Елена Бергман - Мир львинов

— Это ужасно. — ответил он. — Просто обожаю валяться в горячке.

Хеля сменила ему повязку и пообещала:

— Скачи побольше и обязательно поваляешься.

Этой же ночью и поваляешься. Бери жену и проваливай! Бражку не пить, ходить аккуратно и ни с кем не драться!

— Не пойду. — объявил Эрих. — Я с вождем буду!

Львия махнула на него рукой.

— Идем… — поманила она Айю. — Варму нашего лечить.

Русоголовый не узнал Хелю.

— Уходи, дух… — попросил он, едва шевеля потрескавшимися от жара губами. — Или я тебя съем…

— Ешь. — разрешила львия. — Я сегодня добрая. Только сначала выпей лекарство.

— Не хочу… — прошептал раненый. — Оно горькое…

— Не горькое, а очень горькое. — сообщил Эрих, склоняясь над другом.

— И ты уходи. — прошелестел варах. — Вы — духи смерти… Я вас не боюсь…

— А зря не боишься. — ответил ему Эрих. — Потому как мы очень страшные и голодные. Быстро пей, или хуже будет!

— Пусть будет. — упрямо заявил раненый. — Я все равно вирри…

— Вирри! — попросил хромой. — Ну пожалуйста…Всего пару глоточков!

Варах едва слышно застонал и прикрыл глаза:

— Воды… Холодной…

— Выпьешь лекарство — и будет тебе вода. Слово вождя! Пей!

Варму глотнул отвара и скривился.

— Ну вот и все. — сказал ему Эрих. — Теперь вода…

Напоив раненого, хромой присел рядом.

— Ничего, вождь, ты поправишься…

Айя, широко раскрыв глаза от удивления, смотрела, как тот возится с больным другом.

— Вот так… — шептал Эрих, помогая Хеле перевязывать Варму. — Ничего…

Человек льва стонал от боли. Он едва ли понимал, что с ним делают.

— Потерпи, вождь. — уговаривал его Эрих. — Еще немножечко потерпи… Вот так, вот мы и закончили…

Уложив раненого, хромой обтер его пылающее жаром тело мокрой тряпочкой и снова напоил. Варах уснул.

— Вот так, девочка. — вздохнул Эрих устало, обращаясь к до сих пор стоявшей рядом Айе. — Вождь за мной так почти три месяца ходил. С ложки кормил. Мыл. Повязки вонючие менял. — голос хромого вдруг взвился почти до крика. — Если бы не он, я бы с тобой сейчас не разговаривал! Он меня тогда выходил, и я его выхожу!

Девушка слушала, не прирывая, потом стремительно шагнула к скорчившемуся на деревянном настиле мужчине и, упав рядом на колени, порывисто обняла его за шею.

— Выходишь… — горячо прошептала она прямо в его полураскрытые, жаркие губы.

Эрих зашипел и начал заваливаться на бок. Из под повязки на его плече брызнула кровь.

— Хеля! Виля! — испуганно закричала Айя. — На помощь!

— Допрыгался таки. — вздохнула львия, хлопоча над полубесчувственным другом — кровь никак не унималась. — Теперь точно в горячке сляжешь…

— Я — вождь… — сказал Эрих, пытаясь гордо выпрямиться.

— Да вождь ты, вождь, только успокойся! — прикрикнула на него Хеля, пытаясь затянуть повязку потуже. — Ты мне мешаешь!

Айя опомнилась и бросилась помогать. Совместными усилиями им, наконец, удалось остановить кровотечение.

— Все. — объявила львия, закрепляя последний узел. Уложив близкого к обмороку Эриха на меховое одеяло, Хеля вытерла испачканные руки о драное полотенце и обессиленно опустилась на лежащее рядом бревно.

— Никогда не влюбляйся в вождей. — попросила она Айю. — От них — одни неприятности.

Юная варашка только вздохнула — похоже, совет желтоглазой целительницы несколько запоздал…

Предсказание Хели сбылось полностью-Эрих провалялся всжару дня три и совсем ослабел: потерявший слишком много крови, он едва мог сидеть без посторонней помощи. Зато Варму стало получше: жар немного спал, раненый варах перестал нести чушь про вирри, признал друзей и даже немного поел.

— Ну ты и дохлятина… — смеялся Эрих, лежа рядом с другом. — Полтарелки супа одолеть не можешь!

— На себя посмотри… — вяло огрызнулся Варму — ему все еще было тяжело дышать.

— И я дохлятина. — согласился хромой. — Но ты — хуже!

Варму обиделся и отвернулся.

— Давайте лучше лекарство пейте, дохлятины. — засмеялся Мрах, подсовывая обоим раненым кружки с целебным отваром.

— Опять? — хором возмутились Варму и Эрих. — Ну сколько можно?

— Михе пожалуюсь! — пригрозил львин.

— Жалуйся! — отвечали раненые, отпихивая кружки. — Пусть сам и пьет эту гадость!

Оба шли на поправку, и немного капризничали.

— У Михи все давно зажило. — настаивал Мрах. — Ему не надо. А вам надо! Пейте, кому говорят!

— Ни за что!

— Ах, вы так! — и львин, грозно оскалившись сделал вид, что собирается вылить отвар раненым на головы. — Горячее! — честно предупредил он.

— Лей! — разрешил Эрих. — Все равно не буду!

— А чтоб вас! — ругнулся Мрах, шмякнул кружки на пол и ушел, дергая хвостом и всем своим видом выражая крайнее неодобрение.

Варму и Эрих поглядели ему вслед и рассмеялись.

— Больно… — выдохнул варах, давясь смехом.

Эрих молча пододвинул ему кружку.

— Мерзость какая… — покривился человек льва. — Не хочу…

Но боль не проходила. Пришлось пить.

— Дрянь жуткая. — пожаловался Варму, чуть отдышавшись, — Но помогает.

— Угу. — буркнул Эрих — он увидел направляющегося к ним Миху. Сейчас рыжий начнет орать…

Но Миха не стал орать. Забрав у хромого кружку, он перелил ее содержимое Варму и сказал:

— Не хочешь — не надо. Заставлять не буду. Но если плечо разболится — не жалуйся! — и ушел.

— Дела… — пробормотал варах и закашлялся.

Эрих молчал — плечо уже болело. Ладно, придется потерпеть…

К ночи хромой вождь готов был выть от боли. Конечно, можно было попросить пару глотков у Варму, но Миха словно невзначай околачивался поблизости, и у Эриха взыграла гордость — терпеть так терпеть! Бледный до зелени, несчастный страдалец едва слышно стонал, скрипя зубами. Варах спал, и хромой мучился в одиночестве.

Неслышно подошла Айя и присела рядом.

— Тебе плохо?

Эрих попытался улыбнуться — вышло не очень.

— Плечо болит… — пожаловался он.

Айя молча протянула кружку.

— Не могу — Миха смотрит. — вздохнул хромой.

Айя удивленно подняла брови: пришлось объяснять.

— Ну ты дурак! — заявила девушка, разобравшись. — Хочешь, я с ним поговорю?

— Нет! — взвыл Эрих. Плечо болело невыносимо.

— Миха! — позвола варашка. — Иди-ка сюда! Эрих хочет тебе что-то сказать!

Рыжеволосый подошел.

— Что, болит? — спросил он, издевательски хмыкнув.

— Да! — выдохнул Эрих.

Миха кивнул: