Жан Лаффит - Командир Марсо

— Ах, вот как! Семейка Дюшанов в полном составе! И в придачу та самая бабенка, которая нас интересует, эта маленькая шлюха-коммунистка!

Позади него виднелись два дарнановца, вооруженные новенькими автоматами, и немецкий офицер.

— Всем выйти! — закричал офицер.

Роз с гордо поднятой головой вышла первая. У дома стояло человек двадцать дарнановцев и с ними немцы. Некоторые из них ухмылялись.

— Ты что это так уставилась на меня? — орет Борданав, наступая на Роз. — Хочешь ночку со мной провести?

Он дает ей пощечину, от которой Роз чуть не падает.

— Марш! Пошевеливайся! Лицом к стене!

— Подлец! — кричит папаша Дюшан. — Ох!

Офицер ударил его хлыстом по лицу.

— К стенке, ты тоже!

Дюшан подносит руку к усам. По щеке у него течет кровь. Он молча становится рядом с Роз.

— Видал ты старого дурня? — говорит один из дарнановцев другому. — Вздумал еще разыгрывать из себя храбреца.

Дюшантиль и Мелани, белые как мел, взялись за руки, точно готовясь умереть вместе. Около них старик-сосед, шевеля губами, бормочет молитву.

— Обыскать дом! — командует офицер.

Дарнановцы бросаются в дом, ломают мебель, расшвыривают вещи, выбрасывают в окна белье. Старая Дюшантиль не в силах вынести этого зрелища. Она плачет.

Стоя у стены, Роз думает: «Они ничего не найдут, не могут ничего найти. Может быть, даже не убьют нас сразу. Они несомненно знают, кто я, и надеются, что им удастся заставить меня говорить…» Она вспоминает о товарищах, о десятках тех, кто сегодня вечером и в ближайшие дни будет ждать ее, о своих партийных руководителях: о Гарнье, с которым она была непосредственно связана по работе, о Гастоне, секретаре департаментского комитета… Всем им скоро станет известно: товарищ Роз, ответственная за сектор, провалилась… Она вспоминает о штабе сектора — он всего в трех километрах отсюда. Что с Марсо? Может быть, и его взяли? Нет, это невозможно, этого не может быть. Не так-то это просто. Марсо будет защищаться. У него есть оружие, бойцы… И вдруг в памяти возникает Соланж — одна, на кладбище. Только бы ей не пришла в голову мысль вернуться сюда… Лишь бы остальные спаслись…

Соланж, задыхаясь, подбежала к замку. Марсо и Пайрен спешат ей навстречу.

— Ты, Соланж? Говори скорее, ты из Бреньяды? Что с Роз?

— Не знаю, — отвечает девушка.

Немного отдышавшись, она прерывающимся голосом рассказывает о том, что видела.

Когда в деревню прибыли машины, она была на кладбище… Она заметила немецкую форму, и ей все стало ясно… Одна группа сразу же направилась к дому Дюшанов… Соланж издали было видно, что Роз и старый крестьянин стояли у стены сарая… Дарнановцы что-то орали… Врывались в дома… Она невольно вспомнила об Орадуре… Ей удалось незаметно выбраться с кладбища через заднюю калитку… Она бежала все прямо, прямо… Знала, что замок где-то здесь, недалеко…

Марсо слушает ее рассказ, сурово сдвинув брови. На мгновение кажется, что он готов один броситься к Бреньяде, но он тут же берет себя в руки.

— Быстро, двух связных в разведку! — командует он. — Рамирес! Собери всех людей у замка!

Марсо идет к себе, обдумывая, что следует предпринять и как он сам должен действовать. Неожиданно Пайрен хватает его за руку, и он оборачивается. Там, за лесом, медленно вздымается к небу столб белого дыма.

XXII

Ролан находился на своем КП, когда нарочный из штаба сектора вручил ему приказ отходить за Мюссидан. Почти одновременно явился батальонный связной и сообщил о нападении вишистской милиции на Бреньяду. Какой-то крестьянский паренек видел, как по косогору в направлении деревни двигалась автоколонна, и одним духом домчался до ближайшего поста, чтобы известить партизан. Ролан тотчас же собрал всех имевшихся на месте офицеров батальона.

— Мы должны выполнить полученный из сектора приказ, — сказал он, — но вместе с тем не можем оставить население Бреньяды во власти кучки дарнановцев и немцев. В свое время эта деревня в течение двух недель оказывала нам гостеприимство. Если мы не вмешаемся, немцы могут жестоко расправиться с крестьянами.

В срочном порядке был выработан следующий план действий:

1. Все подразделения батальона начинают немедленный отход.

2. Два отряда остаются на месте для поддержания связи и прикрытия тыла.

3. Три других отряда отправляются сейчас же на помощь Бреньяде с заданием любыми способами помешать разрушению деревни.

Приведя самые убедительные доводы, Ролан взялся лично руководить операцией в Бреньяде. Местность была всем хорошо знакома, и три грузовика по лесным дорогам быстро доставили Ролана и около сотни его людей в район деревни.

Ролан приказал одному отряду ждать у грузовиков, а сам, выслав вперед двух разведчиков, со всеми остальными людьми подошел поближе к Бреньяде, чтобы, не выдавая себя, разобраться в обстановке. К сожалению, по условиям местности он не мог приблизиться к деревне с той стороны, где проходила дорога, и это давало врагу возможность беспрепятственно отступить, укрываясь за домами. Ролан спохватился, что следовало послать одну группу в обход, к подножью холма, чтобы отрезать врагу отступление, но было уже поздно. Во всяком случае, теперь надо было действовать, и притом действовать быстро.

К этому времени дарнановцы закончили обыск и стали готовиться к отъезду…

Роз и папаша Дюшан все еще стояли у стены дома. Офицер приказал надеть на них наручники и отвести их порознь к двум легковым машинам. Немцы думали таким образом застраховать себя от возможного нападения на обратном пути: партизаны не станут стрелять из опасения попасть в своих.

Видя, как уводят ее мужа, Дюшантиль хотела броситься вслед за ним, но один из дарнановцев грубо оттолкнул ее. Она упала, вскрикнув в негодовании:

— Мерзавец! Нет у тебя, видно, матери!

Дюшан попросил у офицера разрешения захватить с собой куртку и обувь, но получил отказ.

Роз, щека которой все еще пылала от полученной пощечины, крикнула напоследок:

— Мужайтесь, победа будет за нами!

Борденав-сын подошел к немецкому офицеру, видно, замыслив еще какую-то подлость.

— Делайте, что хотите, — заявил ему офицер.

Тогда Борденав взял охапку сена, поджег ее и вошел с ней в амбар.

— Нет, нет, только не это! Только не это! — закричал Дюшан, пытаясь вырваться из цепких лап двух солдат, толкавших его в машину. — Лучше убейте меня. Трусы! Бандиты!

— Пошли! — крикнул Борденав своим молодчикам, снова появляясь с пылающим факелом в руке. — Будем жечь все вокруг!

Но они не успели…