Душан Збавитель - Одно жаркое индийское лето

Спутник должен выполнить ряд чрезвычайно важных заданий. Впервые в истории он позволит получить точное и полное представление о возделываемой и невозделываемой почве в Индии. Ученые ждут от него серьезной помощи при разработке стратегических планов борьбы с песчаными бурями, которые ежегодно ставят под угрозу урожай на искусственно орошаемых землях Раджастхана.

Он даст точную и объективную картину урожая по всей стране и поможет предупреждать распространение болезней злаковых культур, как только они возникнут в каком-либо из уголков Индии. Спутник обнаружит все изменения в окраске речных вод, возникшие от осадков, откроет новые подземные источники и поможет в планировании новых речных плотин.

Спутник поможет составить карту всех лесных богатств Индии и уточнить потребность в защитных мерах всюду, где возникнет серьезная угроза сохранности деревьев; будет предупреждать о слишком интенсивном таянии снегов в Гималаях, которое часто приводит к разрушительным наводнениям; отметит теплые течения в Индийском океане и поможет в поисках больших косяков рыбы. И наконец, будет служить геологам при поисках неизвестных источников нефти, еще наверняка таящихся под землей.

Давно уже Индия построила свою первую атомную электростанцию и провела в пустыне Тар мирное испытание своего первого ядерного устройства. Очевидно, это была наиболее эффективная демонстрация зрелости индийской науки и техники.

Я разговаривал на эту тему со знакомым индийцем-физиком. Он сказал:

— Знаю, что людям в Европе и Америке это в какой-то степени кажется игрой — мы расщепляем атомы, но еще не сумели построить достаточного количества фабрик по производству искусственных удобрений или металлообрабатывающих станков. Однако индийцы должны идти в ногу со временем во всех отраслях науки и техники. Цивилизация развивается столь стремительно, что малейшее опоздание наверстывается с величайшим трудом. В XXI столетие нас никто не перенесет на своей спине.

Значительно сильнее, чем когда-либо прежде, почувствовал я на сей раз в Индии, что вопреки всем бесчисленным и при индийских масштабах, казалось бы, непреодолимым трудностям, внутренним противоречиям и раздорам, вопреки все еще преобладающему отставанию этот колосс неудержимо движется вперед и уже в пути упорно пытается залечивать старые недуги, но одновременно создает предпосылки для достижения целей далекого будущего. И особенно радует, что и то и другое этой гигантской стране удивительно удается.

Еще двадцать лет назад «европейские» магазины на Чауринги были выставкой импортного (нередко и контрабандного) товара. Обладая каплей терпения и большими деньгами, вы могли приобрести здесь все что угодно — западногерманские лекарства и батарейки, английскую шерстяную ткань, швейцарские часы, японские транзисторы и игрушки, — но за цены, совершенно недоступные большинству жителей Индии. А сегодня?

На Парк-Стрит недавно открыли новый большой магазин часов. Индийских часов. По заверениям многих, это часы отличного качества. Когда я заболел, подхватив желудочную инфекцию, врач выписал мне три лекарства. Все они были индийского производства, очень дешевые и мгновенно помогли. Проблему — кипятить или не кипятить питьевую воду — разрешил простой фильтр за несколько рупий, насадишь его на водопроводный кран, и воду можно тут же пить. Это индийское изобретение и индийское производство. Опускаемый в воду электрокипятильник за двенадцать рупий тоже производит какая-то индийская фабрика. Индийского происхождения были и бесчисленные транзисторы, с которыми я так часто встречался в деревнях, и джип, который возил нас по мединипурской округе, и мотоциклы, и мотороллеры, все чаще помогающие людям преодолевать большие расстояния. И разумеется, электрические вентиляторы и высококачественные кондиционеры, велосипеды и электровозы, магнитофоны, диапроекторы, фотоаппараты и бог знает что еще. Трудно найти более убедительное доказательство того, что Индия не хочет полностью зависеть от импорта ни в одной отрасли, в которой может обеспечить свое все более требовательное население собственной продукцией.

Когда после двухчасового ожидания в калькуттском аэропорту нас наконец пустили в самолет, я оказался рядом с симпатичным молодым человеком, который, к большой моей радости, был служащим лесничества в Шундорбонском заповеднике. Пожалуй, это последнее белое пятно на моей личной карте Западной Бенгалии. Хотя Шундорбон и расположен довольно близко от Калькутты, мне еще ни разу не удалось побывать там. Запланированное в этом году посещение заповедника сорвалось из-за жары и моей болезни.

Шундорбон, или «Красивый лес», покрывает дельту Ганга в Западной Бенгалии и в соседней с ней Бангладеш. Это один из почти тридцати национальных парков и заповедников в Республике Индия, где находятся под охраной некоторые редкие виды животных и птиц. Шундорбонской гордостью является прежде всего тигр, некогда столь бездумно истреблявшийся, поскольку махараджи, колонизаторы и богатые заграничные туристы считали его самым ценным трофеем. Ныне тигров в Индии охраняют, как и ряд других животных, которые без этого вряд ли смогли бы выжить. Результаты обнадеживают. Так, например, в заповеднике Канха в Мадхья-Прадеше, в сердце Индийского субконтинента, число тигров с 1972 года до наших дней возросло с 40 до 61, а количество антилоп-читалов — с шести до пятнадцати тысяч.

Два часа полета за беседой промелькнули быстро? и ровно в полночь я уже покидал аэробус на аэродроме в Дели, чтобы дождаться здесь самолета, который доставит меня в Европу. Жара тут стояла, после того как ее пик переместился с востока в эти края, значительно большая, чем в Калькутте, а всякого сидящего в ресторане на втором этаже аэропорта еще осаждали тучи всевозможнейших насекомых. И все же пора ожидания, сокращенная за счет опоздания калькуттского аэробуса, кое-как миновала. Толпа желающих лететь во Франкфурт и Лондон наконец двинулась в помещение, где ее ожидал весьма строгий личный досмотр: каждого пассажира старательно ощупывал бородатый солдат-сикх, а следующий, просматривая содержимое портфеля, заглядывал даже в футляр для электробритвы. Дело в том, что как раз несколько дней назад в Азии появилась новая угроза авиатранспорту — ультралевая японская террористическая группа.

Без особой радости мне пришлось пройти такой осмотр дважды. Когда я уже был за «транзитной» перегородкой, голос по радио пригласил господина… далее следовала какая-то несусветная тарабарщина, первая часть которой могла иметь нечто общее с моим именем в своеобразном индийском искажении… из Чехословакии, летящего из Дели во Франкфурт, подойти к окошку оформления билетов и сдачи багажа компании «Эйр Индиа». Я рассудил, что на этой трассе сегодня явно нет иного чеха, и потому мне не оставалось ничего иного, как вернуться в помещение, где мы были перед проверкой, а затем еще раз подвергнуться тщательному осмотру.