Неожиданная Россия (СИ) - Волынец Алексей Николаевич

В следующем 1837 году великий поэт погиб на всем известной дуэли, а его друг и бывший цензор, в поисках источника к существованию, отправился подальше от столичной бюрократии – на Кавказ. Там Николай Семёнов стал инспектором учебных заведений, а вскоре, как опытный чиновник, занял пост одного из членов совета «Главного управления Закавказским краем». На этой должности приятель Пушкина познакомился с горным инженером Николаем Воскобойниковым, бывшим управляющим Бакинских нефтяных промыслов.

Тёзка Семёнова в то время находился под следствием – на него поступил донос, что Воскобойников похитил с промыслов 480 тонн нефти. В реальности нефть просто испарилась из «нефтяных амбаров», открытых ям, в которых тогда хранили добытую жидкость. Проверка полностью оправдала горного инженера, но на должность управляющего нефтяными промыслами Воскобойникова так и не вернули. Между тем, он был опытным специалистом, впервые предложившим перейти от ручной добычи нефти из неглубоких колодцев к бурению скважин.

Но проекты отставного инженера требовали денег, на которые скупилось кавказское начальство, поглощённое долгой и тяжелой войной с непокорными горцами. Бывший петербургский цензор Николай Семёнов решил помочь отставному инженеру – имея связи среди столичной бюрократии, он в декабре 1844 года отправил проект бурения нефтяных скважин, минуя канцелярию Кавказского наместника, прямо в секретариат министра финансов.

На нефть уже был устойчивый спрос, как в Российской империи, так и в Европе – и 30 апреля 1845 года Министерство финансов отправило властям Кавказа приказ выделить из казны тысячу рублей серебром для пробного бурения. В следующем году у посёлка Биби-Эйбат (ныне черта города Баку) начали экспериментальные работы. Бурили вручную, но это была именно первая в мире буровая скважина, на несколько лет опередившая аналоги в США и Западной Европе.

14 июля 1848 года на глубине 21 метр бурильщики наткнулись на искомую жидкость Наместник Кавказа князь Воронцов поспешил доложить об этом в Санкт-Петербург, как о личном успехе: «Я разрешил провести новые работы на нефть в Бакинском уезде. Пробурена на Биби-Эйбате скважина, в которой находится нефть…»

Реальные инициаторы первой в мире скважины при жизни признания не поручили. Уволенный начальник Бакинских нефтяных промыслов Николай Воскобойников ухал в Персию, где до конца жизни работал инженером-геологом. Не сложилась и кавказская карьера бывшего цензора Николая Семёнова – через три года наместник Воронцов уволил лицейского приятеля Пушкина. Но запущенное ими бурение уже в ближайшие десятилетия сделало Кавказ одним из ведущих центров нефтедобычи на планете.

Глава 62. Дальневосточная пушкиниана – как великий поэт мечтал побывать на Дальнем Востоке

Имя Александра Сергеевича Пушкина вызывает множество географический ассоциаций – здесь и Петербург с его «медным всадником», Крым с «бахчисарайским фонтаном», Молдавия, она же Бессарабия, где «цыганы шумною толпой», Кавказ с его «пленником» и знаменитая «осень» в нижегородском Болдино… В огромном каталоге поэтической географии Пушкина будет даже далёкая от него «глубина сибирских руд», эти строки вспомнит любой, мало-мальски знакомый с творчеством поэта.

И только один регион, казалось бы, обделило своим вниманием гениальное перо величайшего русского поэта – тема связи Пушкина и Дальнего Востока способна поставить в тупик любого человека, далёкого от изысков филологии и литературоведческих штудий.

Но вопреки нашему незнанию, история показывает, что дальневосточные мотивы всегда присутствовала в жизни и творчестве поэта. Незнакомый нам Пушкин буквально рвался побывать на Дальнем Востоке, дружил с ведущими исследователями Чукотки, Колымы и Китая того времени, а накануне смертельной дуэли поэт работал над историей открытия Камчатки…

Пушкин в Якутске

Поэт принадлежал к древнему роду Пушкиных и очень внимательно относился к своей родословной, запечатлев её и в стихах:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144}) Водились Пушкины с царями Из них был славен не один, Когда тягался с поляками Нижегородский мещанин.

Среди упомянутых в этом четверостишии предков, «водившихся с царями» в начале XVII столетия был и дальний родич поэта – Василий Никитич Пушкин, «стольник» первого монарха из династии Романовых. В феврале 1644 года уже пожилой и многоопытный Василий Пушкин, побывавший воеводой в Пронске, Вязьме и Чебоксарах, получил новое назначение – воеводой в Якутск, тогда самый восточный форпост России.

Якутск отделяют от Москвы почти 5000 км по прямой, и три с половиной века назад воевода Пушкин затратил на дорогу более двух лет. Никаких дорог ещё не было, его путь из столицы шел по рекам Оке, Волге и Каме на Урал, к городку Верхотурье. Оттуда по реке Тура, притоку Тобола, плыли к городу Тобольску на берегу Иртыша. Река Иртыш впадает в Обь, и по ней корабли Василия Пушкина шли на восток к другому притоку Оби, реке Кеть. Здесь, на границе современных Томской области и Красноярского края находился волок из реки Кеть в речку Кас, по которой можно было доплыть до Енисея.

По Енисею Пушкин достиг впадающую в него реку Ангару и её притока Илим. От Илима, на территории нынешней Иркутской области, волоком перетягивали суда в речку Мук, по которой уже можно было достичь реки Лены в районе современного города Усть-Кут. Отсюда уже оставалась такая «малость», как почти две тысячи километров по реке Лене до Якутска…

Такой извилистый путь по великим рекам России и их притокам достигал в длину почти девять тысяч километров, так что два года в пути не кажутся чем-то удивительным. Дальний Восток тогда был по-настоящему дальним, совсем как другая планета. Получив назначение в Якутск в феврале 1644 года, Василий Пушкин тут же отправился в путь, но прибыл в острог на берегах Лены лишь 1 июня 1646 года.

Якутское воеводство или «Ленский разряд», как тогда писалось в официальных документах – это огромная территория, простиравшаяся на две тысяч вёрст от современного Красноярского края до берегов Охотского моря. За всю историю Якутска московский дворянин Пушкин был его вторым воеводой, он привез с собой царский «Наказ», подписанный «Лета 7152, февраля в 10 день» (то есть 10 февраля 1644 года).

Царский наказ Пушкину «быти на государевой службе на великой реке Лене» занимал множество страниц – самая настоящая подробная инструкция. С собой новый воевода привел 50 казаков и «стрельцов с ружьём», а также «4 человека попов, чтоб на Лене реке служилые б люди без покаяния и причастия не помирали». Кроме того, отряд Пушкина вёз с собой две «пушечки», 50 пудов пороху, столько же свинца, 100 ведер «вина горячего» и 15 «стоп бумаги писчей». Бумага, товар тогда дорогой и редкий, требовалась чтобы организовать точный учёт сбора меховой дани.

Среди прочих заданий, полученных от царя, Василий Пушкин должен был построить в новом Якутском остроге храм «Живоначальные Троицы». Часть церковной утвари для будущего храма он вез с собой из Москвы, а часть должен был взять в Тобольске. Все два года немыслимо долгой дороги вёз Пушкин с собой и 16 церковных книг, евангелия и псалтыри, а также 4 колокола – три для будущего храма в Якутске и один «на острог вестовой колокол», общим весом 31 пуд!

Якутский острог, куда летом 1646 года прибыл Пушкин, был уже третьим по счёту – после того как два предыдущих смыло наводнениями, казаки возвели укрепления на месте современного Якутска в долине реки Туймаада, где по легенде некогда жили прародители якутов. Новый воевода должен был прежде всего проверить ход строительных работ, царский «Наказ» предписывал Пушкину: «Рвы подкопати и надолбы поставити, и укрепити накрепко, чтобы в том остроге жить было бесстрашно ж… И государеву денежную казну и хлебные и всякие запасы, поставя в амбары, устроити и беречь от всякие порухи накрепко, и храм воздвугнути и освятити и книгами и всяким церковным строением устроити…»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})