Юлия Власова - Упавшие как-то раз

А мы что? Никуда от главного злодея не денешься. Арчи как-то рассказывал, что у Фарида все новички на особом счету, никому спуску не даёт. (Интересно, откуда Арчи сам-то узнал? Неужели его тоже пытались переманить на сторону зла?!)

На Пуаро я еще долго дулась. Тыкала его носом в рану, что осталась после укуса. А он всякий раз оправдывался. Говорил, что если бы я отказалась от участия в грязных делишках Фарида, Фарид с лёгким сердцем пустил бы меня на фрикадельки.

— Ну, что? Как статья? — спросил на следующее утро Пуаро. — Продвигается?

— Ничего у меня не продвигается, — буркнула я. — Разве только головная боль. Всю ночь под Клёном проворочалась!

— Да уж, — пробормотал тот. — С такой иллюминацией попробуй усни.

— Не в иллюминации дело, — возразила я. — Это всё проклятущий Фарид виноват. Не приснилось же мне, что мы с тобой пролезли через рыцарские доспехи и обнаружили логово негодяя?! Не хочу опускаться до воровства. Но, если выбирать между воровством и фрикадельками, я, пожалуй, остановлюсь на первом.

— Фрикадельки? Где фрикадельки? — поинтересовался лис, просунув в дверцу свой рыжий нос. За носом показалась остальная морда, после чего лис появился целиком. Уселся у входа и таращится на нас голодными глазами.

— Спокойствие. Фрикадельки — это метафора, — сказал Пуаро. — Для тебя грибы. Бери, пока дают.

Он до сих пор не мог примириться с мыслью, что лис под Клёном гость частый.

— А что за белый пёс крутился у ног Фарида? — полюбопытствовала я. Лис тем временем уминал грибы за милую душу и изредка поглядывал на гирлянды.

— Макинтош, — нехотя бросил Пуаро. — Ничего примечательного. Даже больше тебе скажу: у злодея и собака злодейская.

— А я с Макинтошем знаком, — встрял лис. — Он пару раз наведывался в лес Снов. И он вовсе не злодейский.

Пуаро рассерженно чихнул и осуждающе уставился на лиса.

— Так и знал. Нас окружают злодеи. И одни злодеи прикрывают других. Все они заодно. Их сеть расширяется. Не удивлюсь, если она уже оплела целый город!

В чем-то Пуаро был прав, но, по-моему, его фантазия несколько разыгралась. Не мог Фарид, заручившись поддержкой неумехи Флорина и простой собачонки, держать под контролем город Вечнозеленый. Но что, если сообщников было больше?

— Надо кому-нибудь рассказать, — решила я.

— Ты что?! Не вздумай! — испугался Пуаро. — Да и кому тут расскажешь? Арчи Стайлу? Никто не поручится, что он не состоит в банде Фарида. Доре и Саре? Они слишком беспомощны. Лео Вернадски, как я слышал, озабочен лишь искусством да своей внешностью. Ему не будет дела до каких-то там бандитов. А король с охраной в отъезде. Не вызывать же его специально затем, чтобы он помог распутать плевое дельце.

«Плевое дельце». Я узнала этот тон. Пуаро хотел раскрыть все тайны самостоятельно. В случае удачи лавры достанутся ему, а потерпит провал — сошлется на ржавые законы или ленивую полицию. Вполне в его духе.

Что касается меня, то идея отсидеться под Вековечным Кленом до тех пор, пока главный злодей о нас не забудет, вначале представлялась мне весьма заманчивой. Клен Фарида не пропустит. У него, как выражалась Дора, против негодяев стойкий иммунитет. Однако работу тоже никто не отменял. Кто будет писать в газету статьи? А получать жалованье? Клён, конечно, обеспечивал нас пищей. Но сгенерировать перья, чернила, тетради и прочие предметы обихода ему определенно было не под силу.

— Что ж, — сказала я, очнувшись от раздумий. — Притворимся, что выполняем поручения Фарида…

— А сами разнюхаем обстановку и вычислим его сообщников, — закончил за меня Пуаро. Глазенки у него при этом так и блестели.

Что Фарид говорил насчет Арчи и Лео? Украсть у них по сотне невиев? Можно и попробовать. Заодно проверим, у кого из них рыльце в пушку.

План дома Арчи Стайла я могла хоть сейчас воспроизвести на бумаге. Поэтому начать решили с него. Будем считать сто невиев компенсацией за моральный ущерб. До сих пор мурашки по коже, когда вспоминаю его тётушку.

Пуаро порылся в небольшом чуланчике, который мы наскоро соорудили у восточной стены, и приволок пару потрепанных масок с перьями и блёстками. Эти маски мы приобрели на распродаже специально для карнавала в честь дня Звезд.

— Конспирация, — пояснил он.

— Одних масок маловато. Мне бы стильный шпионский костюмчик и парочку шпионских штучек, — замечталась я. Что нужно шпионам для таких случаев? Я вспомнила одну компьютерную игру, которой некогда увлекалась в Париже. Так вот, всякому уважающему себя секретному агенту следует обзавестись часами невидимости, липучками для лазанья по стенам, жучками, золотой сковородой и иголкой вуду. Впрочем, без сковороды и иголки можно легко обойтись.

— Эй-эй! Погоди! Пока мы всего лишь воры, — отрезвил меня Пуаро. Воры. Какое скверное прикрытие! — Надо предоставить Фариду доказательства нашей преданности!

Согласна, доказательства понадобятся. Иначе как попасть в его банду, чтобы разоблачить сообщников?

— Я украду, но только один раз… Ладно, два раза, — поправилась я. — Но потом всё верну. Иначе совесть сгрызет меня раньше, чем схватит полиция.

Вечером, когда на зимнее небо высыпали первые звёзды, мы с Пуаро, в карнавальных масках, мягко подкрались к водосточной трубе особняка Арчи. Морозец пощипывал нос — была, как-никак, середина тимаксания. Я ёжилась и страшно жалела, что, вместо теплого кожуха а-ля огородное пугало, надела тонкое, продуваемое всеми ветрами пальто. Неважно, вор ты или секретный агент, ты должен выглядеть прилично — считала я. Теперь это моё убеждение постепенно растворялось в морозном воздухе.

Нахохлившись и спрятав руки в карманы, горожане возвращались домой. Под ногами пел скрипучие песни снег. Внутри масляных фонарей металось пламя. Сейчас я была бы не против проглотить один такой фонарь, чтобы он согревал меня изнутри.

— Рановато пришли, — прокряхтел Пуаро. — Вон, свет в окне. Арчи еще не спит.

— Или делает вид, что не спит, — сказала я.

— В любом случае, надо подождать, — упирал Пуаро. Прямо-таки напрашивался на едкость.

— Ага, подождем, пока я не превращусь в сосульку, а у тебя не отмерзнет хвост.

Наконец свет погас. Я коснулась помятой водосточной трубы. Старая добрая труба! Интересно, скольких еще барышень, кроме меня, она спасла от гнева Арчиной тётки?

— А не проще ли через дверь? — спросил Пуаро. — Я, например, по водостокам карабкаться не умею.

— Полезай в заплечник, — шепнула я. — И чтоб сидел тихо.

Прогрохотала по мостовой и скрылась за поворотом коляска. Послышалась отдаленная брань извозчика и крики недовольного пассажира. Потом всё стихло. Оглянулась — вокруг ни души. Значит, самое время действовать. В пальто, скользких перчатках и сапогах на каблуке лезть наверх было сущей мукой. Да и водосток мог в любую минуту подвести. Он раздраженно скрипел при каждом неосторожном движении. Казалось, только и мечтал, чтобы выдать нас с потрохами. Поэтому я почти не удивилась, когда, очутившись в комнате, нос к носу встретилась с Арчи. Он зажег свечу, сдернул с меня маску и с отрепетированной улыбочкой осведомился: