Кеннет Скоггс - Джек на планете Канзас

Пока дядя пропадал в радиолавке, Эдди встретился со своими друзьями серфингистами Маком и Шоном. Оба загорелые, с обветренными лицами.

Их одежда явно не вписывалась в местный колорит. У обоих, пёстрые гавайские рубашки и бриджи из джинсовой ткани. Единственное их различие было в том, что Мак имел густую рыжую шевелюру, а череп Шона напротив, был гол, как бильярдный шар.

Они сидели на скамейке возле скобяной лавки, где только что купили кое-какой инструмент, чтобы подлатать свои доски для серфинга. Возле скамьи стояла рекламная тумба, на которой был наклеен большущий плакат с рекламой бродячего цирка.

На красочном плакате красуются два слона, стоящих на задних ногах. Сверху нарисована баскетбольная корзина. Внизу же плаката, большим шрифтом написана нескромная фраза, призывающая всех жителей Хестона в цирк: «Спешите видеть! Впервые в мире! Слоны, играющие в баскетбол и рисующие картины. Всего одно представление. Спешите, спешите, спешите!»

Именно сейчас Мак и Шон обсуждали данную рекламу, споря о том, могут ли слоны играть в баскетбол, и стоит ли сходить на это шоу. В руках у обоих были стопки листов. Завидев подходящего к ним Эдди, лысый Шон махнул ему рукой.

— Привет работяга!

— Привет!

Отозвался подошедший Эдди, уселся рядом с ними, и тут же подколол.

— Вы что, из цирка сбежали?

— Да не-ет. — Протянули оба, а Шон ответил, — на побережье собираемся, вот и приоделись заранее. Как тебе рубашечки?

— Клёвые. А что это у вас? — Эдди показал на стопки бумаг.

— А-а, это? — Шон повертел свою стопку и Эдди увидел, что на них отпечатан портрет какого-то улыбающегося пацана, лет тринадцати.

— Том Маккинли, пропал пару дней назад. Родители с ног сбились. Пацан, как в воду канул. Наши мамы поручили вот, расклеить…

— Это не тот Том, который рядом с домом шерифа Пакстона живёт?

— Да он. Вышел погулять и не вернулся к обеду. Вся полиция на ушах стоит, а тут ещё штормовое предупреждение объявили… Скоро эту дыру накроет так, что мало не покажется?

— Что ты имеешь виду. — Не понял его Эдди.

Как что? — удивился Шон, — торнадо, конечно! Тут о нём только и болтают. Ты что не слышал?

— А-а, это… — понял он, в чём дело, — да, что-то слышал краем уха.

— Ну, так вот, — Вступил в разговор рыжий Мак, — Тут такая карусель скоро начнётся. И мы с Шоном решили скататься пока на Оушен-бич. Не хочешь с нами?

— Не получится. Старик не отпустит. — Неуверенно ответил Эдди.

— А там сейчас классно, — мечтательно закатил глаза Мак, — самый сезон… Знаешь сколько там сейчас тёлок разгуливает?.. — И, поймав горящий взгляд Эдди, добавил, — то-то же!

— Да плюнь ты на своего старика, — принялся увещевать лысый Шон, — всё равно на вашем ранчо делать нехер.

— Тебе и Маку легко говорить, — попытался оправдаться Эдди, — вас тут ничего не держит…

— Да брось ты, Эдди, — перебил его Шон, — можно подумать тебя что-то держит?

— Говорю же, не могу! — Продолжал он отнекиваться, хотя всей душой хотел бы рвануть с парнями к океану. — Если бы не дядя…

— Ну, смотри сам, но чует моя задница, что после шторма здесь будет полный звездец, — Шон обвёл рукой город, — и сейчас самое время свалить отсюда, потом будет уже поздно, уж поверь.

Эдди был уже готов согласиться с парнями. Что ему стоило, собрать свои пожитки, сесть на оставшуюся от отца тачку и присоединиться к Шону и Маку. Всё было просто.

Но угрызения совести не давали Эдди, полностью согласиться с этим вариантом. Нужен был повод, которого не было. Эдди не мог просто взять и уехать, оставив своих опекунов в неведении. А Может на самом деле плюнуть на всё и уехать. Прямо сейчас.

Но тут он завидел своего дядю выходящего из магазина с новеньким радиоприёмником в руке.

— Ладно, парни, — сказал Эдди, вставая со скамейки, — мне пора.

— Пока, пока, — дружно попрощались парни, а рыжий Мак добавил, — если передумаешь, будем ждать тебя на выезде из города, через два дня. И смотри, долго ждать не будем.

— Договорились!

Бросил им вслед уже уходивший Эдди.

Уже в машине, когда они ехали обратно, Таболтон сказал.

— Чёрте что твориться, хозяин лавки рассказал, что два дня назад сын Эбби Маккинли пропал. Никаких следов и намёков, исчез и всё тут, чертовщина какая-то. Ты слышал про это?

— Да дядя, — кивнул он головой, — мне Шон с Маком рассказали. Они объявления о пропаже сейчас клеят.

— Вот оно что. Это хорошо, людям надо помогать.

Больше они не разговаривали. Эдди таращился в окно на проплывающий пейзаж, а Джефри сосредоточенно смотрел на дорогу.

Теперь, находясь на кухне, и вспоминая разговор с друзьями, Эдди маялся и не находил себе места, как загипнотизированный, он скрипя стулом, раскачивал его всё сильнее и сильнее, повинуясь неведомому ритму.

Прокручивая у себя в голове, уже в тысячный раз, всевозможные отговорки и объяснения, которые он должен говорить дяде, когда скажет ему, что хочет покинуть ранчо. О пропавшем мальчике он и не вспоминал. Ну, пропал и пропал, ему то что.

Ребята уезжают уже завтра, а плана, как свалить не вызывая у дяди подозрений, у него до сих пор не было.

В конце концов, ничего стоящего не придумав, Эдди попросту решил сбежать. Побег не смотря ни на что, состоится завтра же на рассвете, именно в это время Эдди решил покинуть ранчо.

Но в следующий миг случилось то, что помогло Эдди покинуть ферму раньше задуманного и без особых угрызений совести.

— Эдвард! — Раздался крик старика.

Что там ещё стряслось, подумал Эдди, и соскочил со стула так резко, что он завалился, и с грохотом упал на деревянный пол.

Взбудораженный своими мыслями о предстоящем побеге он забежал в родительскую спальню, где в последнее время отдыхала мачеха.

Над её неподвижным телом сгорбился дядя, он теребил бледную руку Тиффани и что-то бормотал.

— Что случилось, дядя Джефри?

— А, явился, наконец, — пробормотал старик и, обернувшись, добавил, — Слушай Эдвард, тёте Тиффани стало нехорошо, боюсь, она совсем плоха. Я сейчас отвезу её в госпиталь, пока дожди не размыли дороги, а ты тут пока пригляди за хозяйством. Когда всё уладится, мы вернёмся. Ты понял меня Эдвард?

— Да. — Племянник кивнул головой.

— Ну вот и славно, — он закряхтел, вставая с постели, — помоги мне отнести её в машину.

Они подхватили безжизненное тело с такой лёгкостью, будто она была сделана из бумаги и с великой предосторожностью дотащили до гаража и устроили её на задних сиденьях автомобиля.

— Побудь здесь пока, — старик махнул племяннику на машину, — а я пока за документами схожу. И старик Джефри ушёл в дом.