Тим Северин - Путешествие на "Брендане"

— Помню, я еще подумал, когда впервые высадился с резиновой лодки на новом острове, до чего точен древний текст о святом Брендане, — говорил Сигурдур Тораринссон, принимая меня в своем кабинете в Рейкьявикском университете. — Это было вскоре после того, как остров появился над водой и жерла все еще выбрасывали вулканические бомбы. Просто поразительно, до какой степени увиденное мной на Суртсэе совпадало с картиной в этом древнем ирландском предании. Лично я не встречал у классических авторов подобных рассказов о вулкане, образованном подводным извержением. — Помолчав, он добавил: — Тут есть ещё один момент, о котором порой забывают. Судя по описанию святого Брендана, монахи подошли очень близко к очагу извержения. А это значит, что извержение было подводным — ведь на лодке они никак не могли приблизиться к вулкану, расположенному на суше. На мой взгляд, описание монахов подходит только к вулкану, поднимающемуся со дна моря.

Хотя Суртсэй ныне не извергается, все же на нем можно представить себе, что подразумевало "Плавание", говоря об "острове Кузнецов". Низкая черная поверхность острова покрыта шлаком и пеплом и практически лишена растительности, если не считать борющихся за жизнь первых редких ростков. Полное совпадение с "каменистым островом, совсем без травы и деревьев", который увидел святой Брендан. И родись при нас еще один остров, мы наблюдали бы все то, что так ярко изобразил средневековый ирландский автор: шлаковые бомбы, столб дыма над морем, едкий запах серы, окутанный паром кипящий океан.

Подводный вулкан, выход которого на поверхность воды могли наблюдать ирландцы, скорее всего, давным-давно ушел обратно под воду, оставив след в виде возвышения на дне моря, или же был размыт волнами. Мы можем лишь гадать о его судьбе. Во всяком случае, до появления Суртсэя ни одному, даже самому опытному, вулканологу не представлялась такая возможность изучать вблизи подводный вулкан. Кто-то даже предлагал назвать новый остров в честь святого Брендана. Однако предпочтение было отдано великану Сурту, герою одного из древнеисландских мифов.

И ведь в "Плавании" есть еще один ключ, позволяющий определить местонахождение района вулканической активности. На другой день, говорится в тексте, Брендан и его монахи увидели "среди океана, недалеко на севере, высокую гору, вершина которой была окутана словно облаком, а на самом деле дымом. Тут же ветер очень быстро понес их к побережью острова, и лодка села на грунт у самого берега. Перед ними высилась скала угольного цвета, отвесная, словно стена, и такая высокая, что они не видели ее вершины". В это время, продолжает предание, один из монахов, присоединившихся к команде позднее, выпрыгнул из лодки и зашагал вброд к подножию скалы, крича, что его неудержимо влечет вперед и он не в силах повернуть обратно. Его схватили демоны, и на глазах у своих товарищей он был объят пламенем. Остальные монахи поспешно столкнули карру с грунта и пошли на юг, пользуясь переменой ветра. Оглянувшись назад, они увидели, что гора уже не окутана дымом, а извергает пламя к небесам, после чего пламя опустилось вниз, и вся гора уподобилась погребальному костру.

Вновь совершенно очевидно, что ирландские монахи наблюдали действующий вулкан, но теперь уже находившийся на суше, и явно недалеко на север от острова Кузнецов. География и тут подтверждает их рассказ. К северу и к востоку от исландской зоны подводного вулканизма возвышаются вулканы на самом материке. Такие могучие вулканы, как Гекла, Эйяфьелльсъёкулль и Катла, расположены вблизи южного побережья, причем Гекла и Катла выделяются своей активностью. Нелишне отметить, что эта часть южного берега Исландии представляет собой сплошную отлогую полосу без гаваней и бухт, так что гонимая к берегу карра должна была сесть на грунт, как и показано в "Плавании". Таким образом, идя на север от острова Кузнецов, монахи в самом деле могли увидеть вдали вулкан, и лодку вопреки их воле могло прибить к берегу сильным южным ветром. В итоге они могли очутиться у подножия отвесных скал мыса Рейкьянес, рассеченных трещинами на угольно черные блоки, или же у крутых темных скал мыса Дирхолаэй. Последний, достигающий ста метров в высоту, являет собой броский ориентир на плоском, невыразительном берегу. И в наши дни адмиралтейская лоция перекликается с "Плаванием", описывая темную скалу Дирхолаэя как "крутой, словно стена, мыс, выступающий к югу на 2 кабельтова от прилегающего побережья". Что до монаха, схваченного "демоном" и объятого пламенем, то похоже, что какого то члена команды настиг поток лавы или же он опрометчиво ступил на тонкую застывшую корку и провалился в раскаленную массу.

Кстати, "Плавание" — не единственный источник, утверждающий, что ирландцы доходили до Исландии в раннехристианскую эпоху великих плаваний. Диквил, ученый монах времен Карла Великого, сообщает, что ирландские монахи регулярно посещали остров, находящийся так далеко на севере, что в дни летнего солнцестояния "солнце при заходе вечером словно прячется на время за небольшое возвышение, и в этот короткий срок не наступает темнота, так что можно заниматься своими делами, как если бы царил день, даже искать вшей на рубашке, а если бы люди взошли на вершину горы, возможно, что солнце и вовсе не было бы скрыто от них". Судя по этому описанию, остров, о котором идет речь, находился на той же широте, что Исландия, где солнце в середине лета уходит лишь ненадолго, и туристы, как бы подтверждая догадку Диквила, в самом деле поднимаются на вершины гор, чтобы, глядя на север, увидеть на горизонте полуночное солнце и устроить пикник при его свете.

Независимые свидетельства того, что ирландцы в древности посещали Исландию, находим у самих норманнов. В "Ландномабуке" — "Книге о заселении страны", написанной в Исландии в X веке, рассказано, как норманны, впервые прибыв сюда из Норвегии, застали в Исландии "людей, которых норманны называли папарами. Это были люди христианской веры, и полагают, что они прибыли из-за моря с запада, ибо были найдены оставленные ими книги, колокола и епископские посохи…"

Словом "папар" норманны называли патеров, христианских священников, и, согласно летописцу Ари Фроди, который написал "Книгу об исландцах" незадолго до 1133 года, эти ирландские отшельники, не желая жить в соседстве с язычниками, уходили с удаленных островов, когда туда приплывали участники норманских набегов. По счастливому совпадению, в последнее время особенно основательно папаров изучал сам президент Исландии — доктор Кристьян Элдъярн. Бывший директор Национального музея, доктор Элдъярн разыскал древние руины на острове Папэй у юго-восточного побережья Исландии и раскопал наиболее интересные из них. Он же одним из первых приветствовал нас, когда "Брендан" пришвартовался в Рейкьявике.