Александр Донец - Англия изнутри: записки нелегала

— Кем вы работали в своей стране?

— На стройке, на кухне, в охране.

— У меня есть отличное место, в кафе, поваром.

— У меня не очень хороший английский, к тому же поваром.

— Английский у вас нормальный, место там хорошее, научат, и платить будут больше. Китчен портер получает 3 фунта в час, а повар 4,30 это сначала, а в дальнейшем есть возможность получать 5–6 фунтов. Хотя я не заставляю, выбор за вами.

— Давайте на повара, — согласился я.

Получив адрес, я вышел из джоб центра, все оказалось намного проще, чем я думал.

Питер уже ушел и поэтому я направился в кафе, где мне предстояло работать. Самое интересное, что оно тоже располагалось в 20 минутах от нашего дома.

Кафе было встроено в здание и располагалось на первом этаже, по размерам оно было небольшое, всего квадратов 40.

Я подошел к бармену.

— Здравствуйте, — сказал я, — я пришел из джоб центра по поводу работы поваром.

Ко мне повернулась лицом полноватая девушка, сидевшая около кассового аппарата.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Алекс.

— Меня Сильвия, я здесь администратор, у тебя есть опыт работы?

— Да, — уверенно ответил я.

— Сколько?

— Два года поваром, — соврал я.

— Ты откуда?

— Из Украины.

Мы зашли на кухню, там сбоку стояла посудомоечная машина, сразу передо мной стеллаж, в углу холодильники.

— Это Алекс, — сказала Сильвия стоявшей там девушке в белом халате.

— Джени, — ответила повар, что-то готовя.

— Завтра придешь в час, будет Жан, он тебе покажет, что надо делать. А после завтра в час выходишь на работу, понял?

— Да.

— Тогда до завтра.

Когда я вернулся, Питер сидел на кровати и зубрил английский, при виде меня он отложил учебник в сторону.

— Ну, как? — спросил он.

— Завтра в час выхожу работать поваром в кафе, один день поучусь, а послезавтра выхожу на работу.

— Что платят?

— В джоб центре сказали 4,30 в час.

— А в кафе?

— Ничего не сказали. Что у тебя?

— Был на фирме, завтра тоже приступаю, они занимаются консультациями и моя задача стоять у дверей и посылать их в нужном направлении.

— Нормальная работа и что платят?

— Три фунта в час.

Договоренности такой не было, но каждый питался сам по себе, это было удобно, а главное бесконфликтно. У Питера были свои предпочтения, у меня свои. К тому же Питер почти ничего не покупал, кроме хлеба и овощей. Сколько он взял их с собой я не знаю, но консервов у него было очень много.

Я пошел на кухню и поджарил куриные ножки с макаронами, выложил еду себе на большую тарелку, взятую из общей посуды и, пройдя зал, мимо цыгана, его жены и 2 детей направился в свою комнату.

Приправив приготовленную еду соусом, я ее съел, не обращая внимание на то, что за дверью, цыган что-то высказывал своей жене, чуть повысив голос.

Помыв тарелку, я поставил ее обратно и вернулся к себе.

Делать было нечего, учить мне ничего не хотелось, я начал доставать Питера.

— Ты в Польше учишься?

— Нет, уже окончил университет, — ответил Питер, продолжая читать учебник.

— Работал?

— Немного на фирме, но платили мало.

— Мало, это сколько?

Питер вздохнул, беседовать ему явно не хотелось, но украинец попался дотошный и он, как культурный человек, был обязан отвечать. Отложив учебник в сторону, Питер произнес:

— Где-то 350 долларов в месяц.

— Хе, — усмехнулся я, — ничего себе мало.

— У нас это мало, жизнь дорогая, квартиры стоят больших денег, работа высокооплачиваемая занята. Даже 500 долларов для нас это не деньги, людям не хватает, заплати за квартиру, продукты питания…

— Все как у нас.

— У вас еще хуже.

— Ты откуда знаешь?

— Поляки в Украину не едут зарабатывать, а украинцев в Польше полно.

— А Поляки куда едут?

— В Германию, Англию, в европейские страны.

— У тебя девушка есть?

— Да.

— Чего ее не взял с собой?

— Она уехала в Америку, мы попрощались, и после этого я поехал в Англию.

— Почему не вместе?

— Она от университета, там специальная программа, едет в американскую семью няней, на год. Смотрит за детьми, за это семья оплачивает ей проживание и обучение в американской школе.

— Только на год, или больше?

Он сделал паузу.

— Может, и больше, если у нее получиться, она в Польшу уже не вернется.

— А как же ты?

— За год будет видно, может получиться к ней поехать, может, она вернется через год, а может и не вернется.

— Не боишься, что бросит? Америка, год в разлуке. Вдруг ты кого найдешь?

— Мы много лет вместе были, — резко ответил Питер, — я никого искать не собираюсь, ну а если найдет кого… ну так…

— Да ладно, — успокоил его я, — может и не найдет.

— Я ей верю, мы обещали ждать друг друга, по крайней мере, я ее не предам. А у тебя есть девушка?

— Да, только у нас не все так просто, сел на автобус и поехал, нужно много денег, да еще на границе могут не пустить.

— Так она приедет?

— Мне бы хотелось.

— Сколько стоило тебе приехать сюда?

— 1000 долларов с билетом.

— Ничего себе, а средний заработок у вас?

— Ну, если тебе работать на поездку в Англию около 2 месяцев, то мне 14.

Питер покачал головой.

— Кошмар.

— Так я еще не много заплатил, есть украинцы, которые платят в два три раза дороже. Это зависит от места проживания.

— Откуда у вас такие деньги?

— Хороший вопрос, есть люди, у которых занимаешь, а потом нужно отдавать.

— Мне проще, если я в течении месяца не найду хорошую работу благодаря которой смогу жить здесь и учиться, я сяду на автобус и поеду домой. Из денег я потеряю лишь те, что заработал в Германии. А ты должен?

— Да.

— Тебе срочно нужна работа, а в школе ты будешь учиться?

— Постараюсь, английский мне тоже нужен.

— Но в основном ты здесь из-за заработка?

— Да, — ответил я, понимая, что, возможно, не стоило с Питером, которого я почти не знал, разговаривать столь откровенно, — а ты?

— Нужен английский, да и заработать не прочь, хотя бы вернуть те деньги, которые у меня были до приезда сюда. Как только ты определишься, твоя девушка приедет к тебе?

— Если ей визу откроют.

В этот день в школе учитель английского рассказывала о том, что англичане, когда идут в гости после этого составляют своего рода благодарственное письмо, в котором хвалят хозяев за отличный прием, даже если имело место обратное. Таков у них обычай и учитель стала спрашивать нас об этом, но все отвечали, что никто так больше не делает.