Дакийский самодержец - Вадим Барташ

не совсем дикими, уже успела сформироваться собственная многочисленная знать.

Юношей он не один год прожил в Риме, где воспитывался при дворе первого императора, Октавиана Августа. В 8 году до новой эры, после вторжение римлян в Северную Германию, маркоманы потерпели поражение и были вытеснены со своей территории. Вынужденно они переместились на территорию Богемии, прежде разгромив населявших её кельтов из племени бойев.

Вскоре в Богемии сложился мощный союз под главенством маркоманов, в который вошли и другие германские племена: лангобарды, квады, гермундуры и семноны. В этом образовавшемся маркоманском государстве была сформирована по римскому образцу 70-ти тысячная армия. Маробод объявил себя королём (или по-германски конунгом).

Первым конунгом среди германцев. И самым первым королём в Богемии.

И после этого некоторые германские вожди, в подражание Марободу, тоже стали принимать этот титул, который с древнегерманского переводился, как «верховный вождь».

***

Римлянам такое развитие событий, причём происходивших прямо у них под носом, не могло понравиться, и Август повелел Тиберию подготовить армию вторжения.

Для этого было приготовлено двенадцать легионов, и они уже выступили против Маробода, но тут возникло мощное восстание в Паннонии и Иллирии, и конунга маркоманов пришлось на время оставить в покое.

С ним был заключён почётный мир, а Тиберию, уже с пятнадцатью легионами, пришлось переключаться на подавление восстания двух провинций на Балканах. Это восстание оказалось масштабным и чрезвычайно мощным. Так писатель Светоний признал эту войну с восставшими паннонцами и иллирийцами самой тяжёлой для Рима, после Пунических войн.

Тиберий был отправлен на Балканы потушить тамошний пожар, и на это он потратил три года, а вместо него в Германии наместником был назначен Публий Квинтилий Вар.

***

Вот какую хлёсткую характеристику ему дал римский писатель Веллий Патеркул: «Квинтилий Вар происходил скорее из семьи известной, чем знатной, от природы он был человеком мягким, спокойным, неповоротливым и телом, и духом, пригодным скорее к праздности, чем к военному делу. Но он, к тому же, никогда не пренебрегал деньгами, доказательством чему служит Сирия… Бедным он в качестве наместника прибыл в эту богатую страну, а вернулся уже богатым из страны до нельзя обобранной и раззорённой…»

А ещё этот спесивый новый наместник, присланный из Рима, хвастался, что… «природную дикость германцев легко укротит розгами ликторов.»

Лишь только к 9 году новой эры с величайшим трудом Тиберию удалось подавить восстание паннонцев и иллирийцев на Балканах, как тут же, спустя всего несколько месяцев, не менее сильный пожар неповиновения разгорелся уже в Германии…

***

Восстание германцев возглавил 25-ти летний Арминий, сын вождя херусков Сегимера.

Арминий служил в римской армии, командуя отрядом наёмников германцев. За примерную службу он удостоился римского гражданства.

Квинтилий Вар ему всецело доверял, и они даже сдружились и часто вместе пировали. Римский наместник настолько проникся симпатией к Арминию, что перенёс свою ставку в землю херусков, где себя уже он чувствовал в наибольшей безопасности.

Германцы до поры вели себя смирно и не показывали недовольства даже из-за возросших поборов, которыми их обложили римляне. Но в тайне Арминий рассылал к вождям различных германских племён своих людей и подбивал их к восстанию. Вскоре на его сторону перешли бруктеры, хавки, хатты, марсы и некоторая часть маркоманов. Один из знатных херусков, Сегест, отец Туснельды, жены Арминия, предупредил Вара о готовившемся восстании, но римский наместник посчитал это всего лишь клеветой, глупой напраслиной, которую возводили на его лучшего друга, и не предпринял никаких мер.

Согласно замыслу Арминия вначале восстали отдалённые германские племена. Под предлогом подавления их недовольства Арминий собрал внушительные силы и сопровождал армию наместника Квинтилия Вара, состоявшую из трёх легионов, шести отдельных номерных когорт и трёх конных вексилий. Предположительно у Вара было восемнадцать тысяч легионеров, примерно ещё пять тысяч наёмников, а вместе с обозом эта цифра вырастала до тридцати-тридцати пяти тысяч человек (куда входили и женщины, и дети, и старики).

Однако вскоре Арминий намеренно отстал от римлян.

***

Легионы Вара, сопровождаемые огромным обозом, двигались очень медленно по земле германцев. И вот они достигли местности под названием Тевтобургский лес.

Колонна римлян растянулась на много миль. Здесь были и вьючные животные, ослы и мулы, и различные повозки, и тысячи медленно вышагивавших понурых и до нельзя утомлённых людей.

Тевтобургский лес находился в верховьях речек Амизии и Лупе. Он представлял из себя мрачную картину. Это была густая и малопроходимая чаща. Но и с права, и слева от него раскинулись совсем гиблые топи, так что этот лес невозможно было обойти.

Колонна римлян вынуждена была втянуться в эту чащу.

***

Римский писатель Дион Кассий красочно описал все последующие события…Приведу часть его занимательного рассказа…

«Разразился ураган. Сильный ветер раскачивал кроны деревьев. Они качались и гнулись с шумом. Небо окрасили молнии. За ними последовал гром. Да такой силы, что у многих закладывало в ушах. И тут же начался сильнейший ливень. Колонна римлян ещё больше растянулась. Повозки стали увязать в непролазной грязи, и многие из них пришлось бросить. Бросаемые повозки сжигали. А вместе с ними и уничтожалось имущество, которое в них везли.»

Германцы начали с обстрела римлян из леса, затем они покинули свои укрытия и бросились в рукопашную. Легионеры с трудом, но отбились от наседавших варваров.

Впрочем, германцы не прекращали своих атак и продолжали наседать. На третий день продвижения по Тевтобургскому лесу колонна оказалась на местности, где уже невозможно было держать сомкнутый строй. Небеса вновь разверзлись и с новой силой пролился ливень. Он с некоторыми перерывами лил несколько суток. И лил как из ведра.

У римлян промокли щиты и луки, и легионеры потеряли боеспособность, в тяжёлых доспехах они уже в буквальном смысле утопали по пояс в грязи. Они ругались, молились, падали и с трудом поднимались. Да и то, поднимались не все.

Ну а германцы с лёгким вооружением без каких-либо трудностей передвигались по знакомой им местности. И всё время атаковали врага.

Выйдя на открытую местность, римляне попытались возвести оборонительные вал и ров, c неимоверными усилиями и с не меньшими потерями им удалось это сделать. Но натиск германцев всё больше усиливался, так как к херускам присоединились воины из других германских племён.

Атаковали римлян уже и хатты, и хавки, и бруктеры, и марсы.

Раненные Квинтилий Вар и легат Луций Эггий приняли решение заколоться, чтобы не испытать позор плена. После этого сопротивление римлян прекратилось, деморализованные легионеры бросали оружие и погибали, почти не обороняясь. Префект лагеря Цейоний сдался в плен и позже был казнён. Легат Нумоний Ваал с конницей сбежал к Рейну, бросив пеших легионеров и весь остававшийся обоз на произвол судьбы.

Убито было много тысяч римлян, не меньшее их количество было взято в плен. И не малую часть пленных римлян германцы принесли в жертву