Подлинная история Айвенго, Робина Капюшона и прочих - Александр Баренберг

За столом вполголоса переговаривались немногочисленные домочадцы и слуги. Бриан ловил на себе их любопытные взоры. Еще бы - не каждый день в поместье захаживают рыцари-храмовники, тем более из Палестины!

Утолив первый голод, Буагильбер как бы невзначай обронил, обращаясь к Седрику:

- Кстати, достославный тан, я ведь имел честь намедни скрестить меч с вашим сыном, Уилфредом. На турнире в Акре, что давеча стяжал славу доблестному королю Ричарду. Ей-богу, ваш отпрыск показал себя настоящим рыцарем! Одолел меня, старого бойца, как мальчишку.

Седрик нахмурился и отставил кубок. Обвел глазами притихших домочадцев и процедил сквозь зубы:

- Что ж, я рад, что сын мой не посрамил мое имя. Только в Акре этой ему делать нечего было. Не пристало саксу подвизаться на чужбине, поди франков с сарацинами разнимать. Дома ему сидеть надобно, за хозяйством приглядывать...

По залу прокатился приглушенный ропот. Бриан навострил уши. Ага! Похоже, у Седрика с сыном не все ладно. Уилфред, стало быть, ослушался родителя, умчался в Палестину. Вслух же тамплиер произнес, елейно улыбаясь:

- О, бесспорно, долг сына - при отце быть, дом родной блюсти. Но и рыцарская честь много значит. Видать, не мог сэр Уилфред усидеть дома, когда государь его, Ричард, в Святую Землю подался. Сердце позвало - вот и последовал за сюзереном...

Седрик скривился, будто раскусил горькую ягоду. Махнул рукой, обрывая Бриана.

- Будет вам, сэр рыцарь. Сердце, честь - это все пустое. На словах-то оно легко, а как до дела дошло - поминай как звали. Я Уилфреду еще перед отъездом сказывал: не по нраву мне затея эта, крестовый поход. Англии король нужен, а не сарацинам. А он все одно умчал. И что теперь? Ни слуху о нем, ни духу. Где он, что с ним - одному Богу ведомо...

Бриан весь обратился в слух. Так-так, Уилфреда нет в поместье, и отец не знает, где он? Чем не повод для расспросов!

- То есть как - ни слуху ни духу? - удивленно приподнял брови тамплиер. - Я думал, он с королем... Ричардом то бишь... домой возвращаться должен. Неужто вам никакой весточки от него не дошло?

Седрик гневно фыркнул в кубок.

- Ричарда-то, вестимо, по дороге в плен взяли, австрийцы проклятые. А уж где Уилфред мой - тут и вовсе не ведаем. Может, тоже сгинул где в хваленой Святой Земле... и поделом ему, коли отчий дом ни во что не ставит!

Голос тана дрогнул, и он поспешно отвернулся к окну, делая вид, что разглядывает хлещущие струи дождя. Бриан внутренне возликовал. Дело принимало любопытный оборот! Стало быть, Айвенго и в самом деле скрывается, не вернулся к отцу после освобождения. Верно, манускрипт у него, потому и залег на дно. Ну да ладно, это дело поправимое...

Вслух же он произнес с напускным сочувствием:

- Мне жаль слышать это, славный тан. Будем надеяться, сэр Уилфред жив-здоров и скоро объявится. Мало ли, может, он сейчас как раз спешит в родные пенаты...

Седрик лишь нервно дернул щекой и залпом допил вино. Разговор перетек в другое русло, но Буагильбер уже получил нужные крохи сведений.

Утром, щедро отблагодарив радушного хозяина, тамплиер покинул гостеприимный Ротервуд и направил стопы в Йорк. Туда, где вот-вот должен был собраться двор принца Джона, младшего брата и соперника плененного Ричарда. Надежда слабая, но, возможно, этот саксонский дурень Уилфред направился прямо ко двору! Прямо в волчью пасть!

Весь день Бриан скакал как одержимый, подгоняя и без того резвого жеребца. К вечеру, едва держась в седле от усталости, он добрался до Йорка. Решив заночевать в первой попавшейся таверне, тамплиер завел коня во двор харчевни под вывеской "Зеленый гусь".

Соскочив на землю и кинув поводья конюху, он взбежал на крыльцо и распахнул низкую дверь. В лицо пахнуло жаром очага, в нос ударили запахи жаркого и элю. За столами гомонили подвыпившие посетители. Пристроившись в углу с кружкой и миской похлебки, Бриан принялся лениво озираться по сторонам. Слушал разговоры, ловил обрывки фраз. И вдруг до слуха его донеслось нечто любопытное.

За соседним столом двое купцов в длиннополых утепленных халатах вполголоса вели беседу Разобрав несколько слов, он незаметно подсел ближе и напряг слух.

- ...И я тебе говорю, Соломон, Исаак вернулся не один! - горячо шептал один из евреев, по виду помоложе. - Привез с собой рыцаря какого-то, сакса. Люди болтают, будто тот теперь Исааку вроде как защитник али покровитель...

- Да ну? - недоверчиво протянул его собеседник, тощий старик с седой бородой. - С чего бы нашему Исааку с рыцарями-то якшаться? Он отродясь с христианами не водился, все больше с соплеменниками...

- А я тебе про что толкую! - не унимался первый. - Сам, своими глазами видел, как они давеча к оружейнику заходили. Ну, к Иеремии, что у восточных ворот который. И вышли оттуда с большим узлом. Я так мыслю - доспехи рыцарские то были. С чего бы Исааку самолично рыцаря снаряжать?

- Ой, не к добру это... - вздохнул Соломон, качая головой. - Ох, наплачемся мы еще с этой дружбы... Как бы Исаак на всю общину беду не накликал...

Бриан, позабыв про похлебку, впился глазами в спины удаляющихся евреев. Сердце его колотилось где-то в горле. Исаак? Вернулся в Йорк в обществе сакса? Рыцаря, коему он лично доспехи справил?

Да быть того не может! Рыцарей-саксов не так уж и много. А тех, кто не побоялся бы замараться обществом иудея, и вообще быть не должно! Разве что неодолимые обстоятельства… Уж не Айвенго ли, преследуемый всеми, решил воспользоваться помощью презираемого иудея?

Кипя от ярости и нетерпения, Буагильбер вскочил из-за стола, кинул на столешницу пригоршню монет и выбежал во двор. Через минуту он уже снова был в седле, грозной тенью проносясь по узким улочкам сонного Йорка.

Где искать Исаака, тамплиер прекрасно знал - в еврейском квартале, в добротном каменном доме, куда не раз наведывался, чтобы стрясти с упрямого ростовщика очередное «пожертвование» в пользу Храма.

Спешившись у знакомых зеленых ставен, Бриан застучал в дверь рукоятью меча. На стук вышел пожилой слуга в высокой шапке и халате. При виде рыцаря в белоснежном плаще он испуганно попятился.

- Д-доброго вечера, сэр рыцарь... Чем обязаны?

Буагильбер постарался изобразить на лице свою самую очаровательную улыбку. Не хватало еще спугнуть домочадцев Исаака раньше времени!

Приветствую, любезный. Я ищу досточтимого Исаака из Йорка. Дома