Странник - Тимур Толибаев

Саян: Да, это будет означать, что ты выражаешь ко мне уважение или благодарность.

Ади: Этот жест ведь известен нам обоим?

Саян: Безусловно.

Ади: Я заметил, что понимание между двумя людьми происходит тогда, когда между ними есть общие знания или представления о чём-либо.

Саян: Именно так. Понимание зиждется на чём-то общем. Оно не может возникнуть между теми, кто не имеет ничего общего.

Ади: Это я усвоил. А вот скажи мне, пожалуйста, Саян, понимание — это благо?

Саян: Иначе и быть не может. Благодаря пониманию люди могут совместно строить дома, передавать друг другу знания, и в конце концов, наслаждаться общением. Все войны, все раздоры, все конфликты берут начало из непонимания или недопонимания.

Ади: Выходит, если все люди в мире будут понимать друг друга, то наступит мир?

Саян: Да, наступит мир в том плане, что прекратятся убийства и прочее насилие. Исчезнут конфликты, но останется соперничество.

Ади: А разве конфликт не то же самое, что и соперничество?

Саян: Эти понятия схожи, но между ними есть коренное отличие. Конфликт основан на искренней неприязни к другому. Соперничество же — это имитация конфликта, это игра. Соперничая, человек пытается одолеть противника в рамках каких-то правил. Он не пытается покалечить или убить его. Наоборот, он ценит его как своего оппонента, с которым он ведёт некую игру.

Ади: Так что же? Соперничество — это благо, а конфликт — это зло?

Саян: Именно так. Конфликт возникает из непонимания. Соперничество же наоборот — из понимания. Понимания правил некой игры, в которой участвуют эти соперники, или, точнее сказать, конкуренты.

Ади: Правильно ли я тебя понимаю, что соперничество — это часть игры, и чтобы играть в эту игру, нужно знать её правила. И то, что эти правила известны всем игрокам, как никогда лучше олицетворяет их взаимопонимание.

Саян: Лучше и не скажешь, Ади.

Ади: Скажи же, Саян, что мешает всем людям мира понимать друг друга?

Саян: Главным образом то, что средства коммуникации между людьми несовершенны.

Ади: Что ты имеешь в виду?

Саян: Ведь те слова, те жесты, которые мы с тобой используем при общении не могут в точности передать наши чувства и идеи. Мы стараемся максимально сделать так, чтобы другой человек нас понял, дополняя нашу речь примерами, метафорами, сравнениями. Но полностью сложную мысль донести невозможно. Но что хорошо — со временем качество средств коммуникации совершенствуется. Раньше, в древние времена, люди общались, используя элементарный набор слов и рисовали крайне примитивно. Сегодня каждый день рождаются новые термины, предназначенные для более точного описания предметов, чувств, идей. Да и картины сегодня пишутся крайне реалистичными. И это качество будет продолжать расти, пока не вымрет человечество. Заметь, в древности люди намного больше воевали, было больше конфликтов. Сегодня, благодаря тому, что люди лучше научились понимать друг друга, войн меньше, но они есть.

Ади: Из этого следует, что и полного понимания достичь нельзя. И, выходит, добиться идеального мира и согласия никогда не удастся.

Саян: Именно так, Ади. Ты правильно меня понял. Понимание — это то, к чему нам следует стремиться, но в полной мере мы его никогда не достигнем.

* * *

И вдруг он понял, что жить он, в общем-то, и не умеет вовсе. И стал он ведаться ко всем тем, кто его когда-то поучал. А он им когда-то противился, даже оскорблял. Но это было в прошлом. Теперь он каялся, просил у них прощения, что не слушал их советов. Все поначалу удивлялись. Ну как, мол, такой самоуверенный, эгоцентричный мерзавец мог так резко поменять своё мнение о себе? Почувствовав свою значимость, они начали с важным лицом его выслушивать, понимающе похлопывая его по плечу.

«Ты был на неверном пути. Теперь ты осознал свои ошибки. И мы тебя прощаем».

Он был рад, что они от него не отвернулись, а наоборот, простили и приняли. «Учитель» — так теперь он называл каждого из них.

Прошло три года. С тех пор он ни с кем не конфликтовал. Выслушивал каждого, кто критиковал его. Бывало даже, что проходившие мимо плевали ему в лицо, или на одежду. Он к тому времени уже прославился на всю деревню как «мудрый слабак». Многие смеялись над ним, у других он вызывал жалость. Ему хоть и от всего этого было больно на душе, но он искренне считал, что лучше уж быть таким, чем тем паршивым, высокомерным подлецом, каким он был раньше.

Спутницы жизни у него не было. Потому что никакая женщина не хотела выходить замуж за это посмешище. «Он хоть и посмешище, но он доброе посмешище», — в шутку оправдывали его некоторые.

Так и продолжал он жить в каморке у одного трактирщика, который согласился его приютить. «Жалко его. Много не ест, не шумит, грязь не разводит. Да и иногда рассказывает интересные истории из жизни», — объяснял своё решение трактирщик своим друзьям.

Однажды заболел он. Да так, что из каморки даже не выходил. Возле входа в каморку ставили еду, воду, но он ничего не брал. Через некоторое время он умер.

Конец.

Мини-эссе

Хотел бы рассказать о своей первой школьной драке. А точнее, это была не драка, а «обмен ударами»:)

Итак, я в первом классе, 2004 год. Урок физкультуры. Был у нас в первом «Б» такой большой, сильный мальчик богатырского телосложения, звали его Ваня. Не сказать, что он был драчуном, я бы даже не сказал, что он имел хулиганистый характер. Но если его разозлить, то ясное дело, мало не покажется. Так вот, урок физкультуры. Играем мы, значит, в вышибалы. Учитель куда-то отошёл на пять минут. И за эти пять минут среди нас, первоклашек, успел создаться хаос, детки бегали по залу и бесились, а некоторые продолжали играть в вышибалы, без предводительства физрука. В числе последних был и я. Вроде нормально играем, как вдруг к нам подбегает Ваня и отбирает у нас мяч и начинает просто сам с ним играться. Мы стоим и смотрим на него в шоке. Но логику Вани, в принципе, тоже можно понять — ведь в спортзале хаос, учителя нет, а значит, каждый выживает как хочет, включается закон джунглей. Я подхожу к Ване и, как воспитанный, культурный человек, начинаю выпрашивать у него мячик обратно. Он будто не слышит. Тогда я к нему подхожу в упор и кричу в лицо: «Отдай мячик!». Он вдруг замер, медленно взглянул на меня, чуток