Сергей Гусаков - Время драконов (Триптих 1)

Что характерно, местные хиппи, они же “золотая молодёжь”, с фурагами “на ножах”. Как говорит Витька Черепок, «это извечная борьба славянофилов и западников». И вот на девятое мая 1980 года самарские хиппи устроили самую настоящую демонстрацию < время-то представляете, какое было?.. Совок — и ‘дерьмонстрация’…>,– построились колонной ( такой совковый вариант хиппи, добровольно построившийся колонной ) и с соответствующими лозунгами насчёт свободной любви и вообще свободы к зданию горкома двинули. Да-да, тому самому, против которого над волжским обрывом Чапаев на коне стоит с поднятой вверх шашкой. Его, когда ставили, вначале к Волге лицом повернули – но получалось, что он с обрыва как бы вниз, в воду сигает… И развернули в сторону горкома. Поднятой шашкой ввысь. Сталкер с Егоровым и Пищером, пива жигулёвского насосавшись, как-то влезли после очередной грушинки на этот памятник и стали шашку чапаевскую кирпичом точить… Чем кончилось? Да отпустили потом с хохотом… Потому как по уголовным статьям даже на мелкое хулиганство не тянуло – они ведь памятник не портили, а как бы в порядок приводили, оружие чистили… М-да. Так вот, о демонстрации этой. Ясное дело, колонну хиппи сопровождала цепь плечистых молодых людей “в штацком”. А сзади них бесновалась и исходила матом и слюной целая толпа фураг — потому как хиппи, средь прочих ‘лозгунгов” несли над головами мастерски сделанное соломенное чучело фураги, одетое к тому ж в новенький прикид от местного фуражьего версаче… По полной программе – от бабайки до трёхцветных кор. И на площади перед горкомом они это чучело подожгли. Ну, тут фураги совсем озверели – прорвали цепь плечистых молодых людей в штацком, и началась мочиловка. Довольно кровавая. Которой власти дали развиться до кульминации – к удовольствию сторонне наблюдающих каэспэшников – а затем начали винтить: с двух сторон, двумя ведомствами. МВД забирало своих клиентов, гэбуха своих. Кончилось это, конечно, весьма печально: некий генерал, по слухам, начальник местного военного округа, из окна выбросился – стрельнув в висок перед этим на подоконнике из табельного оружия. Потому как сынишка его эту демонстрацию возглавлял. М-да… Вообще о фурагах можно часами рассказывать – например, о том, что перед входом в штабы местных комсомольских оперотрядов специальные устройства для вытирания ног – не перепрыгнуть, не перешагнуть,– обитые сорванными с фураг бабайками. И комсомольские силы правопорядка – средь которых, кстати, немало официальных куйбышевских каэспэшников – всех пойманных фураг через эти коврики пропускают. Нравится?.. Меня лично сей факт до слёз поразил. Тут, как говорится, можно долго философствовать. И на тему фашизма, и “за официальное каэспэ”… Как мне сказал один такой мальчик – ни капельки не сомневающийся в своей гражданской позиции – “а что: было бы лучше, чтоб эти комсомольские бойцы эмблемами наших слётов половички украшали? Так хоть самодеятельную песню не трогают, потому как все – свои”.

Ну, тогда я им, братцы, чужой. Не нравится что-то – можешь высмеять, или отойти в сторону. Напали – дай сдачи. Но так…

Ладно, возвращаюсь к Атанову. Сидит, горемыка, на лестнице: родителей ждёт. А внизу фураги свой Новый год встречают,– как водится, в подъезде,– песенки поют. Ясное дело, не мирзаяновской музыкальной направленности. И даже не в стилистике Городницкого. А потому Толик сидел-сидел, слушал, пока полностью не одурел – тогда взял записную книжку и быстренько для самоуспокоения пародию наклепал.

Наклепал – и ясное дело, ведь хочется хоть кому-то спеть, похвастаться… А ближайшие потенциальные слушатели – на два этажа ниже. Какое-то время инстинкт самосохранения удерживал его от очевидной глупости, но потом сдал. И Толик спускается вниз, и говорит этим ребятишкам:

– Пацаны, дайте в натуре гитарку на пару минут – я вам песенку классную покажу.

– А сам уж представил, как в больнице потом будет этим подвигом хвастаться. Если не удерёт, несмотря на первый разряд по бегу. Тут что важно: против оперотрядовских подонков, что только вмногиром и могли пару фураг, несмотря на их хилость, заломать и об бабайки носами вытереть — наш человек гордо и почти трезво выходит один против толпы. С гитарой наперевес, а не с кулаками. И без поддержки мусоров за спиной.

– Ну ты, в натуре, борода, ты играть-то умеешь?

– Да вы гитарку дайте, и увидите.

– Ну чё, ребя, да-адим?

Тут я специально хочу подчеркнуть, что фураги в принципе не злые ребята. Не гопота и не шпана по натуре. Но в определённой ситуации… Как я поведал, и цепь гэбэшников разметать могут.

: Дали Толику гитару, и начал он петь. На первом куплете уж изготовившись для отдачи инструмента в одну сторону, и быстро-быстрого движения ногами – в другую. А у фураг вдруг слёзы из глаз потекли… А после третьего куплета…

– Ну ты, в натуре, в бороде, а как играешь!.. Мужик, ты ещё чего-нибудь сбацай, а?..

— Ясное дело, напоили Толика…

Но это ещё не всё. Сидите крепко. Так вот, мне Гена Жуков лично рассказывал: вызвали его в 1984 году судить волгодонский смотр-фестиваль творчества комсомольских агитколлективов — и КОМСОМОЛЬСКИЙ АГИТАЦИОННЫЙ АНСАМБЛЬ «СТУПЕНИ» БАЦАЛ СО СЦЕНЫ ЭТУ ВЕЩЬ В СОПРОВОЖДЕНИИ “ВЕРМОНЫ”, ЭЛЕКТРОГИТАР… ГОВОРЯ, ЧТО ПЕСНЯ ЯВЛЯЕТСЯ НАРОДНОЙ.

А сейчас я её покажу – честное слово, в самый последний раз – и вы попробуйте заменить комсомольско-официальной лексикой пару-тройку моментов… У меня лично не вышло, хоть я и пытался. А потому детей прошу положить спать, щепетильных дам – заткнуть изнутри уши. Сейчас, только чай допью,–

– или, может не надо? Мне кажется, что рассказ вполне самодостаточен. Я ведь после неё больше ни одной песни спеть не смогу — честно предупреждаю… Ладно, ладно… Ну, слушайте в последний раз:

[ далее на плёнке – омерзительно-дистрофический голос, перебиваемый взрывами хохота и женским визгом,– к концу записи переходящий в крещендо ]

– Я, чуваки, семь лет, в натуре, отмотал:

Меня боялись даже тётиньки в роддоме,–

По вечерам перо в карман я клал

И понт держал в седьмом микрорайоне…

– Бабайку в лужу уронили

И порвали олимпийку —

Но я клянусь вам, гадом буду –

Что не забу-уду свою Марийку…

Её вчера – в натуре! – повстречал:

Она стояла с чува-аком у батареи…

– Ну ты чё, волк, давно фанеры не жевал?

И приколол ево пером в натуре к двери…