Иван Крузенштерн - Путешествие вокруг света

3. Есть ли в Китае великие богачи из частных людей? владеют ли они обширными поместьями, или имение их, яко торгующих, состоит в товарах?

Ответ. Богатейшие из частных людей в Китае суть обыкновенно торгующие, а наипаче некоторые из содержателей соляного откупа. Соль составляет одну из важнейших частей доходов Китайского правительства. В каждой провинции находится сообщество купцев, коим предоставляется единоторжие в продаже соли. Они по Мандаринам важнейшие лица в целом городе. Они одни пользуются правом носить оружие, держать вооруженные лодки, входить во всякой дом с обыском, если подозревают, что хозяин имеет соль, которая не у них куплена. За ними следуют, яко богачи из частных людей, сочлены Когонга. Имение Панкиквы, первого купца сего сообщества, полагают в 4 миллиона телов, или в 6 миллионов пиастров. Владетелей обширными поместьями в Китае, сказывали, совсем не имеется.

4. Употребительны ли в Китае по торговле вексели, или ассигнации — и какие по сему существуют законы?

Ответ. Торгующие векселей не употребляют, как то делают Европеййы; следовательно и нет на то законов. Вообще случается очень редко, чтобы один Китаец занимал у другого деньги. В государстве, в коем богатство удобно может быть виною нещастия владеющего оным, стараются скрывать свое имение. Сам Панкиква, будучи весьма тщеславен, неохотно говорит о великом своем богатстве. Впрочем переводы денег между торгующими Китайцами неизбежны; а для того и употребляют росписки: но они по настоящему состоят только в засвидетельствовании получения денег и обещания уплаты в определенное время. Если случится, что должник не платит и веритель принесет на него жалобу Мандарину; то сей, удовлетворившись в справедливости требования, принуждает его к платежу или сильно действующею в Китае Бамбу, или налагает запрещение на имение и удовлетворяет из оного верителя. Однако Китаец приносит весьма редко жалобу на должника своего. Он охотнее ждет долгое время, в надежде каким либо образом получить ему принадлежащее. Сему главною причиною то, что мандарин требует обыкновенно за труды свои половину долга, в случае же на то несогласия, не принимает жалобы.

5. Есть ли гильдии и цехи — каковы оных постановления?

Ответ. Все ремесленики разделяются на общества, из коих каждое имеет своего старшину. В Кантоне разные мастеровые живут даже в особенных улицах, так например: в одной портные, в другой сапожники, в третей стекольщики, в четвертой аптекари, и так далее. Они делают и особенные свои празднества, для коих нанимают обыкновенно комедиантов и обнародывают, что в такой то день в таком то цехе будет зрелище, к которому допускают всякого безденежно.

6. Где и сколь знатны ярмонки, торговые места и складки товаров? из каких портов производится торговля с Япониею, Филиппинскими и Зондскими островами и берегом Индии?

Ответ. Важнейшие пристани в Китае для иностранной торговли суть: Кантон на южном берегу, Емой на юговосточном в провинции Фокиен, Нингпо на восточном в провинции Чекианг, в недальнем расстоянии от острова Чузан.[243] Из Кантона плавают Китайские Ионки в Малакку, Батавию, Сиам и в разные места, сопредельные Китайскому морю, из Емоя к Филиппинским и Ликейским островам; из Нингпо в Японию и Корею. Взаимной между пристанями сего государства торг производится почти повсюду. Все великие города служат местами для складки товаров по внутренней торговле и для мануфактур своей провинции, а особливо находящиеся у великих рек и каналов.

7. Употребляются ли в Кантоне прейсъкурранты?

Ответ. Употребляются, но только на Европейских языках.

8. Каково учреждение почт? заведены ли оные порядочно во всем государстве и может ли всякой оными пользоваться?

Ответ. Порядочная почта учреждена только между Пекином и Кантоном, коею всякой пользоваться может; но посылаемые по оной письма распечатываются и рассматриваются; кроме сей почты нет другой во всем Китае. Во время нужной переписки, нет иного средства, как только отправлять нарочного, или поручать проезжающим.

9. Дворянство в Китае одно ли личное, или есть и наследственное?

Ответ. Одно личное. Чин мандаринской и разные другие даются по воле Государя, или его министра. В Японии совсем тому противное; там все должностные чиновники пользуются наследственным правом. Однако и в Китае потомки Конфция наследствуют, сказывают, некое известное достоинство. ИМПЕРАТОР, яко неограченный МОНАРХ, может, говорят, также давать чины наследственные.

10. Есть ли в Китае великия фабрики, или обработываются ли изделия семействами — каковы отношения между мастерами, их помощниками и учениками?

Ответ. В Китае находятся обширные фабрики, как то например: фарфоровая близ Кантона; но я думаю, что большая часть шелковых, бумажных и других, вывозимых из Китая, товаров, обработывается часто семействами. Я не полагаю, что бы правительство имело свои фабрики, как то делается в некоторых Европейских государствах.

11. Мера и вес во всем ли Китае одинаковы — если же есть разность, то в чем состоит оная?

Ответ. Вес, по объявлению купцов, которых я спрашивал, должен быть одинаков во всем Государстве, кроме столицы. Один пикул, содержащий сто катти, равен 1,45 фунта Российского, или 1,33 Англинского. В Пекине один пикул составляет только 97 катти. Мера длины в Пекине же менее. Пекинской Кубит, обыкновенная мера длины в Китае, составляет 8 1/2 пунтов; в Кантоне же и в южных провинциях 10.

12. Есть ли торговые сообщества, — где они, — какие их постановления?

Ответ. Мне известны только два торговых сообщества, а именно: Когонг и другое, содержащее соль на откупе, которое разделяется на многие малые по тому, что сочлены оных получают от продажи соли великую прибыль. Главное постановление торговых сообществ состоит в том, что сочлены все за одного и один за всех обязаны отвечать Правительству. Сие постановление весьма важно по той причине, что корона не может ничего потерять из своих доходов. Сообщества Когонг в Кантоне отвечает Правительству один только старейший, или первый Купец.

13. Как поступают с Банкеротами, — каковы законы вообще, касающиеся оных?

Ответ. Об образе, каковым поступают с неплатящими должниками, упомянуто уже выше при подобном сему вопросе. Кроме того употребителен в Китае и еще особенный обычай, но, может быть, только в случае неуплаты малых долгов; впрочем уверяли меня, что оному подлежат и купцы Когонга. Вечер пред новым годом должен быть сроком окончательного ращета. Кто не уплатил до оного своего долга, того может заимодавец даже бить беспрепятственно и должник не смеет сопротивляться; может повреждать домашния вещи и разные производить в доме беспорядки. По наступлении полуночи все прекращается; заимодавен с должником мирятся и пьют, поздравляя друг друга с новым годом. Следующий образ обыкновенно употребляется при тяжбах: проситель и ответчик избирает порук, приемлющих на себя ответственность за верность дела. Имеющий несправедливую сторону платит поруке большую сумму; ибо как скоро решится тяжба Мандарином, то порука наказывается палками за принятие на себя ложного дела. Каллао, или первый Министр Императора несвободен также от телесного, наказания; а потому оно между Китайцами не почитается бесчестным; полученные же деньги суть верны и служат надежным средством к отвращению от себя телесного наказания. Кроме порук должны обе стороны иметь еще и стряпчих, судьба коих зависит совершенно от Гражданского Губернатора, который при точнейшем разбирательстве дела все с них взыскивает, и в случае несправедливости строго их наказывает.