Тим Северин - Путешествие на "Брендане"

Было очевидно, что исландским официальным лицам доставляет удовольствие поворачивать закон на благо "Брендану". Ободряющий факт, и нам очень повезло, что во главе исландской береговой охраны стоял доброжелательный и учтивый офицер — Петур Сигурдссон. Он серьезно изучал море и историю мореходства и уже много лет интересовался судами ирландских монахов. Теперь подчиненная ему береговая охрана оказывала нам всевозможную помощь. "Брендану" было отведено место у одного из их причалов со складов той же организации мы получили якорь получше нашего, перлини, запасной автомобильный аккумулятор для рации и упаковку с жиром, чтобы укрощать волны во время шторма.

— Мало ли что, вдруг пригодится, — сказал мне коммандер Беренд Свейнссон, которому было поручено непосредственно проследить, чтобы "Брендан" снабдили всем необходимым. — Наши спасательные катера обычно берут с собой жир, может, и впрямь выручит в случае шторма.

Когда я вернулся с этой упаковкой на "Брендан", Трондур одобрительно кивнул. — Это хорошо, — заявил он. — Рыбий жир хорошо, но еще лучше китовый.

На другой день Трондур приволок канистру китового жира, добытую на китобойной базе за городом. И правильно сделал: жир очень пригодился нам впоследствии, когда "Брендан" сражался с гренландскими штормами.

— Если мы можем еще чем-нибудь помочь, не стесняйтесь, дайте знать, — объявил Петур Сигурдссон, когда я пришел в штаб береговой охраны, чтобы поблагодарить его.

В диспетчерской мое внимание привлек большой контрольный экран, на котором отмечалось передвижение сторожевых кораблей. Пунктирная линия, обозначающая путь "Брендана" на подходах к Исландии, еще не была стерта. Около каждого полуденного места искусной рукой был нарисован крохотный "Брендан", а там, где мы попали в сильное волнение, над лодкой грозно нависали огромные волны.

— Как-только вы вошли в исландские воды, мы начали следить за вами… на всякий случай, — спокойно произнес Петур.

— Еще раз спасибо

Но чего исландцы не могли сделать, так изменить погоду в нашу пользу. За неделю мы пополнили запасы продовольствия и были готовы снова выходить в море курсом на Гренландию. Однако погода настроилась против нас. Три недели день за днем дул сильный ветер с юго-запада — как раз оттуда, куда мы хотели идти. Три недели ждали мы в гавани, и каждый день я отправлялся под вечер на метеостанцию, чтобы ознакомиться с синоптической картой. Каждый вечер один и тот же прогноз: западные и юго-западные ветры, от сильных до крепких. Чтобы умерить наше нетерпение, Петур устроил мне и Джорджу вылазку на самолете береговой охраны, осуществляющем ледовую разведку у берегов Гренландии.

Летя на запад на высоте ста метров с хвостиком, я пристально изучал Гренландское море. Картина была неутешительная. Продолжительные юго-западные ветры нагнали длинные волны, и море до самого горизонта было расписано белыми барашками. Тусклый серо зеленый цвет холодных, негостеприимных вод наводил уныние на мили кругом было совершенно пусто. На предстоящем пути "Брендана" — ни паромов, ни грузовых судов, даже рыболовных судов не видно. Вместо этого примерно в ста милях от гренландского побережья мы увидели льды: широкая полоса пака окаймляла берег, простираясь на север к полюсу. Рядом с нелюдимым морем лед выглядел с воздуха чистым и привлекательным. Однако по линии их встречи качались и вертелись огромные льдины, и сверкающая белизной поверхность сразу приобретала недобрый сине-зеленый оттенок, когда их захлестывали волны. Да, сюда средневековой кожаной лодке лучше не заходить…

Когда самолет возвратился в Рейкьявик, я принял решение: разумнее будет оставить лодку на зиму в Исландии и продолжить плавание следующей весной. Очень уж опасно в это время года идти на запад пока мы доберемся до мыса Фарвель — южной оконечности Гренландии, станет вполне реальной угроза потопления "Брендана" осенними штормами. К тому же обилие пакового льда исключало возможность захода в Гренландию. Я утешался тем, что следую примеру ирландских монахов. Из "Плавания" явствует, что они шли от острова к острову, согласуясь с временами года. Самому Брендану понадобилось семь благоприятных сезонов, чтобы дойти до страны на западе.

Я понимал, что отсрочка плавания повлечет за собой практические осложнения, однако сказал себе, что "Брендан" не участвует в трансатлантических гонках. А главное, зачем рисковать без нужды? Петур Сигурдссон с явным облегчением воспринял мое решение.

— Конечно, ты прав. И так "Брендан" вон какое дело сделал — добрался сюда. Но теперь уже поздно идти дальше под парусом. Береговая охрана зимой присмотрит за лодкой. Вернетесь весной, когда дуют восточные ветры, и продолжите плавание.

Собрав команду на борту "Брендана" в гавани Рейкьявика, я объяснил своим товарищам обстановку на душе у меня было скверно, и я опасался за судьбу моего предприятия.

— Разумеется, мне хотелось бы увидеть всех вас вновь здесь в следующем году. Команда отличная, мы знаем друг друга, и, думаю, вы согласитесь, что "Брендан" доказал свою способность дойти до Нового Света.

Джордж, Артур, Трондур и Идэн не раздумывая заявили, что вернутся на лодку в следующем году.

Зимой вся операция оказалась на грани срыва. Мы разъехались по домам: Джордж — в Брайтон, на службу, Артур — в Ирландию, Трондур — в Киркьюбу, где он начал строить себе отдельный дом, Идэн помогал брату готовить их судно к следующему сезону. "Брендан" одиноко зимовал в ангаре береговой охраны в Рейкьявике. Однако денежные средства, необходимые для нового этапа, были на исходе. Хотя издатели, чьи авансы сделали возможной мою затею, согласились подбросить еще денег, все же с финансами было хуже некуда. Для закупки провианта и более совершенного снаряжения, возобновления страховок и так далее мне пришлось продать свою восьмиметровую яхту "Престер Джон" (машина уже была продана) и совсем опорожнить кубышку. К началу навигационного сезона 1977 года в северных широтах у меня оставалось денег только на то, чтобы купить команде обратные билеты, если мы вообще дойдем до Северной Америки.

В начале мая настало время собирать команду. Я позвонил Джорджу и Артуру и сообщил им день встречи. До Идэна добрался через капитана маленького шотландского порта. Он сел на весла и передал Идэну на судно мое послание, однако выяснилось, что Идэн в этом году вынужден заниматься своим делом. Прибыть в Исландию, чтобы помочь нам подготовить "Брендана" к выходу в море, он может, но дальше участвовать в плавании — никак. С вызовом Трондура было предельно просто. Я позвонил ему на Фареры и, когда он взял трубку, сказал: