Подлинная история Айвенго, Робина Капюшона и прочих - Александр Баренберг

class="p1">Разбудил его голос Гурта и аромат горячей похлебки. Верный раб, уже вернувшийся из господского дома, склонился над ним, протягивая дымящуюся миску:

- Кушайте, господин. Вам сейчас сил набираться надо. А я пока расскажу, что в ваше отсутствие приключилось.

И Гурт принялся сбивчиво выкладывать последние новости. Об измене принца Джона и его беспутном правлении. О лишениях, выпавших на долю Седрика Сакса и его домочадцев. О притеснениях евреев по всей стране - от Йорка до Нориджа.

Айвенго слушал, нахмурив брови и машинально прихлебывая похлебку. Сердце его тяжелело с каждым словом Гурта. Как? Неужели родина, едва оправившись от потрясений норманнского завоевания, вновь погрузилась в хаос? И какова же теперь участь самого Уилфреда - сына опального тана, соратника плененного короля?

Внезапно скрипнула, отворяясь, дверь хлева. В проеме, на фоне дождливых сумерек, возникла сгорбленная фигура в просторной мантии и остроконечной еврейской шапочке. Незнакомец, шаркая, вошел внутрь и принялся отряхиваться от воды, бормоча что-то на иврите.

Гурт аж подскочил от негодования. Грубо схватив еврея за грудки, он рявкнул:

- Ты кто таков? Как посмел сюда заявиться, пархатый? А ну пшел вон, не то спущу на тебя собак!

Старик испуганно съежился, закрывая руками лицо. Сквозь пальцы заструился дрожащий голос:

- Прошу вас, добрые люди, не гоните! Заплутал я в чаще, продрог весь. Дозвольте обогреться малость, переждать дождь. Я ведь только с дороги, еду домой в Йорк...

Гурт брезгливо отпихнул еврея, не дав договорить.

- Ишь, приблудный какой выискался! Знаем мы вас, иуд. Вечно так и норовите к честным христианам в дом забраться, стянуть чего ценного. А ну вали отсюда, не то враз всыплю плетей!

Но тут Айвенго, молча наблюдавший сцену, решительно поднялся с соломы. Мягко, но твердо отстранив Гурта, он приблизился к трясущемуся еврею.

- Будет тебе, Гурт. Полно над стариком измываться. Ступай-ка лучше к хозяину, спроси - не найдется ли путнику угла на ночлег? Негоже в такой дождь выгонять, пусть и иноверца.

Гурт вытаращил глаза, не веря ушам своим. Господин заступается за еврея?! Неслыханное дело! И он, Гурт, должен к самому тану обращаться, чтобы кров нехристю выпросить? Да не бывать такому!

Но, встретив твердый взгляд Айвенго, Гурт покорно склонил голову.

- Слушаюсь, милорд. Пойду спрошу хозяина. Авось и найдется местечко в хлеву, подальше от вас.

С этими словами Гурт, злобно зыркнув на еврея, скрылся за дверью. Вскоре до Айвенго донесся его удаляющийся голос, выкрикивающий имя Седрика.

Еврей, все еще трясясь, осторожно приблизился к Уилфреду и склонился в поклоне.

- Благодарствую, милостивый господин. Да пребудет с вами благословение Всевышнего за доброту вашу. Позвольте представиться: я - Исаак из Йорка, смиренный ростовщик и верный слуга своего короля. А вы?

- Я сэр Айвенго, оруженосец короля. Но прошу вас не упоминать моего имени, по некоторым причинам я вынужден сохранять инкогнито.

Айвенго кивнул, приглашая еврея присесть на солому рядом. Тот, поколебавшись, опустился на колени, не смея сесть вровень с рыцарем-христианином.

- Что привело вас в наши края, Исаак? - спросил Уилфред, с интересом разглядывая собеседника. - Неспокойно нынче на дорогах Англии, тем паче еврею...

Исаак печально покачал головой, теребя кончики длинной седой бороды.

- Увы, благородный рыцарь, истинная правда. Тяжкие настали времена для моего народа. По всей стране жгут еврейские дома, громят лавки, насилуют дочерей. Никому нет защиты от черни, ведомой сильными мира сего.

- Это вы о принце Джоне? - нахмурился Айвенго.

- И о нем тоже, - вздохнул Исаак. - Узурпатор не упускает случая стрясти с иудеев лишний золотой. Но хуже того - рыцари Храма, чьи замки по всей стране понатыканы. Уж эти-то никогда за просто так еврея не отпустят - все норовят то креститься заставить, то пытками признание в ритуальных убийствах получить. Страшные люди, ох страшные...

Уилфред сочувственно покивал, поглаживая рукоять припрятанного под одеждой кинжала. Память услужливо подсунула образ Бриана де Буагильбера - тамплиера, что в Палестине едва не одолел Айвенго на турнире. Лицемерный честолюбец, алчный до власти, не брезгующий грязными методами - вот кто таков был Бриан. И таких, как он, в ордене Храма - пруд пруди.

- Да уж, наслышан я о храмовниках, - процедил Уилфред. - Зло они, сущее зло под личиной служителей Господа.

Исаак согласно вздохнул, опуская глаза. Помолчав, Айвенго спросил:

- А что же в Йорке-то? Неужто и туда дотянулись руки тамплиеров и принца?

При упоминании города Исаак горестно всплеснул руками и разрыдался в голос. Сквозь всхлипы и причитания Уилфред с трудом разобрал душераздирающий рассказ о страшном еврейском погроме, случившемся пару лет назад.

- Ворвалась чернь... с кольями, факелами... Резали всех без разбору - стариков, женщин, детей... Ни слезы, ни мольбы не могли остановить озверевших громил... А предводительствовал ими не кто иной, как Реджинальд Фрон де Беф - норманнский барон, известный своей жестокостью. Видно, рассчитывал разжиться еврейским золотишком, вот и спустил своих псов...

- Фрон де Беф? - встрепенулся Айвенго. - Тот самый, что держит земли к югу от Йорка? Гнусный тип, я о нем наслышан. Говорят, он - правая рука Джона, и замок его - рассадник разбоя и бесчинств.

- Истинно так, - подтвердил Исаак, утирая слезы.

Уилфред задумчиво потер подбородок. Картина произошедшего в Йорке вырисовывалась все более мрачная. Норманнские бароны, тамплиеры, принц Джон - все сговорились погубить несчастных евреев…

Словно уловив его мысли, Исаак вдруг подался вперед и прошептал:

- Сэр рыцарь, не сочтите за дерзость... Но, быть может, вы могли бы как-то заступиться за мой народ? Я готов щедро вознаградить любого, кто хоть слово замолвит за обиженных и притесняемых...

Айвенго невесело усмехнулся. Вот она, извечная еврейская надежда на золото! Даже сейчас, нищий и гонимый, Исаак готов платить. Видно, и впрямь деньги - их единственная защита в этом жестоком мире.

- Боюсь, Исаак, сейчас я вряд ли смогу вам помочь, - вздохнул Уилфред. - Сам ведь видите - сижу тут тайно, как вор. У принца Джона я не в милости, отца того гляди в измене обвинят. Куда уж мне сейчас за евреев впрягаться...

Исаак поник, но тут же встрепенулся.

- А ведь верно, сэр рыцарь! Я ведь запамятовал совсем - вы же были при короле Ричарде! Стало быть, и о пленении государя вам ведомо?

Айвенго невольно стиснул зубы, и желваки заходили на скулах. Воспоминания о роковом дне в ущелье, когда король угодил в западню, до сих