Жак-Ив Кусто - В поисках Атлантиды

И вот наконец Санторин — Тира. Один из самых прекрасных и странных уголков Эгейского моря. «Калипсо» минует юго-западный проход, который открывает доступ в гигантскую затопленную кальдеру бывшего вулкана, и бросает якорь у обрывов главного острова. Над нестерпимо лазурными водами нависает трехсотметровая вертикальная стена. Я любуюсь похожими на складки портьер вулканическими скалами, поражающими фантастичностью рисунка и невероятными оттенками цветов, где оттенки серых тонов соседствуют с коричневыми, пронизанными красными, черными и белыми жилками. Пепел яркой расцветки, который покрывает остров Тира, создает удивительный контраст с черной лавой центральных островков Каймени — вулкан там дремлет вполглаза. Вдоль гребня тянется белая линия деревенек с церквушками под синими куполами. От моря к городку Фера, чьи белые, сверкающие под кикладским солнцем дома словно оцепенели в хрупком равновесии на вершине кальдеры, петляет километровая лестница — в ней 1450 ступенек. От моря до вершины — 240 метров, а потому жители городка доставляют туристов наверх на мулах, которым приходится карабкаться по тропе с тяжкой ношей на спине.

Дантов ад

И снова с палубы «Калипсо» взлетает вертолет для проведения воздушной разведки. Сверху Тира напоминает огромный расколотый кубок диаметром 16 километров. Неровная окружность — всё, что осталось от большого вулканического острова, взорвавшегося примерно в 1450 году до н. э. Самый крупный кусок суши лунообразной формы, обращенный выпуклой стороной к востоку, — сам остров Тира. На северо-западе из моря торчит Тира-сия. А посреди кальдеры видны два островка-близнеца — Палеа Каймени (Старый Каймени) и Неа Каймени (Новый Каймени). И наконец, на юго-западе крохотная скала — Аспрониси.

Затопленную кальдеру, где некогда возвышался гигантский конус вулкана, окружают, словно срезанные гигантским ножом, скалы удивительной расцветки. Они образованы смесью вулканического пепла и пемзы, которая очень красива, — ею можно любоваться часами.

— Я всегда любил этот остров, — говорит Фредерик Дюма. — Смену оттенков, красок, игру света и тени при восходе и заходе солнца нельзя сравнить ни с чем другим, быть может, потому, что постоянно меняющееся освещение подчеркивает слоистую текстуру вулканической породы.

Не имея ни единого источника воды, жители Тиры запасают дождевую воду и хранят ее в цистернах, чтобы поливать свои скудные земельные угодья. Летом питьевую воду доставляют на судах с острова Парос. На вулканической почве прекрасно прижилась виноградная лоза: Санторин производит сладкое крепкое вино. Овощи выращивать значительно труднее из-за засухи, но томаты вызревают прекрасно. Тира живет на доходы от туризма (единственная гостиница острова называется «Атлантис»…) и от вывоза вулканической породы. Именно отсюда с 1859 по 1869 год в Египет отправлялись караваны барж, груженных пемзой и пеплом. Этот строительный материал использовался для укрепления берегов Суэцкого канала. Разработки породы продолжаются до сих пор. День за днем корабли развозят пепел по всем цементным заводам Греции. На архипелаге проживает менее 7 тысяч жителей. На Тирасии, меньшем из двух больших островов, нет ни дорог, ни электричества, ни врачей; его население состоит из 300 человек. На Тире мало деревень (Иа, Акро-тири), люди живут очень бедно.

Вулканическая деятельность в Эгейском море началась в третичном периоде, около 30 миллионов лет назад. Причиной образования вулканов было движение тектонических плит Восточного Средиземноморья: Греция, которая когда-то соединялась с Турцией, постепенно удаляется от нее и смещается на юг, а африканская плита движется к северу. Крит и окрестные острова расходятся в направлении восток-запад и сближаются в направлении север-юг. Они постоянно находятся под воздействием гигантских давлений. Время от времени части плит наползают друг на друга, скользят друг относительно друга, вызывая подземные толчки. С другой стороны, разломы земной коры открывают магме доступ к поверхности — происходит вулканическое извержение.

Вулканическая активность в Эгейском море постепенно затихла. В плиоцене (примерно 10 миллионов лет назад) еще существовала широкая дуга действующих вулканов, примыкавших к Криту: Сусаки, Эгина, Мефана, Ананес, Андимилос, Милос, Кимолос, Полиегос, Деспотико, Андипарос, Парос, Санторин, Кос, Нисирос… Тремя последними действующими вулканами были Мефана («спит» с 282 года до н. э.), Нисир («уснул» в 1422 году) и Санторин.

Вулканическая деятельность Санторина никогда не прекращалась. После гигантского «атлантического» взрыва в XV веке до н. э. выделения лавы постоянно продолжались: Палеа Каймени образовался во II веке до н. э., а Неа Каймени — менее 400 лет назад. Сильное извержение произошло в 1866 году, в 1925 году — еще одно. До 1956 года примерно раз в 10 лет вулкан проявлял свой злостный характер. 9 июня 1956 года мощное землетрясение, сопровождавшееся вулканическими проявлениями, разрушило и сбросило в море 2 тысячи домов Тиры. С тех пор вулкан успокоился, но можно быть почти уверенным в том, что наступает новый геологический цикл и примерно через 10 тысяч лет на месте Тиры в Эгейском море, возможно, поднимется грозный силуэт нового вулканического конуса. Под коркой слишком быстро застывающей магмы начнут скапливаться газы, давление «сорвет крышку с котла», и жертвами катаклизма станут Ираклион на Крите, Александрия в Египте и Афины в Греции…

С «Калипсо» скопления черной лавы на островках Каймени выглядят зловещими и неприветливыми…

— Они похожи на две кучи слегка порыжевшего угля, — говорит Фредерик Дюма. — Склоны конусов образованы беспорядочным нагромождением остроугольных блоков или обвалившихся камней. Из-под них выглядывает спекшаяся лава, которая усиливает ощущение хаоса.

И именно там начнется серия подводных изысканий с помощью нашего ныряющего «блюдечка». Вместе с Альбером Фалько и Фредериком Дюма мы обсуждаем маршрут. Прежде всего отправим ныряльщиков в скафандрах обследовать северную часть кальдеры на глубине от 20 до 40 метров, затем на борту мини-подлодки мы пройдем первый круг Ада…

Вулкан всегда спит вполглаза

— Наша первая экскурсия, — рассказывает Анри Алье, — переносит нас в странный подводный мир. Хотя вода невероятно прозрачна, дна не видно. Мы движемся вдоль стенок кальдеры, они уходят вглубь отвесно и исчезают в сумрачных глубинах.

На этой отвесной стене, конечно, не сохранилось никаких следов Атлантиды, как, впрочем, и любой другой цивилизации. Взрыв в буквальном смысле отполировал скальную породу. Под водой расстилается грандиозный строгий пейзаж, который не подвластен желаниям людей. Лучше, чем Фредерик Дюма, и не скажешь: «Местами скалы выглядят ржавыми».