вижу? Гордость английского флота, непобедимый адмирал Нельсон, лорд – в конце концов, стоит на четвереньках, нет, на трёх лапах, перед этой жирной шлюхой – Гамильтон и тявкает, как собачонка. Она его гладит плетью, и он начинает жалобно скулить. Потом эта баба кладёт