Сфорца. Меч, любовь и алхимия - Юлия Владиславовна Евдокимова

безрассудные решения целиком ляжет на плечи папского посланника. Нам не придется отвечать ни за какую вину. В такой ситуации даже Сфорца смирится и бросит племянницу.

Члены совета разразились аплодисментами.

Тут же составили акт о передаче города Папе. Отправили гонца к папском наместнику в Чезену. Тот явился буквально на следующий день, чтобы принять ключи от города.

– А… собственно… Крепость сдали?

Совет развел руками.

– Вы хотите втравить Папское государство в войну? Без полной капитуляции графини мы не примем ключи. Не хватало еще проблем с Лодовико Сфорца! Милан обрадуется, получив такой предлог для вмешательства.

– Она сильная женщина. Ее сложно уговорить.

– Я беру это на себя. Вы лишь угрожали, а кроме кнута нужен и пряник. Смерть Катерины взбесит Милан.

***

Священник из Чезены Доменико Галеани явился к Катерине в качестве представителя на переговорах.

Все были измучены, дети хотели есть и пить. Катерина рассказывала истории своей бабушки, пытаясь поднять их дух.

– Я говорю от имени папского наместника, получившего права на город Форли.

– Требую самого наместника.

– Вы не можете требовать. Оставьте высокомерие, если хотите спасти свою жизнь и жизнь ваших детей.

– Так вот кто стоял за убийством моего мужа!

– Как ты смеешь! Твой муж был убит рукой Божией, расплатившись за тяжкие грехи.

– Вы ошибаетесь. Но вы здесь, чтобы что-то предложить?

– Прежде всего подпишите отказ от города Форли и акт о возвращении города Церкви. Вот документ, составленный монсеньором Савелли, папским наместником, вам нужно поставить свою подпись и скрепить печатью. Затем сдайте крепость Равалдино. В обмен на ваше сотрудничество вам будет разрешено удалиться в Имолу, в надежде, хотя на данный момент мы не можем гарантировать, что Святейший Отец решит уехать к вашим детям.

– А если я откажусь?

– Мы не предоставим еды и воды вашим детям. Интересно насколько жестоко ваше сердце! Вы готовы смотреть на их смерть от голода и жажды?

Катерина взяла документ и разорвала его на мелкие кусочки. Оттолкнула священника и обратилась к присутствующему при разговоре Чекко Орси.

– Уведите отсюда это чудовище. Я отказываюсь с ним говорить.

Чекко схватил ее за руки, начал трясти и орать:

– Хватит, сколько можно? Думаешь обмануть нас? – Он схватил Катерину за волосы и в сопровождении стражи потащил к крепости Равалдино.

– Зови своего кастеллана. Прикажи сдать крепость.

На стены вышел Томмазо Фео.

– Если ты не сдашь крепость, я отрублю ей голову у тебя на глазах!

– Мадонна, что вы здесь делаете? Кто довел вас до такого состояния?

– Томмазо, я пленница. Я вынуждена сдать крепость ради своих детей.

– Мадонна, мне жаль, но крепость мне доверил ваш муж. Я сдам ее только его наследнику. А что касается вас, синьоры, то не советую приближаться к Равалдино. Мои пушки разорвут васз в клочья.– Он развернулся и ушел.

– Сучка! Вы сговорились! Отдай ему приказ правильно!

– Я Сфорца. Не тычь в меня кинжалом, я не знаю, что такое страх.

Орси испугался первым. Он все еще помнил о Милане и боялся, что сгоряча Катерину могут ранить.

Стемнело и графиню вели по городу, освещая путь факелами. Люди выходили из домов, смотрели на графиню, измученную, в разорванной одежде, окруженную вооруженной охраной и перешептывались:

– Как Иисуса Христа на казнь ведут!

– Этого еще не хватало! – Бушевал папский наместник. – Вы что творите! Завтра еще и форливези бросятся спасать свою графиню!

Он еще раз предложил Катерине подписать акт капитуляции.

– Подумайте о детях!

– Я лучше знаю, что нужно моим детям.

– Деточка, – сменил он тон. – Не бросай вызов церкви. Одна подпись и все закончится. Не заставляй меня принимать жесткие меры.

– Я не собираюсь в Имолу. Я управляю Форли от имени малолетнего сына. А насчет крепости – вы слышали, что сказал кастеллан.

– Заприте эту ведьму!– заорал наместнк.

***

Неожиданно епископ Савелли получил послание из Равалдино. Томмазо Фео согласился сдать крепость, но при одном условии: графиня Риарио должна выплатить ему задолженность по зарплате и написать рекомендательное письмо, чтобы будущие работодатели не подумали, что он уступил на «неблагородных» условиях, сдача крепости дело серьезное.

Графиня должна явиться одна, потому что всем этим Орси и прочим заговорщикам он не доверяет.

Епископ облегченно вздохнул. Но Орси запротестовали, зная о любви кастеллана к Катерине. Он наверняка что-то замышляет! Тогда епископ предложил компромисс: переговоры будут проходить у стен замка, на глазах у всех, а Катерина останется за стенами.

Графиня пообещала Фео, что кастеллан получит все просимое. Он выслушал зачитанную рекомендацию и предложил Катерине войти в замок, чтобы подписать документ. Орси категорически возражали. Епископ кусал губы. Но надо было заканчивать этот фарс, и он отдал приказ отпустить графиню в замок в сопровождении одного из своих слуг. Ей дали ровно три часа на переговоры с Фео.

Катерина медленно вступила на опустившийся мост. Мост снова поднялся, графиня повернулась, оглядела толпу и… показала фигу. Постояла мгновение в обрамлении темного входа в крепость.

Ошарашенные зрители разинули рты. Их прекрасная, утонченная графиня и… простите… простонародная фига?

Шло время. Вот уже заканчивался третий час. Графини не было.

Все прекрасно понимали: если крепость сдадут, любое вмешательство Милана будет расценено как нападение. Но с Катериной внутри приход миланцев – защита законной правительницы. И каждый час приближал прибытие войска Сфорца.

Епископ первым не выдержал, подбежал к стенам и заорал, чтобы графиня немедленно выходила. Только представьте эту сцену:

– Катеринааааа, выходииии! Выходи, подлая ведьма!

В ответ- тишина.

Прошло еще несколько часов, Орси орал и топал ногами, а епископ метался в панике, не зная, что делать. И вдруг на крепостной стене появился Томмазо Фео. Он заявил, что взял графиню в плен и предложил обменять ее на основных заговорщиков.

Епископ никак не мог сообразить, что предпринять, а Орси с братом помчались за детьми. Они схватили Оттавиано, первенца и наследника Риарио; мать Катерины Лукрецию, сестру Стеллу, а также 4х летнего Ливио. Остальные дети остались в заключении.

Дети плакали, стражники бряцали оружием.

Наступил худший момент в жизни Катерины. Но она была не просто храброй женщиной. Она была умной женщиной и умела мыслить стратегически. Епископу Савелли прекрасно известно, что ее дети – родные племянники герцога Миланского. Если им будет причинен какой-либо вред, Милан обрушит войска на Папскую область. Более того, ее дети были двоюродными братьями одного из высших прелатов Ватикана, кардинала Раффаэлло Риарио, а значит ни при каких обстоятельствах нынешний Папа Иннокентий не позволит причинить им вред, тем более, на публике. Она также понимала, что сдав крепость, потеряет все. И