Дакийский самодержец - Вадим Барташ

ожидает никаких подвохов? Мы все знаем Децебала. И ты его знаешь. И тем более я. Нынешний царь даков неплохой стратег и умеет устраивать засады… Он на эти дела как никто другой ловкач.

– Пока что ты, государь, на этот счёт можешь быть спокоен.

– Ты так думаешь?

– Клянусь Юпитером Громовержцем и Марсом! Мои люди прочесали всю местность на день пути, исползали её вдоль и поперёк, можно сказать проползли по ней на брюхе, и ничего подозрительного не нашли, всё чисто. И дальше, я думаю, до самых предгорий, нам ничего не будет грозить. Только уже на подступах к горам и в самих горах даки начнут против нас действовать.

Траян помолчал, сосредоточенно нахмурив лоб. Командир разведчиков ждал, что же скажет принцепс. Впрочем, он и так догадывался о чём его принцепс спросит.

Траян продолжил расспрос:

– Ты уже был в Дакии в прошлых двух кампаниях…

– Был…

– И ты её изучил, во всяком случае знаешь неплохо её южную и центральную части, и как ты думаешь, где Децебал постарается нам помешать? Где он преградит наше продвижение? Может нам надо было выбрать более лальнюю дорогу?

– К северу? Через перевал Судрук?

– Да.

Траян и Тиберий Клавдий Максим вновь обратились к масштабной карте Дакии, и Максим стал указывать принцепсу по ней:

– Я так думаю, и в предгорьях ничего серьёзного не будет, мелкими отрядами даки нас могут периодически беспокоить, но и только, ну а вот здесь… – И Тиберий Клавдий Максим указал по карте на горную гряду, – вот в этих Орэштийских горах, за которыми начинается плато, а на нём и находятся их важнейшие поселения и их столица, вот здесь-то, я уверен, они нас и ждут.

– А поточнее… Где именно?

– Это не перевал Судрук. Самым удобным для них местом по-прежнему является ущелье… Бауты.

– А если всё-таки его обойти?

– Это будет очень длинный крюк…Мы много потеряем времени. Если бы мы на месяц раньше начали эту кампанию, то тогда можно было бы выбрать и другую дорогу.

– Мда-а-а…– Траян почесал висок и разогнул спину. – В этом ущелье они нас точно уже ждут.

– Ты прав, Божественный! – согласился с Траяном Максим.

***

Когда префект разведчиков Тиберий Клавдий Максим покинул шатёр Траяна, к принцепсу вновь заявилась его супруга. Она принесла кашу, которую он заказал, и которую она сделала собственноручно. Помпея Плотина не гнушалась никакой работы, и вовсе не походила на римскую аристократку. Спесь и заносчивость – это не про неё, и они ей были совершенно чужды. Она даже не носила шёлковых одежд, не украшала себя дорогими серёжками и ожерельями, никогда не красилась, а также предпочитала замысловатым новомодным причёскам обычный узел на голове. То есть она скорее походила не на римскую знатную матрону, а на простолюдинку. А ещё она всегда излучала благожелательность, за что её и любили.

Вслед за августой появились служанки. Это были британки, иберийки и эфиопки. Они принесли фрукты, вино и любимый принцепсом свежий умбрийский сыр.

Пока Траян ужинал, Помпея Плотина сидела рядом.

– Я слышала, завтра утром ты переправляешься на Дакийский берег, а как же мы с Марцианой? – вкрадчиво спросила супруга.

Принцепс оторвался от каши и ответил:

– Ещё на несколько дней я оставляю вас в этом лагере, а там… уж посмотрим, как всё будет складываться.

Помпея Плотина вздохнула, но не стала возражать. В некоторых случаях это было бесполезно. Она это знала.

В иные моменты Траян становился непоколебимым, как скала.

Ещё немного поговорив с мужем Плотина удалилась в свой шатёр, где её ждала Ульпия Марциана, старшая сестра Траяна и её близкая подруга. С Марцианой они никогда не расставались.

Траян вызвал начальника охраны и велел ему, чтобы его никто не беспокоил шесть часов. После того, как центурион преторианцев удалился, Траян снял с себя плащ и верхнюю одежду, расстегнул и сбросил обычные легионерские калиги, и улёгся на кушетку.

И сразу же заснул крепким, и я бы сказал богатырским сном.

***

Все знали, что Траян не любил мягких перин и совершенно равнодушен был к роскоши, и об этом я уже говорил прежде. Он бывало в ранние годы в походах спал, как рядовой воин, то есть прямо на земле, завернувшись только в свой плащ.

Сейчас он почти мгновенно погрузился в сон.

Во сне Траян мысленно перенёсся в Испанию.

Перед ним из призрачного рванного тумана постепенно проступили контуры родной Италики. Это была маленькая италийская колония, в которой проживало едва ли две тысячи человек, в основном колонистов, римских граждан. Она находилась примерно в шести милях от Гиспалиса (нынешняя Севилья). Гвадалквивир в середине лета как обычно сильно обмелел и кое где превратился в чуть живой ручеёк. Дорога, которая вела к морю и была засажена по обочине оливками и виноградниками, соединяла Италику со столицей Бетики. Над жёлтой обожжённой солнцем землёй распростёрлась перевёрнутая чаша необъятного голубого неба.

Какой-то крестьянин в соломенной широкополой шляпе ехал в телеге, в которую запряжён был вол. Траян вместе со своей сестрой Марцианой возвращался в город с их загородней виллы. Они везли четыре плетённые корзины, нагруженные только что собранным виноградом. Ехали на конях. Траяну тогда было чуть больше двенадцати лет. Их родовая вилла находилась на полпути между Италикой и Гиспалисом.

Старшая сестра что-то негромко напевала.

Они обогнали крестьянскую телегу и уже находились в каких-то ста шагах от ворот Италики, когда увидели отца. Он появился неожиданно, выехав из ворот в сопровождении двух домашних рабов, и направлялся к Марциане и Траяну навстречу.

Вот они сблизились, и Траян Старший, глядя на своих детей, широко и приветливо им заулыбался.

– Что-то случилось? – спросила Марциана у отца.

Он кивнул головой и тут же успокаивающе добавил:

– Но не стоит волноваться. Меня вызывают в Рим.

– А зачем? – уже спросил Траян. – Ничего серьёзного, отец?

– Мои заслуги заметили! И я, дети мои, теперь возведён в римские сенаторы, – произнёс Траян Старший. – Необходимо всё, что у нас здесь имеется, распродать и переезжать. Времени у нас не больше двух недель… Нас с вами ждёт столица!

И уже через месяц с небольшим их семейство перебралось в «Вечный город», в блистательную столицу могучей империи.

***

В Риме их семья только-только обустроилась, они купили большой дом в самом центре «Вечного города», и тут же Траяну Старшему пришлось последовать за Гнеем Домицием Корбулоном на противоположный берег Средиземного моря, в Сирию.

Правивший тогда Нерон намечал развернуть обширную военную экспансию вначале против царя Армении, ставленника Парфии, а затем уже и против самого парфянского царя царей Вологеза, и назначил командовать всеми легионами Востока Корбулона, а тот взял к себе в помощники своего друга, Траяна Старшего.

Траян Младший добился того, чтобы последовать в Сирию за отцом, и таким образом он начал свою военную карьеру ещё не совершеннолетним, то есть в юношеские годы!

Глава шестнадцатая

Он не