Барин 5. Британский вояж - Роман Соловьев

аптечку с лечебными порошками. Я щедро заплатил за прием и лекарства.

Вскоре подъехали к Управлению, я расплатился с наемным извозчиком и мы пересели в служебную карету.

Майор Киркланд поздоровался со мной и подозрительно взглянул на Разумовского.

— Это мой напарник, майор Барк,– произнес я.– А это майор Киркланд из Секретной службы.

Разумовский пожал майору руку. Я сразу догадался что Киркланд не знает настоящего Томаса Барка и облегченно вздохнул.

— Ну что же, в добрый путь!– улыбнулся Киркланд и покосился на распухшую губу Разумовского.– А что это у вас?

— Да так, пустяки… поверьте, эти бандиты сейчас выглядят значительно хуже…

Киркланд звонко рассмеялся и хлопнул меня по коленке:

— Точно наш человек!

Экипаж сорвался с места и быстро понесся на окраину Лондона…

* * *

Крым. Севастополь. Штаб Черноморского флота.

Было уже за полночь. За окном почти не умолкали пушечные залпы. Полковник Плотников осторожно вошел в приемную Меншикова. С маленького дивана сразу подскочил молодой худощавый адъютант Карев.

— Слышь, какие канонады? — кивнул на окно Плотников.– А ты дрыхнешь… когда Меншиков вернется, неизвестно?

— Армия сейчас за Бахчисарай откатила…– пожал плечами адъютант.

— Англичане и французы уже взяли Балаклаву. Обстреливают город днем и ночью…

Карев печально вздохнул. Он привстал и потянулся к графину на столике. Плотников сделал быстрый шаг и наотмашь ударил адъютанта по затылку тяжелой свинчаткой. Карев упал неуклюже, ударившись виском о тяжелое бюро. Плотников присел на спину адъютанта и крепко обхватив голову, резко свернул шею до щелчка. Он привстал и приоткрыв кладовку, за ноги затащил тело адъютанта и забросал старыми бушлатами. На полу остались свежие пятна крови. Плотников быстро затер кровь полотенцем и достал из бюро ключи от кабинета Меншикова.

Ждать времени совершенно нет. Англичане отдали приказ немедленно выяснить о русском агенте Британце в Лондоне. Еще немного и англо-французская армия возьмет Севастополь. Бездарный Меншиков даже не смог удержать позиции на Альме.

Плотников осторожно вошел в кабинет. Ведь наверняка должны остаться какие-то записи… он хорошо знал, что Меньшиков был известным крючкотворцем.

Вскоре Плотникову повезло. Он случайно обнаружил под старыми донесениями черновик письма Меншикова к императору.

' Ваше Величество! В Крыму я собрал боевой кулак в тридцать тысяч солдат, сто шестьдесят орудий и две дивизии кавалерии. Не сомневайтесь, враг будет разбит. Спешу также сообщить, что агент Британец, по моим сведениям, возможно, ведет двойную игру. Мне стало известно, что в мае сего года агент предотвратил теракт против королевы Виктории в Лондоне, а недавно раскрыл заговор британской аристократии против королевской особы. Я вовсе не преуменьшаю заслуги агента, особенно в Валахии, но излишний интерес, проявленный к английской королеве, считаю совершенно излишним. Британец –важная персона и знает чрезвычайно многое о российском кораблестроении и вооружении. Если, не дай Бог, агент окажется в руках Британской секретной службы или сам(!) решится стать английским подданным — это будет настоящим крахом. По моим сведениям, сейчас агент живет в законном браке с племянницей английского премьер-министра. Я настоятельно рекомендую отозвать агента из Британии. С глубоким уважением, ваш истинный друг Меншиков А. С.'

Плотников чуть не заревел от радости. Теперь все встало на свои места. Агент Британец — это Джеймс Мельбурн. Вернее русский агент под именем Джеймса Мельбурна. Полковник подскочил и выскочил из кабинета. Нужно срочно передать зашифрованное письмо телеграфом. Но в приемную неожиданно ворвались два крепких мужчины в гражданском, за ними двое вооруженных матросов.

— Полковник Плотников? — хмуро спросил невысокий крепыш в пальто.– Подполковник Аверин. Третье Отделение. Вы арестованы, голубчик. Вам предъявляется обвинение в измене Родины.

— Да как вы смеете! — пробормотал ошеломленный полковник.

— А где адъютант Карев? — спросил второй мужчина, широкоплечий тип с молодцеватыми рыжими усами. Он осмотрелся, подошел к двери кладовой и приоткрыв, сразу увидел труп адъютанта.

Полковник Плотников бросился к двери, но матросы свалили его с ног и крепко связали.

Обезумевший Плотников катался по полу и смеялся:

— Поздно, суки… скоро англичане будут в Севастополе!

Один из матросов не выдержал и ударил полковника по спине тяжелым прикладом.

— В камеру его!– кивнул Аверин. Он присел возле адъютанта и обхватил запястье.– Теплый еще, немного не успели…

Утром полковника Плотникова вызвали на допрос. Его не били и не пытали. Сотрудники Третьего Отделения вели беседу весьма обходительно. Плотников признался только в подмене телефонограммы о численности англо-французского корпуса и убийстве адъютанта Карева. Однако и это вполне тянуло на виселицу или расстрел, тем более в военное время.

В конце допроса подполковник Аверин признался, что Плотникова этапируют в Петербург. Хотя вражеская армия почти осадила Севастополь, город им не взять. Начальник Черноморского штаба Корнилов приказал защитникам стоять до конца.

На вторую ночь в камере Плотников задумался. Он уже не сможет передать англичанам сведения о русском агенте. Да это уже и не важно. Если его решили доставить в Петербург, там наверняка его захочет допросить император. Николай имел привычку иногда самолично допрашивать политических, как это повелось еще с мятежных декабристов. Как же не хотелось видеть холеную физиономию русского царя, который всерьез считает себя часовым России и заступником православных…

Они выпотрошат ему всю душу в казематах Петропавловской крепости, а после устроят показательную казнь, вздернут на Сенатской площади…

Плотников сильными пальцами рвал на лоскуты матрас из мешковины и связывал косичкой. Через четыре часа он изготовил крепкую веревку длиной в два аршина.

… Утром, когда конвойный вошел в камеру, он увидел заключенного, подвешенного под решеткой, посиневшую шею сжимала самодельная петля из мешковины. Лицо заключенного распухло, изо рта торчал почерневший кончик языка. Комендант Ларин вошел следом и удивлено покачал головой. Он сразу окликнул конвойного:

— Беги за коронером!

Через четверть часа в камеру вошел пожилой коронер и подполковник Аверин. Коронер слегка дотронулся до шеи:

— Готов. Смерть от удушья наступила около двух часов назад…

Подполковник Аверин тяжело вздохнул и не глядя на труп, быстро вышел из камеры.

Глава 13

Полковник Маклоу узнал о побеге заключенного к девяти утра. Вместе с бежавшим русским шпионом исчез и сержант Рэй Хаутауэр. Маклоу был в ярости, однако он действовал быстро и решительно. Сразу же поднял в Лондоне агентов, полицейских и тайных осведомителей. В первую очередь констебли прочесывали вокзалы и порт, опрашивали всех извозчиков. Но к полудню не нашли ни сбежавшего русского, ни сержанта.

Ровно в час полковник Маклоу вошел в приемную шефа. Секретарша Элис вздохнула:

—