Владимир Кудинов - На разных широтах, долготах...

Преисполненный чувства благодарности, озаренный снизошедшим на него прозрением, брахман вдохновенно воскликнул, обратившись к женщине: «Через год у вас родится мальчик. А когда он вырастет и возмужает, то станет великим человеком и прославится своими деяниями на всю страну. Примите мое благословение!»

На следующий год жена священнослужителя родила сына.

Это был Калаккаттху Рамапанивадан Куньджан Намбияр. Таково его полное имя.

На следующий день, в воскресенье, мы решили совершить прогулку на катере. Катер подали непосредственно к небольшому причалу гостиницы «Малабар», на северо-западной стороне острова Уиллингдон.

Резко взяв с места, шустрое суденышко сделало разворот и пошло в южном направлении по внутренней акватории порта Кочин. По левому борту катера — западный берег острова Уиллингдон, вдоль которого протянулись нефтяные причалы, а за ними, к югу, причалы, у которых стоят сухогрузы.

По правому борту — суда, ожидающие очереди на постановку к причалам. Баржи и лихтеры пришвартованы к ним с двух бортов.

Оставив за кормой по левому борту сухие доки, доплыли до моста, перекинутого с острова Уиллингдон на полуостров Маттанчери, и пошли вдоль берега последнего. Здесь нет причалов для океанских судов, но зато швартуется множество разнокалиберных лодок. Прошли заметное здание госпиталя. Оно у самой воды. А дальше — дома, дома. Это знакомые уже места: самый густонаселенный район города — Маттанчери, тут же Джю-таун, а за ними Форт-Кочин. А вот и Голландский дворец, храм Шивы…

Наш катер делает разворот, и мы берем курс на остров Випин. Вдоль его берегов — пальмы, грациозно склонившие кроны к воде. Китайские сети. Их много, и все они без устали работают.

Оставляя по левому борту, к северу, небольшие острова Кунду, Виманативу, Кэндл, идем к острову Болгхатти. Я уже знаю, что «гвоздем» нашей сегодняшней программы является дворец на этом острове.

— Взгляните на остров Валларпат, — говорит Гопи. — Его берег хорошо виден. Между островами Виманативу и Кэндл видна церковь. Она построена очень давно и носит имя святой Марии. О ней бытует легенда. Многие керальцы, особенно коренные жители района Кочин — Эрнакулам, искренне верят в то, о чем в ней говорится.

Когда-то, давным-давно по этим теплым и благодатным водам плыла в лодке женщина. Внезапно налетел шторм. Она не смогла ни доплыть до берега, ни удержать лодку на волнах. Суденышко перевернулось, несчастная женщина оказалась в воде, ее накрыло волной, и она утонула. Об этом несчастье стало известно святой Марии. И, несмотря на то что прошло уже несколько часов, она смогла при помощи сверхъестественной силы, которой обладала, извлечь утопленницу из воды и вернуть ее к жизни. Эта женщина-малаяли была из касты наяров и происходила из известной семьи Паллиил. Когда она пришла в себя и узнала о своем чудесном спасении и воскрешении из мертвых, это произвело на нее такое сильное впечатление, что она приняла христианство и до самой смерти была необычайно набожна и фанатично предана этой религии.

Внутри церкви, в алтаре, есть большая икона с изображением святой Марии. А рядом с ней — картина, изображающая женщину с ребенком. Как гласит легенда, это портрет некогда спасенной женщины-малаяли. И такой чести она удостоена в память о чуде, совершенном святой Марией, и за свою преданность христианской религии.

Когда Гопи заканчивал свой рассказ о «чудесном» спасении женщины-малаяли, катер уже подходил к пирсу Болгхатти.

Легкий толчок… и мы причалили. Дворец — двухэтажное белое здание под красной черепичной крышей, утопающее в зелени. От его стен отступают обширные веранды. Многочисленные белые стройные колонны поддерживают крыши и навесы, создающие тень.

Дворец был построен голландцами в 1744 году. Его подновляли и перестраивали неоднократно. Место для пего выбрано прекрасное — на южной оконечности острова, омываемой с трех сторон морем. Узкий пролив отделяет остров Болгхатти от города Эрнакулама. Раньше он был столицей княжества Кочин. И резиденция кочинского раджи была именно там. До сих пор в городе стоит дворец «Рам Мохан». Теперь в этом здании находится Высший суд. От него до дворца Болгхатти всего около 150 метров. Голландские колонизаторы не зря построили свою резиденцию близко, но в то же время и относительно недоступно, за проливом. Этим радже давали понять, что с него не спускают глаз, и пусть он не забывает об этом.

А когда англичане захватили Индию, вытеснив голландцев, во дворце Болгхатти обосновался английский резидент и с еще большим, чем голландцы, рвением стал присматривать за вверенными ему новыми колониальными владениями.

Мы обошли территорию, ухоженную, усаженную цветами. Уютные беседки, аллеи усыпанные красным песком и мелким гравием. Вдоль них вытянулись зеленые изгороди из аккуратно подстриженного кустарника. За ними газоны, на которых растут столетние, тенистые, с огромными кронами деревья. Сейчас дворец переоборудован в бунгало, фактически отель для богатых туристов. Вокруг территории дворца выстроились виллы. Бывший дворец, а ныне туристическое бунгало Болгхатти — действительно райский уголок. Перед глазами возникает красочная картина: белые колонны и стены дворца, красные крыши, зеленое обрамление из деревьев, кустарника, травы, голубое-голубое небо и яркое солнце.

Мы сели на скамью у самой кромки низкого берега, укрепленного сцементированными камнями, осмотрелись. Спокойное море — всего в метре от нас. Тишина нарушалась время от времени лишь пением птиц.

Во дворце оказалось много помещений. С веранд второго этажа мы в бинокль рассматривали Эрнакулам и Кочин. Хорошо были видны острова, вдоль берегов которых мы только что плыли на катере. Они утопали в зелени.

— В свое время, — сказал Гопи, — во дворце было много картин, скульптур, произведений искусства, но англичане успели увезти все самое ценное.

Возвращаемся к катеру и отходим от берега.

Обращаю внимание Гопи на большие лодки с овощами, фруктами, кокосовыми орехами, которые снуют по большой внутренней акватории между Кочином, Эрнакуламом и островами.

— Да это же керальские валломы, — говорит Гопи. — Их тысячи в керальских внутренних водах. А протянувшиеся на сотни километров параллельно морю каналы служат удобнейшими водными коммуникациями. Наверное, нигде в мире перевозка грузов по водным артериям не стоит столь дешево.

Валломы прочны, мореходны и обладают значительной грузоподъемностью. Ходят под веслами, парусом.

— Однако тихоходны, — заметил я.

— Смотря какие валломы. В Керале есть такие, на которых во время гонок развивают скорость пятнадцать-двадцать миль в час.