Первый среди равных - Арсений Евгеньевич Втюрин

раненого чужеземца, твоя сестра Аслауг вы́ходила его. И это похвально. Но он совершил у тебя на глазах и на глазах многих свидетелей преднамеренное убийство! За это нужно ответить по нашей правде! Хоть ты и сын бывшего старосты посёлка Гереса, но не новый вождь ватаги, ты не можешь своим словом защитить его от мести родичей убитого Кудени. Все знают, что денег у тебя нет и ты не сможешь заплатить виру. Так ли я говорю, земляки? – громкий и пронзительный голос с ехидными и дерзкими интонациями резал и будоражил слух присутствующих.

На два шага вперёд вышел широкоплечий кряжистый мужчина с огромным топором за поясом:

– Всё верно! Я, Громол, отец Кудени и его четырех братьев, требую от тебя, Варг, выдать нам на суд приживателя твоего – чужеземного воина по имени Антон! Сей Антон совершил тяжкое деяние – убийство нашего свободного поселкового человека, моего сына Кудени. Он был самым младшим по мужской линии в роду, ещё совсем мальчишка. Суд должен состояться по нашей правде здесь и немедленно!

Пока шел обычный в таких случаях заклич – прилюдное объявление о совершенном преступлении, Варг молча и неотрывно смотрел на Межко. Самодовольное и слащавое выражение его лица всегда вызывало у Варга отвращение и неприязнь. Хитер и омерзителен был этот человек. Мог любое дело повернуть в нужную ему сторону и не без выгоды для себя. Много раз пытался он войти в доверие к предводителю ватаги Гересу, но всякий раз встречал отпор. Не приветствовал Герес пресмыканий и лести пред собой. Но нет теперь Гереса. Рвался на его место Межко, но всё никак не получалось у него собрать сход поселковый и выбрать на нем старосту-вожака.

– Ответствуй нам на обвинение, Варг! – снова вступил в разговор Межко. – Признаешь ли, что гость твой, за деяния которого в поселке ты отвечаешь, совершил намеренное убийство на глазах твоих?

– Нет, други мои! Не было то намеренным убийством! Урм, Замята, Стрига и Куденя напали на Антона. Четверо. Первым начал Урм! Но Антон свалил его на землю! А потом началась схватка! Их было четверо, да ещё с оружием против одного безоружного! Свидетелей тому много! Да вот тот же Урм, раненный своими друзьями! Что скажешь на это, Межко?

– А скажу то, что нужно во всём разобраться! Ты, Варг, защищаешь этого Антона, а кто он есть такой? Это обученный и подготовленный к любому сражению воин! Он – разбойник и убийца, живущий от грабежей и войн! Он – викинг! И я даже не сомневаюсь: Антон ещё до боя с нашими парнями знал, что легко сможет их победить, потому и вышел супротив четверых без оружия. Ты же не будешь спорить об этом? А теперь я обращаюсь к тебе, Строк! Ты рассудительный и опытный в житейском и воинском деле человек! Ты видок – свидетель убийства! Скажи мне, мог ли Антон не бросать нож в убегающего с поля боя Куденю? Зачем он это сделал? Ведь Куденя ему уже не мог причинить вреда! Может, из хвастовства своим воинским умением, своей силой и ловкостью перед всеми вами, перед Аслауг?

– Ты ведёшь разбор не в ту сторону, Межко! Парни нанесли оскорбление Антону прилюдно, первыми напали на него, а он лишь оборонялся! И даже без оружия! За оскорбление тоже нужно платить, а бросок ножа рукояткой в голову обидчика – и есть та плата. Куденя ведь метнул копье в Антона, а тот в ответ кинул нож. Кто ж виноват, что у Кудени кость на затылке тонкая? Уж об этом Антон никак не мог знать. Коли убить бы хотел, то лезвием попал! Ан нет, бросал – чтоб оглушить! А вот перед Аслауг хвастал своей удалью Урм, а не Антон. И получил по заслугам! Сами на него посмотрите. Свои же друзья копьём проткнули, виданное ли дело!

Потрясая огромным кулаком, к Строку подскочил Урм.

– Что ты несешь! Я вступился за Аслауг, которую этот наглый чужак в реку голяком затащил и приставать начал!

– Сие тебя не касаемо, Урм! – заорал окончательно выведенный из равновесия Варг. – Это дело моё, я без советчиков и указчиков с ним разберусь!

– Так, значит, повод к ссоре всё же был? – снова влез Межко. – А убийство – след той ссоры!

– Мне всё равно, кто начал и почему, я хочу знать, кто ответит за убийство моего сына! – надвинулся Громол на Варга.

– Люди! Как решать дело будем? Я всё ж считаю, что намеренное убийство вышло! А по нашим законам за это – месть! – пронзительный голос Межко снова взбудоражил притихшую толпу, которая вновь взялась за оружие и с рёвом дружно колыхнулась к дому.

– Стойте! А как же суд по нашей правде? – громкий голос Варга приостановил это движение. – Или вы все сами убийцы? – Рука молодого человека машинально легла на рукоять меча. – Вы даже не выслушали Антона, а уже требуете его смерти?

С грохотом распахнулась настежь дверь. Плечом, оттирая в сторону Варга, перед толпой встал Антон с двумя мечами в руках. Чуть приотстав от него, из дома выскочили вооруженные Ингар и Влок.

Медленно чеканя слова, викинг заговорил:

– Правда, какой бы горькой она ни была, у всех и всегда одна, будь то здесь у вас или у нас – викингов! – Он тяжело вздохнул и продолжил: – Я не хотел убивать вашего воина, так уж вышло. По людским законам родичи, но только его родичи, имеют право мстить мне или же потребовать выкуп за убитого. Такие ли законы у вас, такая правда?

– Да, это наша правда! – дружно выдохнула толпа.

– У нас, викингов, у любого ближнего родича убитого воина есть ещё право на честный прилюдный открытый поединок! У вас это право есть?

– Есть! Есть! – эхом разнеслось по округе.

– Решайте! Денег и драгоценностей у меня нет, оружия тоже. Даже эти мечи – чужие. Варг и его друзья не могут отвечать за мои слова и поступки, я пока не их родич, поэтому сам за себя ответчик! Вам решать…

Визгливый голос Межко прервал Антона:

– Викинг! Ты хочешь сказать, что примешь любое наше решение и даже вступишь в открытый поединок с одним из родственников убитого или сразу со всеми ближними родичами мужского пола?

– Да, мне это безразлично!

– Тогда я тебя сам убью, своими руками! – взревел разъяренный Громол.

– Подожди, друже, мы ещё не во всём разобрались, – Межко придержал за рукав Громола и снова повернулся к Антону.

– Значит, ты понимаешь, что из дома Варга теперь не сможешь никогда выйти,