Леонид Родин - Пять недель в Южной Америке

И «пекеньо» начал борьбу, но не с нищетой, а с нищими: просящих подаяние арестовывают и сажают в тюрьмы. Нищим запрещено собирать милостыню на цен-тральных улицах и в общественных местах. Но это не уменьшило числа бедняков и количество нищих про-должало расти. Тогда франкистские власти решили предпринять более радикальные меры: решено освободиться от безработных и разоренных ремесленников и крестьян. В феврале 1950 года была заключена испано-аргентинская конвенция о поставке миллиона испанцев для заселения трудно осваиваемых и нездоровых районов Аргентины.

Это-один из результатов «американской помощи» Испании по плану Маршалла.

Под вечер недалеко от судна видели двух китов. Это — болыпая редкость в таких широтах и так близко от материка.

В течение дня несколько раз шел дождь. Днем было 21°, а утром и вечером всего только 16°. При встречном ветре на палубе нельзя быть без пальто.

Бискайский залив встретил нас туманами.

13 июля. Вторые сутки идем в тумане, часто сбавляя ход и давая гудки.

Около 10 часов утра вошли в Английский канал, тоже в тумане при полном штиле.

14 июля. Стояли всю ночь из-за густейшего тумана. С разных направлений были слышны гудки и удары в рынду нескольких судов.

После 9 часов утра туман неожиданно быстро рас-сеялся, и мы, в пределах очень недалекой видимости, насчитали вокруг свыше 30 судов, пережидавших туман. как и мы.

Днем прошли Дувр и Кале в условиях плохой видимости.

14 июля закончился наш безостановочный рейс, мы прибыли в Роттердам, где «Грибоедов» стал на разгрузку. Мы же по приглашению советского посольства в Голландии получили возможность в течение четырех дней ознакомиться с этой маленькой, но империалистической страной.

Голландия, опутанная долговыми обязательствами за полученные из США доллары, шлет корабль за кораблем со своими войсками, вооруженными американскими пуле-метами, пушками и танками, в колонии на островах Малайского архипелага, народы которых восстали против векового рабства.

Голландцы старательно сохраняют пряничный облик своих кирпично-черепичных «голландских» домиков, и не-сколько ветряных мельниц шестую сотню лет мелют зерно, привозимое из-за океана.

Прошло еще несколько дней, и вот мы уже в наших, советских, водах Балтики.

Каждый день мы встречаем советские корабли и обмениваемся с ними приветственными гудками. Так приятно и радостно читать их имена и порт приписки: Ленинград. Одесса. Севастополь. Мурманск. Владивосток.

Балтийское море мы прошли при абсолютном штиле и ярком солнечном небе. К ночи мы подошли к героическому городу-крепости — Кронштадту.

Это было 27 июля-в праздничный День морского флота. На кораблях Краснознаменного Балтийского флота, в заревых отсветах белой ночи и прожекторов, реяли флаги расцвечивания. Украшен был флагами и «Грибоедов», ставший на якорь на рейде.

Давно окончился ужин и миновал уже час отбоя, но все еще слышны шаги на железной палубе, и группы Товарищей собираются то на баке, то на ботдеке и вглядываются вдаль, где на горизонте мерцают огни великого и родного города.

Дельцы-содержатели отелей, баров, ресторанов — делают из своих городов приманку для пресыщенных иностранцев. Труд миллионов простых рабочих людей, вложенный в создание этих городов, алчные до наживы бизнесмены используют как рекламу для роста своих барышей: в Рио они рекламируют пляж и «дорогу цветов», в Монтевидео зазывают в свои казино, в Амстердаме привлекают 600-летними мельницами и старинными каналами…

Нашему городу не нужна реклама. Его знают все.

Миллионы, сотни миллионов сердец простых людей во всех странах с тревогой и любовью тянулись к нему, следили за каждым днем его героической осады и благодарны ему за подвиг и жертву, совершенные на благо человечества.

Никогда еще не видел я Ленинграда с моря от Кронштадта. То ли поэтому, то ли еще что-то гнало от меня сон, но на заре я был уже на палубе.

Над морем носились белоснежные чайки и ловко па-дали в воду, с криком унося добытую рыбешку, сверкавшую серебряной чешуей в лазоревом воздухе.

Легкая зыбь чуть дрожала на воде возле корабля, а дальше зеркальная поверхность отражала переливы красок лучей восходящего солнца.

Далеко, скрываемый водной гладью и уходя под горизонт, высился грандиозный червонного золота купол Исаакия, стрелой упирался в небо стройный Петропавловский шпиль, и нежно-золотая, как будто умытая утренней росой, сияла Адмиралтейская игла…

Вот он передо мной, родной, любимый Ленинград, драгоценная частица моей Отчизны, город, имя которого знает весь мир.

Послесловие к первому изданию

При составлении этого очерка автор не имел возможности дать географическое описание посещенных стран, что потребовало бы полного использования обширной русской и иностранной научной литературы со ссылкой на соответствующие источники.

Автор — полевой, экспедиционный работник, его оружие — глаз и наблюдательность, и книга эта в основном построена на полевых наблюдениях и впечатлениях. Из 35 дней, проведенных на материке Южной Америки, лишь часть времени автору удалось посвятить полевым исследованиям, и поэтому он заранее принимает упрек в скудости своих наблюдений. Кроме того, автор — ботаник и географ, и это, несомненно, отразилось в книге на большом внимании к растениям и растительности, как одной из наиболее замечательных сторон тропической природы.

Материалы Бразильской экспедиции еще ждут обработки. Наша страна и ее природные богатства в первую очередь влекут советских ученых, и автор в 1948 г. участвовал в экспедиции в Кзылкумы и на Памир, а в текущем году уже совершил поездку на Ергени и в данный момент готовится к отъезду в Заволжье как участник величайшего — Сталинского — плана переделки природы засушливого Юго-востока.

Эту книжку автор рассматривает как предварительный отчет о своем путешествии 1947 года и будет с благодарностью принимать все критические замечания и пожелания, которые просит направлять в Географгиз (Москва, Орликов пер., 3) или в Ботанический институт имени акад. В. Л. Комарова Академии наук СССР (Ленинград, 22, ул. профессора Попова, 2).

15 августа 1949 г.

Словарь местных названий растений, плодов, а также некоторых специальных слов

Абакатти (abacatti, португ.), или авокадо, — Persea gratissima из семейства лавровых (Lauraceae).

Авенида (avenida, испанск.) — проспект.

Авокадо — см. абакатти.

Агава — род Agava из семейства амариллисовых (AmariIli daceae).