Залив ангелов - Боуэн Риз

— Хорошая мысль. Желудок королевы придет в норму после дальней поездки, — сказал мистер Фелпс. — Если с ее пищеварением будет то же самое, что и с моим после всех этих часов в поезде, ей не захочется тяжелой пищи.

Я вызвалась в день приезда королевы спуститься на рынок и купить снетков. Мистер Анджело приготовит пару каплунов, чтобы подать их холодными с соусом «Вероника» и виноградом. А вечером мы прямо в кухне присоединились к французским поварам за ужином. Должна признать, что буйабес оказался одним из самых вкусных блюд, которые я пробовала в своей жизни. Он представлял собой густой бульон одновременно с рыбным и томатным вкусом, с пряной ноткой и мелкими кусочками рыбы и морепродуктов, неожиданно попадающимися в ложку. А хрустящие хлебцы, которые полагалось туда макать! Райская пища!

— Как вы готовите этот соус? — спросила я.

Когда выяснилось, что начинать надо с двенадцати долек чеснока, мистер Анджело покачал головой.

— Королева этого не одобрит, не так ли? Она не одобряет ничего, что вызывает запах изо рта, — пояснил он. — Видите ли, она всегда запрещает чеснок.

— Откуда ей узнать о чесноке? — спросил шеф-повар Лепин. — Если он хорошо сварен, никакого запаха не бывает. — Потом он подошел ко мне. — А для вас я приберег кусочек осьминога.

Лепин подцепил на вилку нечто напоминающее коричневое мясо гриль и поднес к моему рту — так обычно кормят детей. В этом жесте было что-то настолько интимное, что я испугалась, но послушно открыла рот и ощутила взрыв вкуса — шафран, чеснок, нотка пряностей и такая нежная мякоть, что она практически растаяла на языке. Увидев выражение моего липа, Лепин удовлетворенно кивнул.

— Когда-нибудь я научу вас это готовить, — проговорил он.

Еще обнаружилось, что повар Анри оставил мне ломтик тарта с мангольдом. Это оказалось очень вкусно, и никто бы не догадался, что в начинке есть овощи. После ужина я направилась прямиком к себе в комнату и записала рецепт тарта так, как он мне запомнился, а еще — рецепт рыбного супа. Я собирала в блокнотик блюда, которые мне понравились, блюда, которые я научилась готовить у миссис Роббинс, и идеи блюд, которые намеревалась когда-нибудь попытаться воплотить. Я даже мечтала в будущем опубликовать собственную поваренную книгу, хотя и понимала, насколько несбыточны такие мечты. Но сейчас мне вдруг показалось, что этот замысел не так уж плох. Книга рецептов с юга Франции? Многие ли из них известны в Англии? Нужно будет постараться записать как можно больше рецептов, начиная с буйабеса и этого странного тарта из мангольда.

Вечером я сидела в своей комнате, смотрела на мерцающие внизу огни города и писала открытку Луизе:

Дорогая сестричка!

Как видишь, я в Ницце. Моя работодательница решила пожить на Ривьере для поправки здоровья, и мне посчастливилось отправиться вместе с ней в качестве поварихи. Все тут просто прекрасно! Может быть, ты тоже остановишься здесь по дороге в Австралию?

С большой любовью, твоя сестра Белла.

На следующий день спозаранку закипела работа. Ее величество ждали завтра утром. Продукты были доставлены, багаж распакован, а наши многочисленные формы и кастрюли перемыты и расставлены по полкам. Мистер Анджело жаловался, что не догадался захватить некоторые приправы и соусы, а еще, что не взял кастрюлю для бульона.

— Как я смогу готовить хорошую пишу без качественного бульона? — вопрошал он. — Я могу день-деньской варить на медленном огне говяжьи мослы, кур и овощи, но все равно будет не так, как в кастрюле, которая служит мне вот уже двадцать лет.

Я с облегчением обнаружила, что мне не придется каждое утро спускаться за продуктами на рынок. Честно говоря, я не особенно разбиралась в тамошних продуктах, тем более что половину из всего этого разнообразия раньше и в глаза не видала. Я начала понимать, что моя учеба только началась. Не научившись распознавать каждый кусок мяса, каждый овощ, каждую рыбу, я не смогу называться шеф-поваром. Может быть, если когда-нибудь у шефа Лепина найдется на это время, я схожу с ним на рынок, и он объяснит мне, что за таинственные комочки и кусочки лежат на мясных и рыбных прилавках. Должна признаться, что мысль о том чудесном времени, что мы провели (и, может быть, еще проведем) вместе, слегка кружила мне голову.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

«Будь благоразумна, Белла, — пыталась я вразумить себя. — Незачем влюбляться во француза, который тебя старше, особенно если ты тут ненадолго». Я подумала, что, как только мистер Роланд снова сможет ходить, он займет мое место, а меня отправят домой. И тут мне стало ясно, что мне не хочется уезжать.

Значит, придется доказать, что я здесь нужна. Это была пугающая мысль. Я видела, какие качественные и сложные торты печет мистер Роланд, и знала, насколько мне пока далеко до него. Но, возможно, я смогу научиться делать кое-какие местные пирожные и булочки и удивлю ими королеву. Я слышала, что она любит сюрпризы.

В тот день я усердно взялась за работу, зная, что королева, скорее всего, будет ждать своего ежедневного чаепития. Я испекла партию сладкого печенья по немецкому рецепту — ее величеству оно нравилось, а я уже делала его раньше. Потом я решила приготовить кофейный торт. Пришлось попросить у шеф-повара Лепина кофе и шоколадный порошок, который оказался именно таким рыхлым и влажным, как я надеялась. Я нарезала испеченные коржи слоями, промазала их кофейно-масляным кремом и взбитыми сливками и поставила готовый торт охлаждаться, размышляя, чем его можно будет украсить. Внезапно почувствовав, что кто-то стоит у меня за спиной, обернулась и увидела шеф-повара Лепина.

— Я поздравлять, — сказал он по-английски, а потом добавил на родном языке: — Выглядит аппетитно и радует глаз.

— Спасибо, шеф. Надеюсь только, что на вкус он не хуже, чем на вид.

— Уверен, так и есть, — кивнул он. — Вы произвели на меня впечатление.

У меня опять появилось все то же чувство неловкости. Когда он говорил «радует глаз», то смотрел вовсе не на тарелку: его взгляд путешествовал по моему лицу и фигуре. Хотя, возможно, я себе это только вообразила, пойдя на поводу у собственных фантазий.

В день прибытия королевы мы встали очень рано. Поезд должен был остановиться у вокзала в одиннадцать, и ее величество с сопровождающими ожидались в отеле к обеду. Нам вручили официальный список тех, кто приедет с ней. Выглядел он внушительно и даже пугающе. В общей сложности в него входило сорок человек: две дочери королевы — принцесса Беатриса и принцесса Елена, четверо малолетних детей Беатрисы, молодая кузина из Германии принцесса София Мекленбургская с женихом — графом Вильгельмом Шлоссберг-Гогенгеймским. Далее шел перечень тех, кто был рангом ниже: фрейлины ее величества, офицеры почетного эскорта, секретарь, врач, личная горничная, другие горничные, лакеи, шотландские волынщики и Абдул Карим — мунши.

Я обдумала этот факт: значит, индиец все же восторжествовал. Никакие обладающие властью и влиянием придворные не помешали ему сопровождать королеву. Просматривая список, я невольно улыбалась: ну как можно было поверить тому, что приезжает всего лишь леди Балморал, когда при ней половина британского двора, включая шотландских волынщиков в килтах?

Ранним утром я отправилась вниз, на рынок за снетками. На этот раз шеф-повар Лепин мне не встретился. Должна признаться, я была несколько разочарована этим: мне хотелось услышать его похвалу за то, что я беру с него пример. С обратным трамваем никаких сложностей не возникло. Я вернулась в отель и взялась за десерты: приготовила рисовый пудинг с кусочками миндаля, изюмом и большим количеством сливок, испекла пирожные, сделала яичный заварной крем.

К одиннадцати часам мы приготовили все, что запланировали: бараньи отбивные ждали, когда их зажарят, гарниры были готовы, лишившиеся костей каплуны лежали на тарелках. Теперь нам оставалось только ждать. Одевшись в нашу лучшую форму, мы вышли из отеля и выстроились в ряд вместе с остальными встречающими. Работники отеля тоже стояли с нами, включая и управляющего, который выглядел очень внушительно в длинном сюртуке, воротничке-стойке с острыми отогнутыми уголками и цилиндре. Пока мы ждали, солнце стало пригревать. Я заметила, что за территорией отеля начали собираться люди. У некоторых в руках был Юнион Джек[31].