Мелинда Бланчард - Карибы. Ресторанчик под пальмами

— Здесь по-прежнему никто никуда не торопится, — произнесла я. — Ничего тут не изменилось.

Впрочем, я была неправа. С вершины холма Саут-Хилл я окинула взглядом безмятежную бухточку, в которой некогда находился Сэнди-Айленд. Он пропал.

Ни белого песка, ни поросли пальм. Крошечный островок полностью погрузился под воду.

— Все говорят, что Сэнди-Айленд еще всплывет, — успокоил меня Боб. — И вообще, нам повезло, что никто не пострадал. Причем некоторым по чистой случайности. Одна женщина спряталась в туалете. Просидела там целые сутки. У нее в доме ветром вынесло все окна, так что туалет оказался единственным безопасным местом.

Я видела, как повсюду налаживается жизнь. Мужчины, вооружившись кто бензопилами, кто мачете, убирали поваленные деревья. Люди снимали фанеру, которой забили перед штормом окна. Подрулив к магазинчику Кристины, чтобы купить себе попить чего-нибудь холодненького, мы обнаружили, что у нее во дворике под тамариндом вовсю играют в домино. Сам тамаринд, лишившись листвы, казался голым. Но Кристина ничуть не изменилась и была все такой же веселой.

— Миссис Бланчард, как я рада вас видеть! Я слышала, что случилось с вашим рестораном и очень вам сочувствую. — Она вышла из-за прилавка и мы заключили друг друга в крепкие объятия.

— Главное, что на Ангилье все живы и здоровы, — ответила я, — а ресторан — его можно отстроить заново.

Когда мы проезжали мимо дома Лоуэлла, его мать как раз развешивала на веревке белье.

— Здрасьте, здрасьте, — улыбнувшись, помахала она нам рукой.

Мы выехали на вершину холма, и перед нами раскинулась бухта Лонг-Бэй. Из окон нашей квартиры по-прежнему открывался потрясающий вид. Боб успел навести порядок, но внутри все еще пахло сыростью, а с ножек столов и стульев слезла краска, поскольку они стояли в воде.

Открыв дверь на балкон, я ступила в тень, на терракотовый пол. Голыми ступнями ног я почувствовала, какой он гладкий и прохладный. Я устремила взгляд на берег, о который разбивались волны. Боб разгрузил багаж и присоединился ко мне.

— Все-таки хорошо, что мы сюда переехали, — промолвил он. — Представляешь, какой был бы кошмар, останься мы рядом с заправкой.

— А как теперь мыться? Как ты принимаешь душ? — спросила я, в глубине души страшась услышать ответ.

— У меня для тебя есть сюрприз, — улыбнулся Боб, — пошли кое-чего покажу.

Мы спустились во двор. Муж поднял покрывало из пластика, и я увидела перед собой новенький генератор фирмы «Хонда». Точно такой же стоял у нас в ресторанчике. Боб повернул ключ, дернул стартер, и генератор заревел, пробуждаясь к жизни.

— Он подает электричество на всю квартиру. Его на все хватает — и на водонагреватель, и на насос, и на свет, — с гордостью произнес Боб. — Я его купил на Сан-Мартине. Власти Ангильи после шторма временно отменили таможенные пошлины на генераторы. Так что я сэкономил двадцать пять процентов от его стоимости. Единственная проблема — горючее сложно достать. Пока не хватает, впрочем, это не беда. К нам уже идет танкер — он должен прибыть со дня на день. А в ресторане у меня целых шесть полных бидонов.

— Это здорово, — согласилась я. — И ведь молчал! Ни слова мне не сказал. Поверить не могу. Ладно, у меня для тебя тоже есть сюрприз! — и я достала журнал «Уайн спектейтор». Боб открыл его на странице, которую я отметила, и увидел, что в список заведений, удостоившихся весьма престижной награды данного издания вошел и наш ресторан.

— Я просто глазам своим не верю, — сказал муж, — ты только посмотри, кроме нас на Карибах награду получили всего лишь пять ресторанов.

— Журнал я купила пару недель назад. Просто мне хотелось сделать тебе сюрприз.

— К счастью, удалось спасти винную кладовую. Спасибо Клинтону Шебби и Лоуэллу, — сказал Боб.

— Я уже просто места себе от нетерпения не нахожу, — призналась я. — Поехали скорее к нам в ресторан.

— Ты уверена, что хочешь это видеть? Зрелище жутковатое.

— Поехали, — повторила я.

Мы подъехали к ресторанчику, вышли из машины и направились к тому месту, где некогда находился фасад здания. Я знала, что увижу — я ведь заказывала стройматериалы для ремонта, приобрела целый контейнер рассады. Впрочем, как я уже отмечала, одно дело слушать чьи-то рассказы, а совсем другое — увидеть всю воочию. И, признаться, я испытала настоящий шок. Все было так, как описывал Боб. Белые фонтаны почернели от грязи, от сада осталось одно воспоминание, а обеденный зал просто исчез.

Клинтон и Шебби работали лопатами — грузили мусор в тачку. Я подбежала к ним, и мы обнялись.

— Как у вас, ребята, дела? — спросила я.

— У нас все типа круто, Мэл, — осклабившись, ответил Клинтон, — отстроим ресторанчик лучше прежнего. Ты не волнуйся. Ваше никаких проблем не будет.

— «Льюис» порезвился тут в свое удовольствие. Слишком много ветра надуло, — добавил Лоуэлл. — Ниче, мы ему покажем, Ангилью так просто не сломишь. Здесь не Сент-Томас. Я слыхал, что и там, и ваще на остальных островах даже еще к ремонту толком не приступили. Ждут от властей помощи. Нет, мистер «Льюис», мы не такие. Нас так просто не испугаешь.

Я отвела взгляд, чтобы Лоуэлл и Клинтон не заметили выступивших на глазах слез, и увидела бугенвиллию, в которой вроде бы не должно было остаться ни капли жизни. И тем не менее на ней набухали зеленые почки. Я поняла, что Клинтон прав: «Ваще никаких проблем не будет».

Я снова заключила Лоуэлла и Клинтона в объятия, после чего отправилась осматривать кухню. Все было на месте, но от былого блеска не осталось и следа. Столы из нержавеющей стали были покрыты слоем грязи, пол сантиметров на десять залит водой, а потолок залеплен песком. Мы с Бобом отправились по тропинке на пляж, пройдясь в тени того, что осталось от большой эфедры. К кустам, оставив на песке причудливый след, шмыгнула ящерица, и это напомнило мне о тех жарких солнечных днях в Мидс-Бэй, что стояли год назад. Мы тогда сидели под синим пляжным зонтом, смотрели, как в тени мечутся ящерки, и строили планы о том, как откроем здесь ресторан.

А сейчас мы стояли на пляже, и ласковый прибой стирал следы, которые мы оставляли на песке. Набежала волна, достав нам до коленок. Мы замерли, завороженные безмятежной картиной. Океан был совершенно спокоен и практически недвижим. С запада дул легкий ветерок.

— Как здесь тихо, — проговорила я. — Кажется невероятным, что совсем недавно тут бушевала буря.

Однако стоило взглянуть направо, и нам тут же открылась картина опустошения. «Льюис» не пощадил «Каримар-Бич клаб». Ураган унес весь песок, и теперь волны бились прямо о ступеньки.