Неожиданная Россия (СИ) - Волынец Алексей Николаевич

Одним из участников восточной экспедиции должен был стать его давний приятель – Александр Сергеевич Пушкин. Павел Шиллинг и величайший русский поэт были дружны на протяжении двух десятков лет. Ещё в 1814 году, занимаясь литографией, Шиллинг не удержался от «хулиганского» поступка – закончив тиражирование карт Франции для русской армии, он от руки написал и размножил литографическим способом стихи Василия Львовича Пушкина, известного в Москве и Петербурге сочинителя. Так появилась на свет первая рукопись на русском языке, размноженная путём технического копирования.

Василий Пушкин был родным дядей будущего величайшего поэта России. После победы над Наполеоном и возвращения в Россию именно он познакомил Павла Шиллинга со своим племянником, юным лицеистом Сашей Пушкиным. Именно дядя Василий подтолкнул будущего гения русской литературы к занятиям по стихосложению и оказал на него большое влияние, как на поэта. А знакомство Александра с Шиллингом переросло в долгую и крепкую дружбу.

Рисунок с профилем Павла Шиллинга, нарисованный А.С.Пушкиным в альбоме Е.Н.Ушаковой в ноябре 1829 года

Сохранился рисунок, на котором Александр Пушкин пером и тушью запечатлел профиль своего друга Павла Шиллинга. Пушкинисты, изучившие биографию великого поэта день за днём, постоянно отмечают их общение с Шиллингом. Гусар, изобретатель шифров и будущий создатель первого в мире телеграфа, был своим в обществе петербургских поэтов и литераторов. Например, «пушкиниана» отмечает, что 19 ноября 1818 года А.С. Пушкин и Павел Шиллинг в компании с поэтом В.А. Жуковским, поэтом и переводчиком «Илиады» Н.И. Гнедичем и историком А.И. Тургеневым ездили в Царское Село для проводов уезжавшего в Италию поэта К.Н. Батюшкова.

7 января 1830 года Пушкин обращается к шефу жандармов Бенкендорфу с просьбой зачислить его в экспедицию Шиллинга: «…я бы просил соизволения посетить Китай с отправляющимся туда посольством». К сожалению царь не включил поэта в список членов дипломатической миссии к границам Монголии и Китая, лишив потомков пушкинских стихов о Сибири и Дальнем Востоке. Сохранились лишь строфы, написанные велики поэтом о своём желании отправиться в дальний путь вместе с посольством Шиллинга:

Поедем, я готов; куда бы вы, друзья, Куда б ни вздумали, готов за вами я Повсюду следовать, надменной убегая: К подножию ль стены далекого Китая…

Отец русского востоковедения

Восточное посольство Шиллинга, стартовавшее в начале 1831 года, продолжалось около двух лет. Русско-китайская граница тогда еще была определена очень условно, Монголия входила в состав китайской империи Цин, а постоянных дипломатических отношений с Китаем у России еще не было. Поэтому миссии Шиллинга предстояло оценить влияние Пекина в далёком Забайкалье, изучить русско-китайскую торговлю и, как гласило царское предписание, «рассмотреть нужды по части вероисповедания ламаистов».

В многонациональной России тогда уже неплохо знали ислам и другие религии, но вот достаточных знаний о буддизме и «ламаизме», его монголо-тибетском варианте, в Петербурге еще не была. Для активной политики Российской империи на дальневосточных рубежах эти знания были крайне необходимы. И Павел Шиллинг занялся изучением буддизма, знакомясь как с древними текстами, так и с монгольскими религиозными авторитетами.

Благодаря своим личным качествам он сумел добиться удивительных успехов. По древней традиции у монгольских храмов сооружали специальные приспособления для молитв, «хурдэ» – внутри полого барабана помещались специальные таблички с текстами молитв и мантр. Считалось, что верующий буддист, повернув такой барабан, прочитывал все помещённые в нём молитвы. Монгольские священники-«ламы» дали обет разместить в каждом барабане сто миллионов мантр «Ом мани падме хум» – для каждого барабана требовалось минимум 400 тысяч табличек с надписями и рисунками.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шиллинг тут же предложил новую конструкцию барабанов-«хурдэ» и организовал литографическую мастерскую, в которой не только быстро изготавливал миллионы табличек с молитвами, но и копировал древние рукописи, собранные в Монголии и Тибете. Благодарные «ламы» сочли, что такое чудесное изобретение не мог сделать обычный человек – местные религиозные авторитеты признали Шиллинга «хубилганом», реинкарнацией одного из буддийских святых, которому суждено принести свет буддизма на Запад.

Всё это обеспечило успех дипломатической миссии – Шиллинг тщательно изучил ситуацию в Бурятии и Монголии, а также собрал фантастическую коллекцию буддийских рукописей. Весной 1832 года посольство Шиллинга возвратилось в Петербург, привезя с собой более 6 тысяч древних книг на китайском, монгольском, тибетском языках и санскрите. Так в Европу впервые попало полное собрание «Ганджура» – 3800 огромных листов полного буддийского канона.

Шиллинг организовал литографическое копирование наиболее уникальных рукописей. Ознакомившись с ними, европейские учёные долго не верили, что это сделанные русскими копии, а не созданные китайскими каллиграфами оригиналы. На несколько лет Павел Шиллинг стал главным авторитетом и учителем всех востоковедов Западной Европы.

Основателем российского научного китаеведения считается Никита Яковлевич Бичурин, он носил священнический сан и вошел в историю как «отец Иакинф». Основателем европейского научного монголоведения является Осип Михайлович Ковалевский. Но и Бичурин, и Ковалевский были друзьями и сотрудниками Павла Шиллинга в ходе его дипломатической миссии. Шиллинг не только работал с ними, но и помогла их научной деятельности и карьере, пользуясь своими обширными связями в высшем свете Петербурга.

Фактически, именно Павел Шиллинг стал отцом всего научного востоковедения в России, а тысячи томов собранной им уникальной коллекции дальневосточных рукописей стали основой Азиатского музея Императорской Академии Наук (ныне Институт восточных рукописей РАН). Однако, не библиографические редкости стали главным итогом посольства Шиллинга. Именно с его миссии начался интерес Петербурга к дальнейшему продвижению в Забайкалье – через четверть века это приведет к тому, что Россия окончательно утвердиться на берегах Амура.

Первый в мире практический телеграф

Весной 1832 года дальневосточное посольство Шиллинга возвратилось в Петербург, а уже пять месяцев, 9 октября состоялась первая демонстрация работы его телеграфного аппарата. До этого в Европе уже пытались создать устройства для передачи электрических сигналов на расстояние. Но до Шиллинга все подобные аппараты требовали отдельного провода, для передачи каждой буквы и знака – то есть 1 километр такого «телеграфа» требовал около 30 км проводов.

Телеграфный аппарат Павла Шиллинга

Изобретенный же Шиллингом аппарат использовал всего 2 провода – это была первая рабочая модель телеграфа, которую можно было применять не только для опытов, но и на практике. Передача данных осуществлялась разными сочетаниями восьми чёрных и белых клавиш, а приёмник состоял из двух стрелок, переданные по проводам сигналы отображались их расположением относительно чёрно-белого диска. Фактически, Шиллинг первым в мире использовал двоичный код, на основе которого сегодня работает вся цифровая и компьютерная техника.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Первые опыты и работы над телеграфом велись прямо на квартире Павла Шиллинга, которая располагалась в Петербурге по адресу: Марсово Поле, дом 7. Невиданное ранее средство мгновенной передачи информации заинтересовало весь высший свет Российской империи. На рождественские праздники в гости к изобретателю приехал сам царь Николай I и собственноручно отправил телеграмму: «Я очень рад был посетить господина Шиллинга».