Елена Бергман - Мир львинов

Подобрав оружие и выкинув незнамо как срезанный белый, Миха пошел за львиней. Только теперь он до конца осознал, как ему не хватает друга-вараха: тот никогда не допустил бы подобного безобразия! Но Варму был далеко…

Вздыхая и стараясь не глядеть на грибы, рыжеволосый топал за Вави. Юная львиня двигалась легко и грациозно, как настоящая кошка, и Миха невольно залюбовался ею.

— А ведь ты красавица! — сообщил он девушке. — И как я раньше не замечал!

Вави показала мужчине клычки.

— Грибы! — ехидно напомнила она.

Миха не хотел грибов — он предпочитал глядеть на львиню.

— Ладно, смотри… — смилостивилась Вави.

И Миха смотрел. Девушка оказалась хороша во всех отношениях. А главное — она совсем не была похожа на подосиновики…

Вскоре потянуло дымом, и рыжий отвлекся от грибов.

— Где-то здесь… — прошептала львиня.

Пригнувшись, разведчики бесшумно нырнули в высокие папоротники и поползли на запах.

Меньше чем через поллучины они достигли не большой прогалины. На полянке весело потрескивал костер. Около костра сидел человек. Он жарил на прутиках — догадайтесь что? Ну конечно же, грибы!

— Мама… — едва слышно прошептал Миха. Он знал этого человека!

Вави тоже его знала.

— Вот так встреча! — воскликнула она, поднимаясь во весь рост и выходя на полянку. — Откуда ты взялся?

Не ожидавший ее появления мужчина подскочил и уронил недожаренные грибы в огонь.

— Вави? — удивленно спросил он.

— Я самая! — подтвердила львиня. — А что?

Гибко наклонившись, девушка вытащила из огня прутик с начавшими подгорать грибами и принялась есть.

Мужчина глядел на нее во все глаза.

— Чего пялишься? — поинтересовалась девушка. — Голодная я!

Человек покачал головой и протянул ей фляжку с водой. Львиня дожевала гриб и в упор посмотрела на сидящего перед ней мужчину.

— Ты же остался дома? — спросила она. — Или мне показалось?

Русоволосый развел руками.

— Варму! Если бы ты знал, как я рада тебя видеть!

Варах рассмеялся и от души обнял друзей.

— У нас без тебя полное безвластие. — пожаловалась Вави. — Даже Мрах чокнулся — ходит как пьяный и талдычит — белые, подберезовики…

Варму слушал и веселился.

— Бедные львины! — хохотал он.

Вави недоуменно хмурилась — она с раннего детства не любила собирать грибы.

Появление Варму в лагере было встречено восторженными криками.

— Ты из леса? — спросил Мрах и взъерошился.

— Ага! — подтвердил варах.

Львин зашипел и задергался.

— А грибы видел?!

— О да! — кивнул человек льва, вынул из-за пазухи здоровенный подосиновик и протянул другу. — Вот, подарок тебе принес!

Мрах зашипел и уставился на гриб.

— Красавец! — сообщил Варму. — Тебе нравится?

Львин скривился, как от зубной боли, и выбросил подосиновик в ближайшие кусты.

— Донесли уже… — мявкнул он.

Варму сгреб упирающегося друга в охапку и от души помял.

— Рад тебя видеть! — сказал он.

Мрах вздыхал и косился на лес.

— Иди — иди! — подтолкнул его варах. — Они ждут!

И вложил львину в руку корзинку.

— Не пойду! — уперся Мрах. — Я не могу!

— Можешь! — хмыкнул Варму и чуть ли не силой потащил львина к лесу. Мрах покорился судьбе и пошел.

— Кто еще хочет за грибами? — поинтересовался варах. — Вперед! Там на всех хватит! Вот только корзинок у меня больше нету!

Вызвались Маваши и еще двое львиненов. Варму отправил в лес и их.

— Пусть собирают! — разрешил он. — Пока не посинеют! Может, успокоятся?

Прописанное варахом лечение оказалось весьма эффективным — все четверо грибников вернулись задолго до наступления темноты. Они были совершенно подавлены и тихо шипели.

— Насобирались? — заботливо спросил Варму. — Или завтра с утречка опять пойдете? — и предъявил львинам уже знакомый им и успевший побывать в кустах подосиновик.

Горе-грибники дружно взвыли и шарахнулись.

— Тогда ложитесь спать. — посоветовал варах. — И чтобы больше никаких грибов!

Львины просияли и исчезли.

Варму оглядел принесенную ими кучу белых и покачал головой.

— Надо же! — удивился он. — Какой урожайный год выдался!

Добра было жалко.

— Пожарить или выбросить? — размышлял варах — похоже, его тоже проняло…

Глава 10. Вирри возвращается

Грибное сумасшествие продолжалось еще два дня и постепенно улеглось. Даже равнодушная к грибам Вави ненадолго им заразилась. Грибы были везде. Они высыпались из дорожных мешков и падали из карманов. Их жарили, кидали в суп и сушили. На них не могли больше смотреть.

— Грибы… — стонали все. — Ффу-у…

Убедившись, что грибная истерия закончилась, Варму велел сворачивать лагерь. Последним собранным белым устроили торжественные похороны и тронулись в путь.

Следы дикарей привели отряд к большому болоту и пропали.

— Куда они делись? — недоумевали преследователи. — По воздуху улетели?

После долгих поисков следы все-таки обнаружились- их просто тщательно замаскировали. Едва заметную тропку и заложенное дерном кострище нашла Шера. Она же заметила на кусте клочок темной шерсти.

— Это Мирши! — уверенно заявила девочка. — Он оставил нам знак!

Было очень похоже, что она права.

Лезть в незнакомое болото никому не хотелось, но детей увели именно туда. Пришлось вооружиться длинными шестами и идти. Осторожно, с кочки на кочку, отряд двинулся вперед. Им повезло — тропинка немного попетляла и, повернув направо, снова нырнула в лес.

Здесь следы были совсем свежими.

— Догоняем! — обрадовался Мрах.

К полудню идущим послышались голоса.

— Это они! — ощерился Мяви. Шера сняла с ветки еще один клочок шерсти.

— Всем заткнуться! — приказал Варму. — Оружие — к бою!

Бегом!

Голоса быстро приближались. Миновав заросли ивняка, преследователи с разгона вылетели на большую поляну и нос к носу столкнулись с дикарями.

Дикари очень удивились и схватились за копья и дубинки. Завязалась рукопашная. Исход схватки был предрешен — дикарей оказалось меньше. Через лучину все закончилось. Разоруженные дикари лежали на земле крепко связанные, их дети плакали и тряслись от страха, сбившись в кучу.

Мрах раскидал детей и нашел среди них пропавших львинят — оба были сильно избиты и совершенно запуганы. Увидев отца, дети разрыдались. Развязав мальчиков, Мрах на руках отнес их к разведенному тут же костру и передал на осмотр Варму. Варах не обнаружил у львинят серьезных повреждений — только синяки и ссадины, напоил детей успокаивающим отваром и уложил спать.