Enahma [<a href="/cdn-cgi/l/email-protection" class="__cf_email__" data-cfemail="f5909b949d9894b58c949d9a9adb969adb809e">[email&#160;protected]</a>] - Освобождаясь от пут

Иногда он гладил Гарри по руке.

Он чувствовал умиротворение. Гарри скоро будет в порядке.

**************************************************************************

Мир слишком ярок, подумал Гарри, попытавшись открыть глаза. Свет ослепил его, подействовал на истощенные нервы, и Гарри почувствовал боль. Его шрам тоже покалывало, и он нахмурился, внезапно вспомнив видение, которое было у него только что. Детали были весьма расплывчаты и неразборчивы, но там было что-то о девочке, которую искал Волдеморт. Гойл сообщил, что они нашли город, в котором она жила. Так как девочки с ним не было, Волдеморт наложил на него Круциатус, который снова заставил все тело Гарри гореть огнем. А когда он приподнял одеяло, то увидел по всей пижаме пятнышки крови. Его незалеченные порезы снова открылись, правда, не слишком сильно.

Было больно. Еще он испытывал головокружение, тошноту и ужасный холод. И он скучал по Северусу, которого в этот момент не было в больничном крыле.

Гарри потер ноющий лоб и прочистил горло. Странно, что мадам Помфри не проведала его: состояние горла подсказало Гарри, что он довольно громко кричал из-за видения.

Однако никто не пришел. Гарри натянул одеяло до подбородка и закутался в него, насколько смог, но это не помогло. Ему было холодно, и он начал дрожать. Порезы на спине сильно горели. Слезы выступили на глазах.

– Северус, – тихо простонал он. Он не хотел, чтобы кто-то его услышал, он мечтал только об успокаивающем и любящем присутствии Северуса.

Через несколько минут Гарри повернулся на левый бок, потому что на нем было меньше порезов, и свернулся в клубок, шипя от боли сквозь стиснутые зубы. Неуклюжими движениями он подоткнул вокруг себя одеяло, спрятал голову в мягкую подушку и закрыл глаза. Через некоторое время он натянул одеяло на голову, чтобы согреть воздух под ним своим дыханием. Это немного помогло, но спина казалась ледяной, и он чувствовал, как кровь сочится сквозь одежду.

Где сейчас Северус, когда он так отчаянно нужен?

Его дрожь становилась все сильнее. Снова потеря крови. Его драка с Роном случилась около 30 часов назад, и только он пережил это столкновение, как Волдеморт сумел еще больше его измучить. Он обнял руками колени, и это помогло ему преодолеть нараставшую физическую боль, поскольку последствия Круциатуса не полностью исчезли из конечностей.

Он почти потерял сознание, когда открылась дверь лазарета.

– Северус? – с надеждой прошептал он, но, посмотрев на вошедших, испугался. Первым человеком, которого он увидел, был директор, сопровождаемый Роном и мадам Помфри. За ними были Северус с Гермионой, которая, очевидно, пыталась его успокоить. Не говоря уже о двух родителях Уизли, Люпине, Энни и большой черной собаке позади группы.

Посетители! Они считали, что ему хорошо или, по крайней мере, лучше. Да, они ошиблись. Гарри закрыл глаза и подавил рыдание. Группа остановилась возле кровати, и Дамблдор печально ему улыбнулся.

– Квайетус?

– Северус, – сумел прошептать Гарри. Он посмотрел на высокого мужчину, и их глаза встретились.

Снейп запаниковал. Взгляд Гарри не означал ничего хорошего. В следующий момент он опустился на колени у его бока, голова Снейпа оказалась на уровне головы Гарри.

– Что случилось?

– Порезы… – Гарри не смог продолжить, но это и не было нужно. Северус поднял край одеяла и бросил под него взгляд. То, что он увидел, заставило его полностью побелеть. – Мне так холодно, – добавил Гарри, не обращая внимания на остальных.

Мастер зельеварения встал и посмотрел на остальных.

– Альбус, вы должны уйти. Квайету нехорошо.

Директор кивнул и проводил группу к дверям.

– Что случилось с Квайетом? – тихо и с опаской спросила Энни и посмотрела на Люпина.

– Он болен. С ним произошел несчастный случай, – ответил он и бросил убийственный взгляд на Рона, который побледнел и сглотнул, а его лицо исказилось от боли и сожаления.

– Мы будем снаружи. Позовите нас, когда будете готовы, – сказал Дамблдор и спокойно закрыл дверь.

Гермиона осталась, но это, кажется, Снейпа не беспокоило. Северус подсунул руки под Гарри и поднял хрупкое тело на руки.

– Поппи, обычные дозы, – глянул он на медсестру, шагая к ванной с Гарри.

– Видение, – пробормотал ему в плечо Гарри так, чтобы это мог услышать только Северус. – Снова Круциатус.

Руки крепче его сжали, и Гарри почувствовал, как Северус пинком открыл дверь ванной. Мужчина оглянулся вокруг в поисках места, чтобы посадить Гарри, пока не открыт кран, но это не понадобилось: к ванне подбежала Гермиона, и Гарри услышал журчание воды и почувствовал, как воздух наполнил горячий пар.

Пока вода набиралась в ванну, Северус держал его, медленно покачивая.

– Скоро все будет в порядке, – сказал он и спрятал лицо в волосах Гарри.

Гермиона стояла перед ними, глядя широко раскрытыми глазами, но мадам Помфри, как только вошла, тут же выпроводила девочку. Двое взрослых раздели Гарри, мадам Помфри быстрым заклинанием остановила кровотечение, а Северус осторожно уложил его в горячую воду.

Гарри в тепле расслабился. Он почти заснул, когда они вернули его в кровать, которую к их возвращению перестелила Гермиона.

– Квайет, ты еще не можешь спать, – пробормотал ему на ухо Северус. – Мы должны еще кое-что выяснить.

– Не сейчас, – Гарри почувствовал, что его губы дрожат от изнеможения и замешательства. – Я так чертовски слаб…

– Нет, сын.

Эти слова, казалось, придали Гарри достаточно сил, чтобы сесть, но он прислонился к Северусу, чья рука поддерживала его за плечи.

– Давай покончим с этим, – через несколько мгновений сказал Гарри решительным, но слабым голосом.

Северус кивнул и, отпустив Гарри, вышел, чтобы позвать ожидающую группу. Когда они вошли в лазарет, Северус сел сбоку от Гарри, а Рон вышел вперед, открывая рот, но Гарри, как только увидел его, потряс головой.

– Я не хочу, чтобы ты был здесь. Уйди, – сказал Гарри и крепко прижался к Северусу. – Меня не интересует, что ты хочешь сказать.

На лицах взрослых отразилось полное понимание. Даже миссис Уизли кивнула в ответ на слова Гарри.

– Я хочу извиниться… – поспешил сказать Рон, но Гарри прервал его.

– Меня не интересуют твои извинения. Они мне не нужны и не облегчат мое состояние. Уходи.

– Квайетус, пожалуйста, – умоляюще произнес Рон. – Разреши мне объяснить…

– НЕТ! – крикнул Гарри, но это прозвучало тихо. – То, что ты сделал, ничто не может оправдать! Уходи немедленно!

Миссис Уизли ухватила своего сына за плечо, и они вышли. Гарри услышал из коридора крики женщины. Он повернулся лицом к Дамблдору.

– Что вы хотите с ним сделать, директор? – вежливо спросил он и зевнул.