Путь воина - Арсений Евгеньевич Втюрин

вскочили на ноги, но первым на площадке оказался Тарок.

– Стойте! Убить его вы всегда успеете! – Движением руки он остановил схватившихся за мечи охранников Хакима.

– Что ты себе позволяешь? – Толстяк перевернулся на живот и уже почти встал на четвереньки.

– А он прав! Сначала заплати, а потом можешь и убивать! – Глаза Мёрда превратились в щёлочки, он больше не смеялся. – Ты не верил, что он бешеный, так проверь его! Тарок даст мальчишке тупой меч или палку, а твои люди пусть будут вооружены полностью. Посмотрим, сколько воинов сможет с ним совладать. Только не горячись и помни, что тупым оружием он тоже может покалечить!

– Мои телохранители в бою не хуже твоих бешеных! – Хаким злился всё больше и больше.

– Хватит болтать! Сколько человек ты выставишь? Что поставишь на кон?

Толстяк уже стоял на ногах. Он быстро успокоился и взял себя в руки.

– Мне кажется, что троих воинов будет достаточно! Ставлю половину цены этого мальчишки!

– Что ж, если бешеный победит, то ты мне заплатишь за него полуторную цену? Правильно я тебя понял?

– Да, правильно! Но будем считать, что он пока твой, и я тебе ничего не должен. А если мои люди его убьют, то я тебе ничего не заплачу!

– По рукам!

Мёрд кивнул Тароку.

Тот скрылся в подсобном помещении и вынес оттуда два облегчённых металлических меча с закруглёнными концами и без заточки.

– Подойди ко мне, Рус! – Строгие и всё понимающие глаза учителя встретились с испуганным и растерянным взглядом мальчика.

Тарок протянул подошедшему ребёнку мечи, задержав их на мгновение в своих руках.

– Не вздумай убивать или калечить охрану. Хаким этого не простит. Поиграй с ними! А ещё лучше – быстро выруби!

Положив лезвия мечей себе на плечи, Рус направился к центру площадки.

Всё было как обычно. Очередной показательный поединок. Ничто не шевельнулось в душе мальчика. Не было ни боевой лихорадки, ни накатывающего чувства ярости, а только лишь какое-то отстранённое спокойствие.

Вслед за ним тяжело и степенно шагали три телохранителя Хакима. Они были в броне, в шлемах, с массивными щитами и боевыми мечами.

– Покрошите его на кусочки! – донёсся со стороны террасы крик их господина.

– Да-да, попробуйте, если уцелеете! – со смехом вторил ему Мёрд.

Воины, повинуясь команде своего хозяина, прикрылись большими щитами и медленно двинулись на Руса.

Мальчик сделал навстречу несколько шагов и вдруг стремительно вклинился между двумя ближайшими воинами. Облегчённые мечи зазвенели по доспехам, заставляя огромных мужчин работать руками и ногами, уклоняясь и отбивая наносимые в высоком темпе удары. Они не могли поверить, что какой-то мальчишка, пусть и хорошо обученный, способен тупым оружием причинить им, облаченным в доспехи и полностью вооружённым взрослым мужчинам, хоть какой-то урон.

Эта самонадеянность сыграла с ними злую шутку.

Рус резко сблизился с одним из воинов, нанося левой рукой длинный боковой удар и вынуждая мужчину парировать его своим мечом. При этом щит в руке тоже непроизвольно дёрнулся в эту же сторону. А меч в правой руке мальчика со всего маху впечатался тупым концом в не защищённую железом щиколотку телохранителя. Дикий крик боли разнёсся по дворику, и мужчина, не выпуская из рук оружия, стал заваливаться на второго человека, который вынужденно подставил ему для опоры свой щит и плечо.

Но лучше бы он этого не делал! Вылетевший откуда-то сбоку меч Руса с металлическим звоном ударил по гребню шлема, оглушая воина и заставляя его упасть на колени. Сверху на него, потеряв опору, рухнул первый телохранитель.

Лёгкий на ногу мальчик успел выскользнуть из-под опускающегося на него меча третьего воина и в свою очередь с разворота рубанул по открывшемуся плечу. Тупое лезвие не могло пробить металлическое сочленение, но удар парализовал руку противника, и Рус провёл ещё одну атаку с этой незащищённой стороны. Меч в его левой руке описал быструю восьмёрку и при выходе из неё ударил в лобную часть шлема. Второй меч подсёк в коленях ноги мужчины, опрокидывая его навзничь.

Поединок, едва начавшись, тут же закончился.

Это Русу подтвердил громкий хохот Мёрда, в звуках которого проскальзывали истеричные лающие нотки.

– Ну что, убедился, что с моими бешеными твоя охрана не может тягаться?

На лице Хакима не дёрнулся ни один мускул, лишь только сжатые кулаки с побелевшими костяшками пальцев и полный ярости взгляд показывали, как он зол.

– Что ж, я покупаю твоего бешеного! Деньги, как и обещал, привезут утром! Полторы цены! Но я увезу его с собой! Ты не возражаешь, Мёрд?

– Забирай, я твоему слову верю. Только прошу тебя, не убивай его сразу!

– Теперь это тебя не касается! – Хаким махнул рукой своей многочисленной охране. – Свяжите мальчишку и бросьте в повозку!

– Подождите! – Тарок снова опередил телохранителей и вышел на площадку дворика. – Рус, брось мечи на землю. Нам не нужна бойня. Сам понимаешь, что если будешь сопротивляться, то мне придётся вмешаться, и ты погибнешь здесь. Лучше положись на свою судьбу. Она сама определит, сколько тебе ещё осталось жить!

Несколько мгновений мальчик смотрел в глаза своему учителю, после чего молча отбросил в сторону мечи и протянул вперёд руки. Подошедшие воины быстро связали их ремнями и повели ребёнка за ограду виллы. Вслед за ними, не попрощавшись, направился Хаким.

Глава 19

Истосковавшиеся по инструменту и хозяйственным делам мужские руки споро выполняли привычную работу.

Два драккара были вытащены из воды и снова установлены на подставки под большими уцелевшими от огня навесами. Умеющих работать с древесиной викингов Вран поделил на группы, каждая из которых занималась своим делом.

Все деревья вблизи верфи ещё при ярле Эйнаре срубили и использовали на строительство драккаров и домов в посёлке. Поэтому около сотни человек были отправлены на заготовку брёвен, которые приходилось таскать уже из близлежащего леса. Ещё десяток викингов занимались их острожкой и разделкой на доски. И только семь или восемь наиболее опытных в корабельном строительстве мастеров изготавливали нужные деревянные детали и устанавливали их на драккары. Остальные люди тоже не сидели без дела. Целые ватаги охотились, заготавливая впрок мясо. Десятки викингов бродили с плетёными сетями по речному мелководью, вылавливали и тут же разделывали рыбу, солили и развешивали её вялиться. С утра и до позднего вечера горели костры, варилась в котлах пища, люди непрестанно сновали по всему берегу.

Вран, думая наперёд, сумел уговорить Гирка, чтобы женщины в его посёлке начали ткать холст для пошива парусов. Все были заняты неотложными делами.

Великан тоже взял в руки топор. Работа успокаивала его